Подари мне сладкую смерть (СИ) - Анастасия Анатольевна Рябова

— Ты думаешь, на нас идут пахари?! На нас идут варвары, для которых смерть на поле брани — это счастье! Их жизнь — это война, бесконечная. Каждый варвар умирает с улыбкой на лице, они не просят пощады и сражаются как демоны! Они не знают жалости и убивают всех без разбору и женщин, и детей. А у нас… Я ведь не могу оставить наши рубежи без защиты. Так что здесь лишь половина бравых воинов. Но тебе не о чем беспокоится, я позабочусь о тебе. Обещай мне, если вдруг так случится, что я погибну, и наше войско будет разбито, ты заберешь принцессу и будешь гнать коней так быстро, как сможешь. Вот, — я протянул ему письмо, — передашь это парламенту.

— Что это? — холодные серые глаза с ужасом посмотрели на меня.

— Это указ о назначении тебя следующим королем Лартиссов, в случае моей смерти.

— Брат, — из глаз мальчишки брызнули слезы.

— Императоры не плачут! Их главная задача заботиться о своей стране и подданных. Император должен быть готов отдать жизнь за свой народ, тогда и народ отдаст за него жизнь! — пафосные слова сами собой слетали с губ, а все мои мысли о Джин. И плевать мне на народ, я хочу посадить ее на коня и скрыться с ней в диких землях. И мне не нужно ни короны, ни денег, лишь она. И душу дьяволу продам за ее любовь. Но долг… долг императора превыше всего. Я прогнал дерзкие мысли. И взглянул на брата, с восхищением ловящего каждое мое слово. Он уже вытер слезы и храбро глядел на меня.

— Сейчас состоится синклит, останешься? — Брайонир радостно кивнул, предвкушая что-то волшебное в его представлении.

Глава 11

От лица принцессы Алакриона, Джиннайны.

Всю ночь до рассвета я не находила себе места. Ужас сковывал меня, его ледяные щупальца проникали мне под кожу, вызывая самые отвратительные воспоминания, выворачивали меня наизнанку. И я дрожала как осиновый лист на ветру. Я не хотела снова очутиться в руках ярла и ощутить его гнев. Но к этому страху примешивалась еще одна тревога. Легкая щемящая боль в области сердца, я не хотела потерять еще одного дорого мне человека. Того что день изо дня в день приходил ко мне радовал, смешил, дарил цветы и не просил ничего взамен. Как бы я не хотела признаваться сама себе, но этот прожигающий взгляд карих глаз притягивал меня. За месяц жизни в замке, я уже свыклась с мыслью, что Гвенаэль мертв, его крики по-прежнему будили меня среди ночи, снились мне ужасными кошмарами. Но я научилась с этим жить. Научилась жить с дырой в своем сердце. А Вескальд помогал мне, поддерживал. И я благодарна ему за это.

Первые лучи солнца прогоняли темноту, заставляли звезды гаснуть. Ночь уступала место дню. Небо приобретало красный цвет, предвещая, кровавя битву. И вот на горизонте уже четко видны корабли варваров. Армия лартиссов строилась у ворот. Я выбежала из комнаты, чтобы пожелать удачи ему. Вескальд стоял посреди комнаты, и оруженосец помогал ему облачаться в доспехи. Вдруг перед глазами всплыли картины прошлого, как перед битвой помогала Гвенаэлю надевать доспехи, словно жена.

— Я пришла пожелать Вам удачи, — его карие глаза сияли, а полные губы растянулись в улыбке.

— Споете для меня? — кивнула и вышла. По традиции женщины Алакриона провожали своих воинов. Но сегодня в Миэлере было тихо. Большинство жителей вырезали варвары, и сегодня просто некого и некому провожать.

Я бегом спустилась к древнему инструменту в холе и села за него, вспоминая слова древней песни.

И вот мои пальцы прикоснулись к старинным клавишам и стены содрогнулись от древней мелодия наших предков, мой голос слился с ней, а через минуту к ней присоединились голоса других женщин, тех, что смогли уцелеть.

Элегичная переливчатая музыка рассказывала историю, словно окутывая нас покрывалом. Аккорды сменяли друг друга, наполняя наши сердца, вызывая слезы. Слова на древнем языке вплетались в мелодию, создавая неповторимый дуэт. Я играла, пока пальцы не онемели, вспоминая, как в прошлый раз воины гибли на стенах нашего замка, орошая землю алой кровью. Песня наших предков, что поднимала дух, тогда я играла ее каждый день нашей осады, пока ворота замка не были разбиты и варвары не убили всех внутри замка. Тогда я дарила надежду, и вот история повторяется вновь. Сердце замирало при звуках небесного слова, дыхание перехватывало. И я должна была сыграть ее для людей, защищающих мою страну и меня.

Я поднялась на балкон, чтобы видеть, как сражаются и гибнут воины. Я не отворачивалась, когда варвары выпускали кишки нашим защитникам, я не отворачивалась, когда они срубали им головы, а кровь орошала их лицо. Я неотрывно смотрела на горизонт, где еще прибывали корабли с новыми варварами. Одно несметное войско против другого. Минуты превращались в часы, а часы казались вечностью. Нет ничего хуже томительного ожидания. Служанок я отослала к раненным. Моя единственная фрейлина, сидела, сжавшись в углу, и проливала слезы. В прошлый раз варвары убили всю семью Орсианы. Она еще носила траур, и звуки битвы повергли ее в шок. Я пыталась успокоить фрейлину.

— Орсиана, пожалуйста, сохраняй спокойствие! Прошло только полдня. И мы не сдали еще ни клочка нашей земли! Ты показываешь плохой пример людям! — но мои слова совершенно не коснулись ее прекрасных ушек и затуманенного мозга. Я решила ее утешить.

— Милая, — я обняла ее за плечи. — Послушай они не придут сюда больше. Тебя никто не тронет, — тяжело достучаться до девушки, чью семью сначала изнасиловали, а потом убили. И как много таких же юных девушек, пострадавших от рук захватчиков. Меня удивляло, как Орсиана смогла избежать этой участи. Все мои, бывшие фрейлины, погибли, не выдержав мучений, или были убиты, кого-то продали в рабство. Она посмотрела на меня умоляющим взглядом. Пришлось отпустить ее в убежище, к остальным женщинам и детям. Я осталась одна в большом холодном и пустом замке. Я и сама была не лучше Орсианы. Мне как ей хотелось бежать, куда угодно и как можно дальше. Но мой долг, народ и Вескальд — три вещи, которые не позволяли мне сбежать. Вдруг в комнату вошел юноша, по его одежде и гербу я поняла, что это брат Вескальда. Я бросилась к нему.

— Скажи, какие вести ты принес? — он поклонился.

— Принцесса, наши воины храбро держат оборону, и пока преимущество на нашей стороне!

— Пожалуйста, сообщай мне обо всем, — я, забыв, про