Киллерёныш - Мануэль Филипченко

Игорь положил свою ладонь на живот мальчика, и нежными круговыми движениями начал его поглаживать, постепенно поднимаясь к груди и соскучившимся по ласке соскам. Нащупав один, Игорь начал легонько пощипывать его, перекатывать его горошинку между пальцами; к другому соску он прижался губами, постепенно приблизившись — поцелуй за поцелуем, как шаг за шагом, и начал лизать кончиком языка, иногда зажимая между губ и даже легонько покусывая. Через пару минут Игорь положил голову на грудь Тошика и прислушался к биению его сердца. Антошка, весь отдавшись во власть Игоря, лежал без движения, с чуть приоткрытыми губами… Игорь косится на эти губки, ему очень хочется поцеловать их, очень... но он боится испугать Антошку, и продолжал слушать биение его сердца.

Но вдруг тот поднял руку и положил её на затылок Игоря, перебирая его короткие волосы.

Рука Игоря медленно скользнула вдоль тела Антошки к его ногам, по пути он хотел, как бы невзначай, прикоснуться к маленькому сокровищу, спрятанному у того в трусиках. Он так надеялся, что членик Антошки уже встал от его ласк, ведь это означало что Тошке действительно нравится быть с ним…

Рука коснулась резинки на трусиках, опустилась ниже…

Он СТОЯЛ… маленький, но задорный. Он как стрелка тахометра, указывал на сектор «Нравится»! Рука Игоря замерла, наткнувшись на это милое препятствие. Радость наполнило сердце. Он нежно стал поглаживать по Тошкиному писунчику, слушая как в очередной раз сбивается его дыхание.

Он почувствовал, как наливается кровью его собственный член, и испугался этого нового для себя ощущения — желания мальчика. Он немного отодвинулся от Антошки чтобы не коснуться его своим встающим членом… но тот уже почувствовал это давление.

— Что у тебя там?

— Ничего, — ответил Игорь и почувствовал как покраснело его лицо.

Он хотел перевернуться на живот чтобы прижать свой торчащий член к матрацу, но вместо этого сказал, чуть громче, чем следует:

— Эй-эй, прекрати щас же!

Поздно. Прохладная ладонь мальчишки настойчиво двинулась в запретном направлении, задержалась на прессе, чуть нажала, под восхищенное «Круто!» нырнула в жесткие заросли лобка.

— Антон, перестань немедленно! — строго сказал вполголоса Игорь, не делая ни малейшей попытки помешать.

Мальчишка уткнулся ему в шею, дышал горячо, прерывисто, иногда сглатывая набегавшую слюнку. А ладошки (там появилась и вторая) уже вовсю изучали, мяли, щупали...

— Что ты со мной делаешь, прекрати...

Это прозвучало как – «продолжай, не останавливайся!»

Лежать без движения стало невыносимо. И уже в который раз тонкие пальцы Игоря отправились в путешествие по мягкой бархатной коже мальчика.

Его рука продолжала гладить членик мальчика, а тот, в свою очередь, положил руку на член Игорь и исследовал его через ткань трусов, тихонько сжимая, как бы проверяя его прочность. Постепенно рука Антошки подобралась к головке мужского члена и начала легонько подрачивать ее, нежно сжимая пальцами и немного сдвигая кожицу вниз-вверх. Игорь, почувствовав, что Антошке нравится всё происходящее, запустил свою ладонь в его трусики, сначала просто положив её на маленькое хозяйство, а затем начал всё сильнее и настойчивее ласкать его. Тоша, как бы отвечая ему, тоже усилил свои движения, одновременно раздвинул свои ноги и чуть согнул их в коленях, разрешая Игорю делать все, что придет в голову.

Теперь Антон лежал на спине, отвечая на поцелуи Игоря и одновременно подрачивая его член. Игорь теснее прижался к мальчику, он всё смелее и смелее целовал его, одной рукой он поддерживал голову Антошки, а другой всё неистовее ласкал малыша. Через минуту он быстренько стянул трусики мальчишки вниз, к его ступням, и мальчик сам вытащил из них ноги, после чего ещё шире раздвинул их. Если бы Игорю, ещё несколько дней назад, кто-нибудь сказал что такое с ним произойдёт, он бы не просто не поверил, он бы посчитал предсказателя сумасшедшим… а сейчас это с ним происходило и он был по настоящему счастлив.

Прошло то ли пять, то ли пять раз по пять, минут. Все происходящее было каким-то нереальным, в висках стучала кровь.

Вдруг Антон убрал руку, и скользнул под одеяло, так быстро, что Игорь не успел перехватить его. Холодок пробежал где-то внизу живота, когда Игорь понял, ЧТО собрался делать Антошка.

Горячие губки сомкнулись ТАМ, язычок забегал по кругу, забираясь в самые потаенные уголки. Ладошка легонько сжимала столб, ставший крепче железа. Все напряжение, накопленное за день, вдруг скопилось там, внизу, и выплеснулось прямо в губы Антошке.

Через пару секунд из-под одеяла показалась довольная мордаха мальчишки. Он вытирал рот ладонью, жмурился. Улегся на плечо Игорю.

— Ты самый развратный, самый отвратительный, самый плохой мальчишка на свете, — шепнул Игорь.

— Мрргру, — мурлыкнул в ответ Антон, соглашаясь со столь лестными эпитетами и... снова полез целоваться.

На этот раз он проделал нечто: он сжал зубками нижнюю губу Игоря, несильно, но основательно. А язычком стал водить по кругу, при этом посасывая, словно «Чупа-Чупс».

Игорь потянулся рукой к «солдатику», все еще упругому и явно желавшему продолжения.

Вдруг Антошка приподнял лицо, заглянул Игорю в глаза и хитро улыбнулся.

— А я знаю, чего тебе хочется теперь.

— И чего же, маленький Нострадамус? — заинтересовался Игорь.

— Тебе очень хочется леденцов.

— Каких еще леденцов?

— Какой же ты недогадливый, — надул губки мальчик.

— А-а, вон ты про что... — протянул Игорь.

Антошка улегся на спину, поудобней расставил ноги, приготовился.

— Ну же, долго ждать-то?

Голос мальчишки подрагивал от возбуждения.

Игорь осторожно двинулся вниз, прикасаясь губами к прохладной коже, по груди, по животу. Поцеловал пуговку пупка, и дальше вниз. Наконец под губами оказался ОН — гордый маленький мальчишеский член. Игорь втянул его, сжал губами. Головка выскользнула. А Антошка прогнулся, прижался, даже обхватил голову Игоря бедрами. Наверное, он был перевозбужден уже, почти сразу писунчик задергался, затрепетал. Игорь почувствовал на губах замечательный солоноватый вкус нескольких капель, показавшихся наружу. Членик мальчишки выскользнул изо рта, все такой же упругий, но потерявший былую гордость и задор. А через пару минут он и вовсе поник, превратившись в безвольную тряпочку.

Игорь снова лег на свое место, мальчик положил голову ему на грудь. Еще немного поласкавшись, они уснули...

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Часов в пять утра Игорь осторожно перенес мальчика на его кровать. Антошка только причмокнул во сне губами, натянул одеяло на голову и продолжил досматривать сон.