Киллерёныш - Мануэль Филипченко

— Малыш, я сегодня могу здесь на ночь остаться.

Антон мельком взглянул на него, отвернулся к телевизору. Через пару секунд до него дошел смысл сказанного. Широко раскрытые глаза, радостный приглушенный вопль индейца, снимающего скальп и, наконец, прыжок на шею, больше похожий на борцовский прием – все это было для Игоря лучшей наградой.

— Осторожней, осторожней! – со смехом прижимал он к себе мальчишку. – Рука заболит, Антошка!

Толик едва успел выключить видик, когда нянечка привезла тарелки с ужином — рисовая запеканка со сметаной, чай. Расставила по тумбочкам, попросила Игоря присмотреть, чтоб все поели и ушла. Видимо, кормление в ее обязанности не входило. Мальчишки занялись делом; запеканка оказалась на удивление вкусной.

Антошка с Игорем собрали грязные тарелки, сложили их на тележку и поставили у дверей, чтоб не отнимать потом время.

Минут через двадцать снова зашла нянечка, забрала посуду. Толик дирижировал пультом – слишком уж парнишку эротика привлекала; видно, возраст такой.

— Толик, давай-ка на время прекратим этот разврат. – Игорь отключил телевизор, поставил его обратно на стол. И, перебирая кассеты, спросил: – Что посмотреть желаете, молодые люди?

— Давайте какой-нибудь боевик включим, — подал голос молчавший всё это время Максим. Мальчишка явно приходил в чувство, вкус к жизни возвращался на глазах.

— Да, только боевиков тебе и не хватало, — хотел ответить Игорь не подумав, и тут же мысленно хлопнул себя по лбу, — лучше уж комедию поставим.

— Давайте «Без чувств» посмотрим, только она матерщинская» — предложил неугомонный Толик.

— Что, сильно матерщинская? — улыбнулся Игорь.

— Да не, так, прикольная очень, я уже раза три смотрел.

— А мы звук выключим, как в твоей порнушке, — подколол его Игорь, вставляя кассету. — Ладно, уговорил, давай смотреть.

Игорь отошёл к Антошкиной кровати.

— Тошик, можно я к тебе прилягу на краёк, а то устал сегодня, спина даже заболела...

— Ну конечно, ложись, — ответил Антошка и подвинулся вперёд.

Игорь осторожно, стараясь не отвлекать мальчишек от начавшегося фильма, прилёг сзади, сунул под спину подушку, его правая рука скользнула по руке мальчика и устроилась на его плече. Некоторое время он просто лежал и подперев голову левой рукой пытался следить за сюжетом фильма. Но у него не слишком это получалось… тепло мальчика, его аромат, будоражили Игоря, не давали сосредоточиться на фильме. Его рука начала легонько поглаживать мальчика, сначала опустилась на бочок, пощекотала рёбрышки, скользнула под пижамку и устроилась на животике. Немного отдохнув, она продолжила своё путешествие, погладив животик, дальше вверх по грудной впадинке, пробежалась по шейке, снова спустилась на грудь. Осторожно, боясь спугнуть мальчика, он стал поглаживать его небольшой, чуть припухший сосок.

Антошка сначала шутливо ежился от его прикосновений, потом расслабился и задышал глубоко и ровно, делая вид что целиком увлечён просмотром фильма. Но Игоря было трудно обмануть, он чувствовал, как мальчик потихоньку отклонился назад, прижавшись к нему, чтобы было удобнее гладить и ласкать его. Легко касаясь кончиками пальцев его соска, он то заставлял его сжиматься как от озноба, то, более сильными касаниями, наоборот, расслаблял его мышцы, от чего тот становился пухлым и мягким. Игорю очень хотелось прижаться к нему губами и втянуть в себя, как младенец всасывает сосок материнской груди, всасывать, чтобы он возбудился, налился соком и стал красным от ласки… но он понимал, что в переполненной палате сделать это не удастся.

Так и получилось: Толик оказался весьма ушлым пареньком, он моментально просек ситуацию, приподнялся на локтях и, нарочито-дурашливым голосом, спросил:

— А что это вы там делаете, а?

Игорь чертыхнулся про себя и вынул пригревшуюся ладонь.

— Толик, ты не отвлекайся, смотри фильму и другим не мешай.

— Да вы не стесняйтесь, тут все свои, — продолжал мальчишка, не унимаясь.

— А вот щас как встану, да как дам по всей шее...

Игорь сделал вид, что хочет привстать.

— Все-все-все, — Толик замахал руками. — Дядя Игорь, простите дурачка, не буду больше!

— То-то же, а то детский сад развели тут.

Игорь откинулся поудобней на подушку. Но интимное настроение было уже сбито.

А тут как раз заглянула дежурная медсестра, велела выключать свет и готовиться ко сну.

— Дядя Игорь, попросите у неё ещё один фильм посмотреть, всё равно никто спать не будет ещё долго, а мы тихонько включим и посмотрим, — попросили мальчишки.

Игорь, и сам не представляя как можно уснуть в такую рань, отправился к медсестре, и на удивление легко её уговорил.

— Как ребята уснут, приходите к нам, чайку попьём, — предложила она, надеясь привлечь внимание симпатичного папаши.

— Хорошо. Если сам не засну, зайду, — ответил Игорь, заранее зная, что медсестра обречена эту ночь провести наедине с мензурками и пилюлями. Он вернулся в палату и обнаружил, что за время его отсутствия, мальчишки снова поставили порнушку и увлечённо смотрят её. Они даже не вздрогнули когда он вошёл в палату, уже считая его своим.

Артемка мирно посапывал во сне – немцам не удалось совратить невинную душу. Максим тоже отвернулся и старался уснуть. Секс в любых его проявлениях стал ему просто противен после недавних событий и пройдет еще немало времени, пока все наладится.

Андрюшка поглядывал на экран, но без видимого интереса. Этот мальчик поражал Игоря своей загадочностью. В его речи сквозила врожденная интеллигентность. С чем он попал в больницу, Игорь так еще не узнал. Родители Андрея, если и приходили, то когда Игоря не было в больнице.

Мягкий, уступчивый и очень вежливый мальчишка вызывал неподдельную симпатию.

Антошка развалился на кровати, разбросал ножки в стороны. Его лицо освещал мигающий экран, глазки были широко раскрыты. Мальчишка был целиком поглощен созерцанием актеров, что непрерывно меняли позы с немецкой пунктуальностью и темпераментом, под приглушенные возгласы: «А-А-А!! О-О-О!! Дас ист фантастиш!! Е-Е-Е!!»

А Толик... Толик просто-напросто элементарно... ДРРРОЧИЛ!

Он подогнул коленки, прикрылся одеялом, которое мерно ходило вверх-вниз. Глаза его то внимательно смотрели на экран, то подергивались поволокой, то прикрывались совсем. Он тяжело и часто дышал, иногда втягивая воздух сквозь зубы или совсем задерживая дыхание.

В какой-то момент, возможно он заметил Игоря замершего у двери, или просто случайно... но одеяло сползло в сторону. Толик не стал поправлять, наоборот, из чисто мальчишеского озорства, с легкостью раскусив интерес Игоря, он вытянул ножки вперед, раздвинул их пошире, стянул спортивные штаны и плавки до самых лодыжек.