БУКОЛИКИ. ГЕОРГИКИ. ЭНЕИДА - Публий Марон

Там когда-то беда приключилась от порчи воздушной,

Людям на горе жара запылала осенняя люто,

480 Смерти весь род предала животных домашних и диких,

И отравила пруды, и заразой луга напитала.

Смертный исход различен бывал: огневица сначала

Жилы сушила, потом несчастным корчила члены;

После жидкость текла изобильно, в себя вовлекая

485 Кости все до одной, постепенно язвимые хворью.

Часто при службе богам к алтарю подведенная жертва

Под увенчавшей ее белоснежной повязкой с тесьмами

Между прервавших обряд служителей падала мертвой.

Если же нож успевал прикончить жертву, бывало,

490 Потрох кладут на алтарь, но огонь разгореться не может,

И на вопросы уже предсказатель не в силах ответить.

Если подставить клинок, еле-еле окрасится кровью,

Бледная жижа из жил поверхность песка окропляет.

Там умирают толпой телята меж трав благодатных

495 Или же с юной душой расстаются у полных кормушек.

Бесятся кроткие псы, заболевших свиней сотрясает

Кашель, дышать не дает и душит опухшие глотки.

Падает бедный, забыв и труды, и траву луговую,

Конь, любимец побед, избегая ручьев, то и дело

500 Оземь копытами бьет; не горяч и не холоден, каплет

Пот с поникших ушей, – ледяной перед самою смертью.

Шкура, суха и жестка, противится прикосновенью, –

Перед кончиной сперва появляются признаки эти;

Но коль постигший недуг становится все тяжелее,

505 Жаром пылают глаза, в груди глубоко дыханье

Выхода ищет и стон прерывистый слышен, икота

Долгая мучит бока, из ноздрей же черная льется

Кровь и шершавый язык стесняет забухшее горло.

Пользу приносит тогда введенье при помощи рога

510 Соков Ленея: одно их лишь это от смерти спасало.

Вскоре для них и вино обратилось в погибель, – воспрянув,

Стали беситься они и в муках смертельных – о боги!

Благо пошлите благим, врагам лишь – такое безумье! –

Рвали зубами в клоки, неистово тело терзали.

515 Вот, однако, и вол в пару от тяжелого плуга

Валится, кровь изо рта изрыгает с пеною вместе,

Вот он последний стон издает – и печалится пахарь;

Он отпрягает вола, огорченного смертью собрата,

И, не окончив труда, свой плуг в борозде оставляет.

520 Гибнет вол, – и ни тени дубрав, ни мягким лужайкам

Не оживить в нем души, ни речке, которая льется

По полю между камней, электра305 чище; впадают

Снизу бока, в глазах неподвижных смертная тупость,

Весом своим тяготясь, склоняется доземи шея.

525 Польза какая ему от трудов и заслуг, – что ворочал

Тяжкую землю? Меж тем ни дары массийские Вакха

Не навредили ему, ни пиры с двойной переменой, —

Только листва да трава пасущихся были питаньем,

Ясные были питьем родники и с течением быстрым

530 Реки; здоровый их сон не бывал прерываем заботой!

В те же лихие года, – говорят, – по местностям этим

Тщетно искали быков для Юнониных священнодействий,

И колесницу везли к алтарю два буйвола разных.

Землю мотыгой рыхлить уже не под силу – ногтями

535 В почву врывают зерно; по крутым нагорным дорогам

Люди, шеи пригнув, скрипящие тащат повозки!

Волк не блуждает уже у овчарен и козней не строит,

Он уж не бродит вкруг стад по ночам: жесточе забота

Волка гнетет. Горячий олень и робкая серна

540 Ходят промежду собак у самых жилищ человека.

Всех обитателей вод, плавучих всякой породы

Вдоль по морским берегам, как останки кораблекрушенья.

Моет прибой; к непривычным рекам поспешают тюлени:

Дохнет ехидна – не впрок ей извивы подземных укрытий,

545 И с чешуей торчащей змея водяная; пернатым

Стал даже воздух и тот неблагоприятен: свергаясь,

С жизнью своей расстаются они в подоблачной выси.

Мало того – бесполезна была и пастбищ замена.

Стало искусство во вред; и врачи уступили болезни –

550 Амифаонов Меламп и Хирон, рожденный Филирой.306

Бросив стигийскую тьму, свирепствует вновь Тисифона

Бледная, перед собой Боязнь гоня и Болезни,

И, выпрямляясь, главу что ни день, то выше подъемлет!

Блеяньем вечным овец, коров постоянным мычаньем

555 Оглашены берега и холмы, сожженные зноем.

Целые толпы зверья предает она смерти и в самых

Стойлах груды валит гниющих в гнусном распаде

Туш, пока их землей не засыплют и в яму не спрячут.

Даже и кожу нельзя было в дело пустить, даже потрох

560 Чистой водою промыть или их на огне обезвредить.

Также нельзя было стричь изъеденной грязью и хворью

Шерсти, даже нельзя прикасаться к испорченной волне.

Если же кто надевал вредоносную шкуру, по телу

Тотчас шли пупыри воспаленные, и по зловонным

565 Членам стекал омерзительный пот, – дожидались недолго,

Вскоре болящая плоть в священном огне отгорала.

Книга четвертая

Ныне о даре богов, о меде небесном307 я буду

Повествовать. Кинь взор, Меценат, и на эту работу!

На удивленье тебе расскажу о предметах ничтожных,

Доблестных буду вождей воспевать и всего, по порядку,

5 Рода нравы, и труд, и его племена, и сраженья.

Малое дело, но честь не мала, – если будет угодно

То благосклонным богам и не тщетна мольба Аполлону!

Прежде всего, выбирай хорошо защищенное место

Для обитания пчел (известно, что ветер мешает

10 Взяток домой доносить), где ни овцы, ни козы-бодуньи

Соком цветов не сомнут и корова, бредущая полем,

Утром росы не стряхнет и поднявшихся трав не притопчет.

Пестрых ящериц пусть со спинкой пятнистой не будет

Возле пчелиных хором, и птиц никаких: ни синицы,

15 Ни окровавившей грудь руками преступными Прокны.

Опустошают они всю округу, нередко хватают

Пчел на лету, – для птенцов безжалостных сладкую пищу,

Чистые пусть родники и пруды с зеленеющей ряской

Будут близ ульев, ручей в мураве пусть льется тихонько.

20 Пальмою вход осени иль развесистой дикой маслиной.

Только лишь ранней весной у новых царей зароятся

Пчелы, едва молодежь, из келий умчась, заиграет, —

Пусть от жары отдохнуть пригласит их берег соседний,

И в благодатную тень ближайшее дерево примет.

25 Посередине – течет ли вода иль стоит неподвижно –

Верб наложи поперек, накидай покрупнее каменьев.

Чтобы почаще могли задержаться и крылья расправить

Пчелы и их просушить на солнце, когда запоздавших

Эвр, налетев, разметет иль кинет в Нептунову влагу.

30 Пусть окружает их дом зеленая касия308, запах

Распространяет тимьян, духовитого чобра побольше

Пусть расцветает, и пьют родниковую влагу фиалки.

Улья же самые строй из древесной коры иль из гибких,

Туго плетенных лозин; а в каждом улье проделай

35 Узенький вход, потому что зимою морозы сгущают

Мед, а от летней жары чересчур он становится жидок.

То и другое для пчел одинаково страшно. Недаром

Каждую щелку они залепляют старательно воском

В доме своем, и соком цветов, и узой заполняют,

40 Собранной с почек весной и с тою же целью хранимой, —

Крепче она и смолы, добытой на Иде Фригийской.309

Часто – коль верить молве – в прорытых ходах, под землею

Ставили пчелы свой лар, иль их находили глубоко

Спрятанных в пемзе, а то и под сводами дупел, в деревьях.

45 Сам, заботясь о них, в жилищах пчелиных все щели

Жидкой замазкой промажь да присыпь понемножку листвою.

Не допускай, чтобы тис рос около пасеки,310 раков

Рядом нельзя опалять докрасна;311 болот опасайся;

Мест, гда запах дурной от всяких отбросов; где скалы

50 Полые гулки и звук голосов отражается эхом.

Стало быть, зиму едва золотое под землю загонит

Солнце и вновь небеса приоткроет сиянием летним,

Тотчас пчелы начнут облетать луговины и рощи, —

Жатву с ярких цветов собирают; касаясь легонько

55 Гладкой поверхности рек, летают, счастливые чем-то,

Род свой и гнезда блюдут; потом воздвигают искусно

Новые соты и их наливают медом тягучим.

Если ж покинувший дом, к высокому небу плывущий

Через безоблачный зной ты рой пчелиный приметишь, —

60 Черной туче дивясь, увлекаемой ветром, за нею

Понаблюдай! полетят непременно к зеленым жилищам,

К пресной воде. Им в этих местах ароматов любимых –

Тертой мелиссы насыпь и обычной травки-вещанки.

Чем-нибудь громко звони, потрясай и Матери бубен,312

65 Сами усядутся все на хоромы душистые, сами –

Это в привычке у них – в глубокие скроются люльки.