БУКОЛИКИ. ГЕОРГИКИ. ЭНЕИДА - Публий Марон

Коз и овец погонит пастись на луга и в ущелья,

Вместе с Денницей тогда выходи на простор и прохладу,

325 Утром пораньше, когда еще белы бывают лужайки

И на траве молодой – роса, любимая стадом.

После, в четвертом часу, когда уже зной накалится

И оглашают кусты однозвучным звоном цикады,

Стадо к колодцу веди иль к пруду глубокому – воду

330 Пить, которая к ним по долбленому желобу льется.

В самый же зноя разгар поищи потенистей долину,

Там, где с мощным стволом Юпитеров дуб на просторе

Ветви раскинул свои, где, черной темнея листвою,

Падубов роща густых священную тень простирает.

335 Чистой их снова водой напои и паси их, лишь только

Солнце зайдет, и опять прохладный Веспер умерит

Зной, и снова Луна оживит росою ущелья,

Чайками вновь берега огласятся, щеглами – дубравы.

Упомяну ли еще пастухов ливийских сухие

340 Пастбища, хижины их, где живут друг от друга далёко?

Часто весь день, и всю ночь, и целые месяцы кряду

Стадо пасется, бродя по широкой пустыне без крова

Вовсе, – там и краев не видать у равнины! С собою

Всё африканский пастух волочит: жилище, и лара294,

345 И амиклейского пса, и оружье, и критский колчан свой, —

Бдительный римлянин так в привычном вооруженье

С грузом увесистым в путь отправляется, чтобы нежданно

Перед врагом оказаться в строю, раскинув свой лагерь.

Иначе – там, где скифы живут, близ вод Меотийских,295

350 Там, где желтый песок, взбаламученный, крутится в Истре,

Там, где Родопы загиб под самый полюс протянут.

Там в хлевах, взаперти, подолгу содержат скотину;

Нет там в поле травы и нет листвы на деревьях,

Но, безотрадна, лежит подо льдом глубоким, в сугробах

355 Снежных земля, и они в семь локтей высоты достигают.

Там постоянно зима, постоянно холодом дышат

Кавры. Смурую мглу там солнце рассеять не в силах,

Мчится ль оно на конях наивысшего неба достигнуть

Иль колесницу купать в румяных волнах Океана.

360 Вдруг на бегущей воде застывают нежданные корки,

И уж река на хребте железные держит ободья, —

Прежде приют кораблей, теперь же – разлатых повозок.

Трещины медь там нередко дает; каленеют одежды

Прямо на теле; вино не течет, топором его рубят.

365 Целые заводи вдруг обращаются в крепкую льдину,

И, в бороде затвердев непрочесанной, виснут сосульки.

Снег меж тем все идет и воздух собой заполняет;

И погибают стада; стоят неподвижно, морозом

Скованы, туши быков, под невиданным грузом олени

370 Стынут, сбившись толпой, – рогов лишь видны верхушки.

Не посылая собак, не трудясь расставлять и тенета,

Их, устрашенных уже, пробивающих снежную гору

Тщетно грудью своей, не пугая их красной метелкой,

Копьями бьют, подойдя к ним вплотную, и громко ревущих

375 Так добивают; потом уносят с радостным гиком.

Сами ж в землянках своих спокойно досуги проводят

Там, в глубине; натаскают полен дубовых и цельных

Вязов к своим очагам и жгут их в пламени дымном.

В играх зимнюю ночь проводят, вину подражая

380 Брагою или питьем из перебродившей рябины.

Так и живут дикари под Медведицей гиперборейской

Злобные. Тяжко терпеть им удары рифейского Эвра296 —

И прикрывают тела звериною рыжею шкурой.

Если заботишься ты о руне, то колючего леса

385 Надо тебе избегать и волчца, и репья, но и злачных

Пастбищ. Овец выбирай тонкорунных, с белою шерстью.

Пусть у тебя заведется баран белоснежный, – но если

Черный язык у него и влажное нёбо, такого

Брось: чтобы темными он не испортил пятнами шерсти

390 Новорожденных ягнят, и высмотри в стаде другого.

Редкостным белым руном – коль тому позволительно верить,

Пан, Аркадии бог, обольстил тебя, Феба, обманно,

В лес густой заманив, – и просящего ты не отвергла!297

Хочет ли кто молока, пусть дрок и трилистник почаще

395 Сам в кормушку несет, а также травы присоленной:

Будет милей им вода, и туже натянется вымя,

Соли же вкус в молоке останется еле заметный.

Многие вовсе ягнят, от вымени отнятых, к маткам

Не допускают, надев им на рыльца намордник железный.

400 То молоко, что они на заре или днем надоили,

Ночью творожат, а то, что потемну иль на закате

Выдоят, в город пастух уносит в плетеных корзинах,

Или, слегка присолив, запасают на зимнее время.

Но и собак не оставь заботой, выкармливай разом

405 Резвых спартанских щенят и молоссов, нравом горячих,298

Жирною сывороткой. При таких сторожах опасаться

Нечего будет хлевам ни волков, ни воров полуночных,

С тыла на них нападать не будет ибер несмирённый.299

Псами придется не раз преследовать робких онагров300,

410 Зайцев псами травить, на коз охотиться диких,

Громким лаем вспугнув кабанов, из логов лесистых

Их выгонять; на горах с собаками будешь нередко

Криком своим заводить матерого в сети оленя.

Также учись и хлева ароматным окуривать кедром,

415 Духом гальбана301 умей отвратную выгнать хелидру.

Чисть кормушки, – не то завестись в них может гадюка;

Трогать опасно ее. От света бежит она в страхе.

Или привыкшая жить в норе, под укрытьем, медянка, —

Худшая стада напасть! – чей яд молоко отравляет,

420 Там приживется – хватай, пастух, тут камни и палки!

Вставшую грозно беду, надувшую шею со свистом,

Смело рази! Побежит она, голову робкую пряча, —

Тела изгибы меж тем и хвост постепенно слабеют,

И уж последний извив по земле еле-еле влачится.

425 Водится злая змея еще в Калабрийских ущельях,302 —

Вся в чешуе, извивается, грудь поднимая высоко,

Длинное брюхо ее усевают крупные пятна.

В пору, когда из глубин вырываются бурно потоки,

Смочена влажной весной и дождливыми Австрами почва,

430 Эта гнездится в земле у стоячей воды, утоляя

Гнусную жадность свою болтливою лягвой и рыбой.

Но, лишь начнет подсыхать, лишь треснет земля на припеке,

В место сухое ползет и, вращая глаза огневые,

Жаждой томясь, вне себя от жары, свирепствует в поле.

435 Да не потянет меня заснуть безмятежно под небом

Иль где-нибудь на траве полежать среди рощи нагорной

В дни, когда, кожу сменив, обновленная, юностью блещет,

Вьется, дома своих оставив малюток иль яйца,

К солнцу поднявшись, а рот языком растроенным мигает.

440 И о болезнях скажу, о признаках их и причинах.

Овцы чесоткою злой болеют, коль ливень холодный

Тело прохватит у них иль ужасною зимней порою

Лютый мороз; а еще: коль у стриженых пот остается

С них не омытый; иль куст ободрал им кожу колючий.

445 Ради того пастухи в реках купают отары

Пресных; при этом вожак погружается в кипень и с шерстью

Мокрою вдоль по реке несется по воле теченья.

Или же горьким тела масличным мажут отстоем,

С ним метаргирий смешав и добавив естественной серы,

450 Также идейской смолы и для мази пригодного воска,

Лука морского еще, чемерицы пахучей и дегтя.

Лучше, однако же, нет против этого бедствия средства,

Нежели, если ножом кто сможет разрезать верхушку

Самых нарывов: живет и питает себя потаенно

455 3ло, между тем как пастух врачующих рук не желает

К язвам сам приложить и сидит, на богов уповая!

Боле того, коль недуг до костей проникает овечьих,

В теле свирепствует жар и болящие гложет суставы,

Надо его устранить: рассечь овце из-под низу

460 Вену меж ног, чтобы кровь могла свободная хлынуть, —

Так поступает бизальт и быстрые также гелоны,303

В бегстве к Родопе несясь, в пустыни ли гетские, – эти

Кислое пьют молоко, смешав его с конскою кровью.

Если увидишь овцу, которая чаще отходит,

465 Тени ища, иль траву луговую ленивее щиплет,

Сзади последних идет и на пастбище прямо средь поля

Падает или одна удаляется позднею ночью,

Тотчас беду пресеки железом, пока не проникла

Злая зараза во все тобой небреженное стадо.

470 Бури, предвестницы зим, не чаще бросаются с моря,

Чем на хлева нападает болезнь, и не одиночек

Губит коварный недуг, но стадо целое сразу,

Все упованье его, все племя, старых и малых.

Может об этом узнать, кто сейчас поднебесные Альпы.

475 Норика замки в горах и Тимава Иапида нивы,304

Годы спустя, посетит – опустевшие царства пастушьи,

Весь безграничный простор с тех пор заброшенных пастбищ.

Там когда-то беда приключилась от порчи воздушной,