Девианты - Таня Танк

— У вас с Иркой как?

— Ну как. Вот, пельмени решили поесть…

— Ну дундук! Я Танюху уже по полной программе отделал.

— По полной? А что как быстро-то? — слегка поддел друга Кудряшов.

— Да а что там долго? Умеючи-то? — и Вопилов рассмеялся. — У тебя на Ирку-то как, стоит?

— Ну…

— В общем, так. Поторопился я с Танюхой. Ошибся в ней.

— Ошибся?

— Бревно. И ломается. Это мы не можем, то мы не хотим… Эх, надо было Ирку брать! Но теперь-то уж поздно, я друзьям дорогу перебегать не буду. Или она тебе не очень? Да? По глазам вижу — не очень. Да и правда, Олег, девка так себе. Тебе королева нужна, а это что? Третий сорт не брак, — и он вышел из кухни.

Иришка предусмотрительно тусовалась у двери во вторую комнату.

— Твоя подружка меня не приревнует? — шепотом спросил он у нее.

— Да не ссы, она в ванную пошла, на полчаса засела, не меньше. Такая, блин, чистюля, что ты!

— Иришк, ты не обижаешься на меня, детка? Ты мне сразу больше Таньки понравилась, но как-то так все сложилось, она сама инициативу проявила… В общем, извини. Пошли посмотрим, как у него в спальне?

А в это время на кухне Кудряшов пил водку и ел пельмени. Судя по воплям, доносившимся из спальни, Иришка оказалась не бревном — или, как минимум, актрисой погорелого театра. Олег бросил взгляд на часы: ого! Вопилов не выходит уже 20 минут! Рекорд, рекорд!

Тут щелкнул замок ванной, и на кухне появилась Татьяна в кудряшовских сланцах на босу ногу. Из одежды на ней была только его же, Олега, рубашка. Похоже, бесцеремонная девица просто открыла шкаф и надела то, что ей больше понравилось. Танюха уселась на стул и закурила. То, что рубашка не очень аккуратно застегнута и кое-где задралась, ее, казалось, не беспокоило. Когда из спальни раздалась очередная порция звукового сопровождения, она постучала кулаком в стену и прокомментировала:

— Ну притворщица! Ну артистка! А дружок-то такого мачо из себя строит. А сам… кролик, блин, — и она засмеялась. — Куда спешит? Он у тебя, случайно, не в пожарке работает?

— А многие довольны, — вяло заступился за Влада Олег.

— Да кто? Пойду сейчас у Ирки спрошу, она-то хоть как, поймала кайф или только притворяется? — и Танюха поднялась с табуретки.

— Эй, ты куда? — вскочил за ней Кудряшов. — Не ходи туда.

Та смерила его насмешливым, но вместе с тем ласковым взглядом:

— Да сиди уж, жуй пельмени.

Кудряшов ожидал чего угодно: истерик, разборок, мордобития и так далее. Но ничего подобного не последовало. «Может, Танюха прошла в зал?» — решил Кудряшов и отправился в гостиную. Но никого там не обнаружил. Тогда он осторожно постучал в спальню:

— Эй, Влад, что-то я Татьяну не нахожу.

— Да здесь она, у меня! — тут же раздался запыхавшийся голос Вопилова.

— А Ирина где?

— Я тоже здесь! — подала голос девица.

— Иди к нам! — крикнул Вопилов. — А то так девственником и помрешь!

Это было уже слишком. Девственником Кудряшов не был, и Вопилов об этом прекрасно знал. «Ну, такой вот ты удалец, но зачем меня-то на посмешище перед девчонками выставлять? Ну-ну, допросишься ты у меня в следующий раз квартиры», — подумал Олег и пошел в зал устраиваться на ночь.

Но не тут-то было! В квартиру позвонили. Кто это? Неужели мама вернулась? Вот уж некстати… Кудряшов прильнул к глазку и остолбенел: за дверью стояла Алла!

Он тут же влетел в спальню к веселящейся троице. Никто не прервал того, чем занимался на данный момент.

— Влад, нас засекли! Алка пришла!

— Как?! Алка здесь? Откуда она узнала?

— Сейчас не об этом! Девки, быстро в кладовку! Сидите тихо! Ир, да некогда одеваться — бери простыню и бегом. Танюх, давай в темпе. Шмотки свои захватите.

— А я не пойду! — заявила Танюха. — Его жена, пусть он и боится. Лично мне по фиг.

— И мне! — с вызовом поддакнула Ирка.

— Ну, как хотите, — как бы по ходу дела бросил Кудряшов. Он знал, что уговаривать в таких ситуациях — бесполезная трата времени и сил. — Только потом не говорите мне, что я вас не предупреждал. В том году она как-то с кислотой заявилась…

— С кислотой? — враз переспросили подружки.

— Да, представьте. Мы с Владом только чудом ее остановили, но все равно она успела плеснуть немного на руку Кристинке… Влад, как уж ее звали?

Ирку с Танюхой как ветром сдуло.

— Олег, давай не будем открывать. Как будто нас нет. Мы не здесь, это не мы, — заканючил Вопилов. — Как я не люблю эти разборки, кто бы знал…

— Открыть придется. Так лучше. Легенда такая: мы перепили, и ты поехал ко мне отлежаться. Все. Никаких девок не было. Мы тут пьяные дрыхнем.

И Кудряшов резво содрал с себя джинсы и джемпер, взлохматил волосы:

— Беги скорее на кухню убери окурки с помадой и бокалы.

Вопилов послушно потрусил выполнять распоряжение друга. Кудряшов казался тютей в те моменты, когда Вопилов был ого-го. Но как только в задницу клевал жареный петух, роли молниеносно менялись местами.

В дверь продолжили названивать.

— Ты иди, Олег, сам ей открой, — опять заныл Вопилов. — А я, скажи пьяный, сплю. Пусть обратно едет, а я, скажи, как протрезвею, вызову такси и приеду.

— Ладно, выкрутимся. Только бы девки чего не отчудили, — и Кудряшов распахнул дверь. В квартиру влетела небрежно одетая Алла.

— В чем дело? Почему не открываешь? — на правах давней знакомой она с Олегом не церемонилась. — Где этот мудила?

— Да перебрали мы, Ал, прости нас, — Кудряшов зевнул и потер глаза кулаками, как будто бы ему мешал свет. — Влад вон там. Ой, прости, я в одних трусах. Спешил скорее открыть.

Алла прямо в обуви прошла на кухню, где Вопилов, призвав на помощь всю силу своего актерского таланта, полулежал на столе, выворотив шею, и похрапывал. По сути, это была не до конца реализованная поза «мордой в салат».

— Пьянь! — выпалила Алла. — Все, развод! Да просыпайся ты, скотина! — и она принялась тормошить мужа.

— Алла, стоп, — Кудряшов мягко взял ее за плечо. — Зачем ты приехала? С кем оставила Вовку? Да, Влад хорошо поддал, ну и что? Это не повод бросать ребенка и срываться среди ночи.

— Если бы он просто был с друзьями, я бы ни слова не сказала. Но я-то знаю, что он тут не один. И ты покрываешь все его грязные делишки. Ох уж эта мне мужская дружба!

— Не понимаю, о чем ты.

— Да ладно дураком-то прикидываться. Вы были не одни, и это мне точно известно. Не отпирайся — вас видели. Я не с бухты-барахты сюда приехала.

«Ну, все понятно. Мамуля подсуропила, — прикинул Кудряшов. — А сейчас один комедию ломает, другая истерит, а мне, как всегда, все это разруливать».

В этот момент Вопилов промычал что-то невнятное, приподнял голову, обвел взглядом кретина кухню и остановил мутный взор на Алле. «Игра так себе, любительская, — оценил про себя Кудряшов. — Но Аллочка вроде верит или хочет поверить, а что еще нужно?»

— Поехали домой! — дернула она мужа за рукав. — В понедельник я подаю на развод, а ты веселись с кем хочешь и сколько хочешь!

— Какой развод, малыш? Мне никто кроме тебя не нужен!

Этот диалог Олег слышал уже не один десяток раз.

— Где его джинсы? — требовательно бросила Алла Кудряшову.

— Сейчас принесу.

Кудряшов пошел в зал, и по ходу дела заглянул в кладовку: узнать, как там девчонки.

— Ну что? — шепотом спросила Танька.

— Еще немного, сейчас он оденется, и они уедут.

— Уедут? — недовольно протянула Ирка. — Нет, пусть она чешет куда хочет, а он останется.

— Ну, это вы сами ей скажете, — махнул Кудряшов рукой в сторону кухни. — Кстати, у нее в кармане какой-то пузырек…

— Кислота!!! — «догадались» подружки.

— Не уверен, — продолжал нагнетать страху Олег. — Может, что и похуже. От нее всего можно ожидать. Нервы ни к черту…

Через пять минут Влад и Алла стояли на пороге. Казалось бы, еще каких-то тридцать-сорок секунд, и можно будет вздохнуть относительно спокойно: передряги этой ночи позади. Как вдруг…

— Ой, все, не могу! — из зала в одних трусах выбежала Ирка и бросилась в туалет.

Воцарилось молчание. Первой его прервала Алла:

— А я тебе, между прочим, верила Олег…

Тут Кудряшова прорвало:

— И в чем я тебя обманул? В чем, скажи, пожалуйста? Да, ты сейчас видела девчонку. Ну и что? Это Иришка, моя подруга. Или я, по-твоему, должен воздерживаться?

— У тебя на все есть отговорки! — и, подхватив Влада под руку, Алла вытолкнула его в подъезд.

Олег с девчонками бурно отметили свое избавление. Ни Ира, ни Таня больше не хотели никакого шампанского — только водки! Кудряшову даже пришлось доставать поллитру из своих «подвалов». Потом был долгий пустопорожний треп, объяснения в безграничной симпатии — причем, со всех сторон, и даже, кажется, поцелуи… Словом, дверь за пятничными знакомыми Кудряшов закрыл лишь во второй половине субботы.