Девианты - Таня Танк

— Наверно, только при одном — если он был близко знаком с этим человеком, доверял ему и был на него более или менее похож. Я думаю, так, — рассудила Яна.

— Думаешь, он посвятил этого человека в свой замысел?

— Не обязательно. Мало ли что можно наплести правдоподобного.

Помолчали. Съели по куску пиццы.

— А вариант с кражей пропуска ты не рассматриваешь? — заговорил Олег.

— Не мог он выкрасть пропуск, не мог! У нашего мистера Икс не было никакой гарантии, что ему удастся с кем-то это проделать. Тут ведь надо как минимум еще два условия выполнить: чтобы человек был точно работником нашего здания, и имел примерно такие же внешние данные, как и наш деятель. И как ты себе представляешь в этой ситуации ту же Корикову? Рискуя быть замеченной, она тусуется у здания, выжидая, пока выйдет кто-то похожий на нее, а потом идет за ним? Ну, а дальше что? Этот кто-то мог не идти ни в кафе, ни в колбасную лавку. Он мог спокойно сесть в машину и уехать. И что тогда? Нет, все было продумано, и человек не сомневался, что в нужное время пропуск будет у него в кармане. Кроме того, ты забываешь вот про что: если бы он выкрал карточку, то потом он должен ее как-то вернуть. А как?

— Да зачем возвращать-то? Попользовался и выкинул. Его, что ли, проблемы?

— Но тогда тот, кто потерял пропуск, должен был хватиться его уже на следующее утро. Пришел к вертушке — а пропуска-то в кармане и нет.

— Но не обязательно на следующее утро. У человека мог быть и другой график. А, может, он как раз со следующего дня в отпуск ушел и сейчас отдыхает где-нибудь в теплых странах и даже не подозревает, что у него вытащили пропуск.

— Или, например, он на следующий день заболел, — продолжила Яна мысль Кудряшова. — А что, тоже вариант! Да что мы гадаем тут на кофейной гуще, если ты можешь пойти к охраннику и узнать, кто за последнюю неделю просил заменить пропуск

— Точно. Тем более, как раз сегодня мой прикормленный Витек дежурит.

Через полчаса Кудряшов положил перед Яной обрывок газеты, на котором были коряво написаны три фамилии. Синицын, Гальперин и… Марьянова! Олег с Яной переглянулись.

— В общем, так, — сказала Яна. — Я хочу посмотреть на эту Марьянову. И я пойду сейчас в «Мягкое место»!

— Куда-куда ты пойдешь?

И оба расхохотались.

«Мягкое место» Яна нашла без труда. Но под каким предлогом ей заговорить с неведомой Марьяновой и, тем более, выведать у нее подробности пропажи пропуска? Ладно, для начала надо хотя бы взглянуть на эту даму. И Яна толкнула дверь офиса.

— Здравствуйте, — с выражением крайней приветливости на лице она обратилась к трем сидевшим в офисе женщинам и одному мужчине. — Я по поводу диванов. Хотим купить для офиса два новых. Вот и решили первым делом у вас посмотреть.

— И очень правильно сделали, — поднялась навстречу ей дама восточной внешности. — Наши эксклюзивные модели разработаны в соответствии… создавались специально для… не имеют аналогов…

Приятно улыбаясь, Яна выслушала заученную речь. На бейдже дамы она прочитала, что зовут ее Лариса Ивановна Цхай. Когда поток красноречия иссяк, кореянка предложила Яне ознакомиться с каталогами. Усевшись в кресло, та принялась штудировать проспекты, краем глаза наблюдая за сотрудниками офиса и размышляя, что же ей делать дальше. Минуты через три о ней совсем забыли.

— Мне кое-кто по секрету шепнул, что с нового года нас всех переведут на сделку, — объявила одна из женщин.

— Помилуйте, со стороны руководства это так несправедливо! — всполошилась другая. — Как будто от нас что-то зависит. Продаем-то не мы, а нижние.

— А вот хотят, чтобы продавали и нижние, и мы, — ответила первая дама. — А как мы это будем делать — никого не интересует.

Секунд десять помолчали, потом кореянка сказала:

— Лично мое мнение такое: нас хотят подвести под увольнение.

— Да бог с вами, Лариса Ивановна! — всплеснули ручками две первые дамы. — Откуда такие идеи?

— Посмотрите сами: много ли мы продали за последний месяц?

— Сколько клиентов пришло, столько и продали. Как будто от нас что-то зависит, — сказала первая дама.

— На самом деле, Лариса Ивановна, думайте, что говорите, — обиженно заявила другая. — Кто нам звонит — тем мы и продаем. Не могу же я на улице людей за рукав дергать: купите у нас диван!

— В общем, продали вы, дорогие дамы, на троих пять диванов, — подал голос единственный мужчина. — Пять диванов! Тогда как нижние продали сто семнадцать. Почувствуйте разницу.

— То есть вы, Виталий Владимирович, тоже считаете, что нас хотят отсюда выжить? — с заискивающим видом обратилась к мужчине первая дама.

— Наверно, не выжить, а заставить как-то крутиться…

— А что вы думаете про увольнение Дарьи Сергеевны? Может, следующими будем мы?

— Может быть, — отвечал мужчина. — Дарья Сергеевна, если уж начистоту, била баклуши. В сентябре она продала один диван, в октябре два, а в ноябре ни одного. И это называется менеджер оптовых продаж!

— Вы это так говорите, как будто вам нисколько не жаль бедную Марьянову! — бросила мужчине вторая дама. — И не надо врать, что в ноябре она не продала ни одного дивана. А как же та взбалмошная журналистка?

Яна вся обратилась в слух.

— Взбалмошная журналистка, вы говорите? — сказал мужик. — А она разве что-то купила?

— Да она неделю ходила, обивку выбирала!

— Выбирала, да не выбрала. Не купила она никакого дивана. Вот, смотрите, — и он ткнул пальцем в настольный календарь. — Она на следующий понедельник у Марьяновой записана на прозвон. Но раз Марьяновой нет, вы можете забрать себе клиентку и вести ее дальше.

— Никогда не переманивала у коллег клиентов, — с пафосом сказала одна. — Это низость.

— Зачем она мне, если по две недели не может решить, берет она диван или нет, — высказалась другая.

— Ну, все с вами ясно, — махнул рукой мужик. — Но уж, пожалуйста, не удивляйтесь, когда следующими за Марьяновой на выход пойдете вы.

— Не надо каркать, Виталий Владимирович! — окоротила его первая дама. — Как бы не вы первым пошли на выход.

— Только щеки надуваете и штаны здесь протираете, а компании от вас никакой пользы, — добавила вторая. — Одно и знаете: свои цифры.

— Знаете, Виталий Владимирович, давайте я буду вести эту клиентку, — неожиданно обратилась к мужчине кореянка. — Пусть она пока ничего не купила. Может, потом купит. Как ее зовут?

— Анжелика Серафимовна Крикуненко, — продиктовал мужчина. — Телефон…

Яблонская опять чуть не подпрыгнула на месте. Вот так Олежек! Фантазировал, фантазировал — а попал прямо в точку. Похоже, между Крикуненко и Марьяновой действительно имелась некая связь.

— Лариса Ивановна, — обратилась Яблонская к кореянке. — Скажите, а какие диваны у вас лучше всего берут? Что вообще людям нравится? Вот эта клиентка — вы сейчас имя такое красивое назвали — что хотела взять?

— Ой, эта клиентка — это что-то с чем-то. У нее каждый день были новые идеи. То один диван, то другой, то третий, — доверительно сообщила Цхай. — Марьянова уж не знала, что ей еще предложить. Вроде остановятся на кушетке «рекамье» — а на другой день клиентка требует «хай тек».

— Ну надо же, какие капризные люди бывают!

— Да и наша Дарья Сергеевна хороша. Человек старой закалки. Три года до пенсии. Угождать заказчику — что вы, это ниже ее достоинства. А как продавать, если не угождать?

— Просто не представляю, — с преувеличенным вниманием поддакнула Яна. — Но ведь и Марьянову жалко. Вы говорите, три года до пенсии. И куда вот она сейчас пойдет?

— Да все нормально у нее. Она уже устроилась на новое место. На втором этаже работает — только пропуск перерисовала. В столовой на раздатке стоит. У нее же первое образование — кулинарный техникум.

Пообещав Ларисе Ивановне в ближайшее время совершить покупку, Яна быстро спустилась в столовку. Время подходило к часу, первая волна обедающих уже схлынула. Чтобы рассмотреть раздатчицу, Яне не пришлось выстаивать огромную очередь.

— Первое берем? — без особой любезности бросила женщина Яне. — Солянка, рассольник, вермишелевый с фрикадельками?

— А рисового молочного нет?

— У нас не диетическая столовая! — отрезала та.

Яна всмотрелась в раздатчицу. Из-под белого колпака выглядывают кудреватые волосы со следами мелирования, рост чуть выше среднего, костлявые ключицы, накрашенные голубым веки… Обычная тетка предпенсионных лет. Примерно такая же, как Крикуненко — только менее рафинированная…

— Ой, а вы не в «Мягком месте» работали? — как будто бы ее только что озарило, воскликнула Яна. — Лицо такое знакомое…

— Работала, да уволилась. Сволочная конторка, — откомментировала раздатчица. — Тут сытнее будет. После четырех — дуй на все четыре стороны. А там торчи до вечера!