Если босс – дикарь. Правила выживания - Ирина Чарова

задумываюсь, подбирая нужные слова – с природным интерьером, позволяя вписать его в общую атмосферу. Ну, если так можно сказать.

– Та-ак – заинтересованно тянет босс. – Продолжайте.

Замечаю, как загораются любопытством его глаза.

И мне и самой вдруг начинает казаться, что всё, что я говорю, действительно не так уж плохо.

Расхрабрившись, я продолжаю уже смело.

– Но дерево, учитывая, как часто его используют, не сможет удивить нашего заказчика. Поэтому, я бы исключила его из работы. А атмосферу гостеприимства, которая будет притягивать гостей, можно создать и другими методами.

– И какими же? – спрашивает Алиса, заправляя за ухо прядь своих ярко-красных волос. – Можно от теории перейти к практике? Каковы фактические идеи, коллега?

– Например, можно использовать…Камень вместо дерева.

Давид, сидящий рядом, качает головой, будто открещиваясь от глупости, которую я сморозила.

И только босс довольно ухмыляется, словно наконец услышал что-то интересное.

– Только камень? – возбужденно уточняет он. – Ничего больше?

А глаза так ярко мигают, не отрываясь от моего лица, что мне становится совсем не по себе от такого прицельного внимания.

Сглотнув, я киваю.

– Ничего…Только камень.

– Камень – довольно грубый элемент, Ирочка – не отступает Алиса.

С ней молчаливыми кивками соглашаются другие.

– И создать с ним атмосферу уюта крайне сложно. Он дает грубость, которую мало что может сгладить. Особенно, когда его используют не дозированно.

Но пока она говорит, у меня в голове вспыхивает идея.

Я вдруг отчетливо вижу и то, как должна быть расположена мебель, и то, как можно поиграть с формами и смягчить грубую фактуру.

– Можно уменьшить жесткость множеством мелких деталей – с азартом парирую я – Например, декором, особой формой столов и диванов, да даже их расположением! А еще – светильниками.

Алиса откидывается на спинку кресла и насмешливо меня оглядывает.

– Боюсь, мне потребуется графическая демонстрация, чтобы понять , что вы имеете ввиду. Хотя бы чертеж простой геометрии для понимания конкретным форм. Вы можете его предоставить?

Босс снова встречается со мной быстрым взглядом.

Будто снова ожидает от меня секретного знака, который дал бы ему понять, что я действительно готова представить свою идею перед всеми.

Словно мы с ним два сообщника.

И он лишь вынужден делать вид, что воюет на вражеской, начальственной стороне.

Уже не сомневаясь в этой мысли, снова легонько ему киваю , сама давая позволение своему начальнику вызвать меня к интерактивной доске.

– Согласен, было бы хорошо это увидеть – он тут же передает мне стилус. – Ирина, продемонстрируйте нам ваши идеи.

Но нужный, начальственный тон внезапно теряется.

И эти слова звучат совсем не как приказ.

На секунду мне даже кажется, что в его голосе я улавливаю нотки волнения и…гордости.

Как если бы довольный родитель стремился скорей продемонстрировать остальным успехи своего драгоценного чада.

Так, Ира, соберись.

Нам нельзя оплошать.

Глава 18

Поднимаясь со своего места, я прохожу к доске.

И тут же желаю о своем решении…

Потому что здесь, в центре, перед всеми, я вдруг чувствую себя как смертник под прицелом шестерых солдат.

И в меня, без предупрежденья, уже летят их насмешливые взгляды-пули.

Из всех семерых дизайнеров, только Давид с улыбкой мне кивает, желая поддержать.

Это немного ободряет.

Ответив ему благодарным взглядом, я выдыхаю и поворачиваюсь спиной к коллегам, начиная водить стилусом по доске.

От руки черчу пространство.

Усиленно пытаюсь полностью сосредоточиться на процессе и не думать о снисходительных улыбках за спиной, попутно напоминая себе, что от меня ждут всего лишь простой набросок, без детализации.

Да я же тысячу таких нарисовала!

Даже простой ручкой, на листке бумаги, каждый день на работе, когда выдавалась свободная минутка.

Но на большом экране, под чьим-то наблюдением, я рисую впервые.

И рука, не привыкшая к таким масштабам, двигается по поверхности неуверенно.

А когда, мимолетно обернувшись на звук упавшей у кого-то ручки, я снова встречаясь взглядом с Давидом, по телу бьет неприятный жар.

Он, конечно, тут же мне улыбается, снова пытаясь подбодрить, но я всё равно успеваю заметить тот пренебрежительный, скучающий взгляд, с которым он смотрел на мою работу.

Будто его заставили разглядывать детские каракули.

От этой мысли рука начинает дрожать.

Может, издалека все выглядит совсем плохо?

Может, я просто слишком много о себе надумала?

Мысли вдруг путаются, сплетаются сумбурным ворохом и неожиданно – исчезают.

Вместо них – в голове появляется какой-то вакуум.

И идея, которую я так ярко видела в своей голове, меркнет, а затем и вовсе испаряется, будто её никогда не было.

Разум охватывает паника.

Но я все равно пытаюсь провести еще несколько неуверенных линий, в попытке закончить эскиз.

Вот только, пока прорисовываю их, уже понимаю, что делаю только хуже.

И как это исправить – не знаю.

– Что ж…

Вздрагиваю, когда босс оказывается рядом.

Он подходит сзади, останавливается сбоку от меня, будто вставая щитом между мной и коллективом и берет ситуацию в свои руки.

– Если добавить сюда немного четких линий , а сюда, – он указывает на самую жуткую зону – наоборот, асимметрии, чтобы все это уравновесить с левой стороной, то идея действительно не плоха.

Нет…

Она просто ужасна!

И хорошо, что он хотя бы не стал рассыпаться в тысяче комплиментов, иначе все бы стало казаться еще хуже.

– Присаживайтесь, Ирина – касается слуха его неожиданно мягкий голос. – Спасибо.

Он берет стилус из моих рук и напоследок легонько сжимает ладонь, будто пытаясь меня ободрить.

Еще и в глаза при этом беспокойно заглядывает.

Так проникновенно и изучающе, будто мы с ним в этом кабинете совсем одни.

Но я, опустив голову, лечу к своему столу, желая скорей спрятаться от насмешливых взглядов коллег, на обозрение которых сама себя выставила.

Как посмешище!

– Это было ужасно… – едва слышно лепечу, опускаясь на кресло рядом с Давидом.

Пряча голову, чуть ли не носом склоняюсь к самому столу.

– Просто ужасно… – повторяю сокрушенно, чувствуя, что вот-вот расплачусь от обиды на саму себя.

Давид склоняется ко мне.

– Ну, если честно, да – так же тихо отвечают он и неожиданно сжимает мою руку под столом. – Но ты хотя бы попыталась. Уже молодец.

Молодец?!

Да я опозорилась на полную катушку!

А он еще и пытается меня успокоить.

Это полный провал!

Глава 19

Заман

– Стрелецкая, а ну быстро выходи оттуда! – требую сердито.

И снова по двери кулаком со всей дури стукаю.

Но в ответ – только упрямое молчание.

Уже в который