Берегись сурка! - Larik-lan

кухню. Зная сурка, зельевар подозревал, что после ухода дам Питер перемоет с хлоркой дверные ручки и все поверхности, которых могли касаться "грязные пальцы". Нарцисса моргнула, но смогла удержаться от комментариев и кивнула:

— Мы действительно не будем чаю, нам уже пора… До свидания, Северус…

А Беллатриса, следуя за сестрой, протянула:

— Какая непочтительная крыса… 

Проводив гостей, Снейп заглянул в кухню, где Петтигрю яростно шинковал гору капусты. 

— Не грубите Беллатрисе, ей вполне по силам отправить вас в кругосветное турне по частям, когда голова отдыхает в Бразилии, левая рука — в Австралии, а ногами кормятся медведи в Арктике. И лорд ей ничего не скажет, она из Ближнего круга. 

— Хотите сказать, пока леди были слегка шокированы и отвлеклись на меня, вы не успели пошарить в их мозгах? — Питер глянул на зельевара с видом крайнего разочарования. Снейп кашлянул, но после слегка кивнул:

— Вообще-то успел… 

Питер пожал плечами, будто этого он и ожидал и вернулся к работе, напоследок бросив:

— А руки мыть — надо! 

Устроившись в гостиной и отпивая остывшего чаю, Северус глубоко задумался. Он упомянул в разговоре хранилище не просто так — у Нарциссы и Беллы в голове сразу же всплыли воспоминания о банковских ячейках, и он сначала незаметно скользнул по памяти леди Малфой, а после, когда Беллатрикс отвлеклась на Питера, смог проскользнуть и в лабиринты памяти второй сестры. Леди Лестрейндж очень беспокоилась за чашу, поэтому её воспоминания оказались яркими и их уловить оказалось совсем несложно. Зато теперь зельевар знал примерное расположение сейфов двух древнейших Родов, как и защиту, которой окутали сокровище Пуффендуй. 

Временами Северус задумывался, зачем он вообще в это ввязался — может, стоило оставить всё на Альбуса и Поттера, пусть лазают по пещерам, грабят банки, воруют драконов. Но, вспоминая канон, понимал, что не может оставаться в стороне. Это директор может позволить себе год сидеть, неспешно выкладывая мальчишке воспоминания о крестражах, ожидая, пока удастся уломать Горация. И весь этот год Волдеморт будет убивать. А после будет ещё один год полной безнаказанности, с пытками, убийствами, гонениями маглорождённых, охотой на маглов. Директор мог считать это допустимыми жертвами во благо общего дела, но остатки совести Снейпа, проснувшись, больше не засыпали, побуждая его к действиям. 

Свободные дни можно было посчитать по пальцам, даже если он попросит у директора отсрочку "по состоянию здоровья". Снейп фыркнул — за все годы преподавания он ни разу не брал больничных, полагаясь на собственные зелья, и подобная отговорка может удивить Альбуса, но — плевать. Он без промедления отправил директору письмо и теперь в его распоряжении была ещё неделя, катастрофически мало для задуманного, но выбора нет. 

Следующие три дня Северус практически не появлялся дома, он бродил по Лютному, приценивался у контрабандистов и даже успел ненадолго сгонять на континент. Его уже подташнивало от оборотки, — передвигался он обычно в чужой личине, выбирая один из пяти собственных образцов или перехватывая волоски у прохожих. Но медлить было нельзя. В принципе, у него было две сложности — войти в банк и выйти оттуда невредимым. Для того, чтобы открыть хранилище, в любом случае понадобится живой и функционирующий гоблин, поэтому, не изобретая велосипед, можно использовать фокус из канона и наложить на банковского коротышку "Империус". 

Не скупясь на "Конфундусы", легиллеменцию и золото, он собрал набор "начинающего грабителя банков", хотя и понимал, что план его был сырым и содержал массу "белых пятен". Как и говорил Питер, в Гринготтсе была вентиляция. А ещё подземные стоки, по которым отходила вода из рек. По ним Северус и планировал покинуть недружелюбное заведение. 

— Послушайте, Питер, мне нужно будет отлучиться на пару дней, — накануне операции сообщил зельевар, отпивая глоток кофе. — Мне заказали зелье, для которого требуется редкий ингредиент, мне он нужен свежим и я предпочту собирать его сам…

Петтигрю внимательно нахмурился, кивая. Да, если Снейп не вернётся, это будет хорошей отговоркой для Лорда, и сурок ни при чем. 

— Жабросли вам нужны для того же зелья? — Поинтересовался Питер, а Снейп приподнял бровь: 

— Жабросли? О чем вы? 

— Они характерно воняют. Я у Малпеппера в аптеке чуял этот запах, и теперь ваша сумка в прихожей пахнет так же. 

— Это, вообще-то, не ваше дело, но ингредиенты я купил для Хогвартса. 

— Судя по насыщенности запаха, вы собираетесь всех студентов с пятого по седьмой курс обучать подводному плаванию? 

— Повторю: это не ваше дело. 

— Хотя, с другой стороны, если сплавляться по Темзе и пробираться морем, вам как раз хватит этих жаброслей, чтобы добраться до Швеции. Обещайте привезти мне контрабандой баночку сюрстрёмминга. 

— Пит, — Снейп зловеще понизил голос. — Вы суёте свой нос в дела, которые вас не касаются… 

Петтигрю поднял руки, будто сдаваясь, но глаза его слегка затуманились, как в моменты, когда он вспоминал сюжеты фанфиков или придумывал себе идеи для новых. Северус не хотел знать, о чем думает Питер, поэтому он поднялся, полоснул чашку и закрылся в зельеварне, по пути забирая из прихожей сумку с водорослями. 

Утром, ещё раз проверив карманы и убедившись в наличии всего необходимого, зельевар принял флакончик жидкой удачи. В этом предприятии ему нужно было всё его везение и ещё немного сверху. Для проникновения в банк он выбрал личину одного из влиятельных Томушкиных прихвостней — Корбана Яксли, министерского работника, который в прошлом избежал Азкабана, а теперь снова накапливал влияние, ожидая, пока Волдеморт захватит власть. Снейп не очень хорошо ладил с Яксли, тот отличался жестоким и непримиримым нравом, был спесив, честолюбив и высокомерен, но его слабостью была страсть к женскому полу и несколько любовниц, о которых знал весь Ближний круг. Оказалось несложным выманить его анонимной надушенной запиской с обещанием интимного рандеву,  в назначенном укромном месте оглушить со спины, забрать несколько волосков и палочку. Надежно связанного и скрытого чарами отвлечения внимания, Корбана должны были найти никак не раньше, чем через три часа. 

Поскрипывая кожей новых лаковых ботинок, Снейп в личине Яксли поднимался по ступеням банка, невербально заморочив стражей. Дыхание зельевара оставалось размеренным и спокойным, он не подавал признаков беспокойства, шагая по гулкому залу к свободному клерку. Наложить невербальное "Империо", используя чужую палочку, оказалось сложнее, чем при работе собственным инструментом, но гоблин, набрав в грудь воздух, не успел привлечь внимания, снова расслабляясь и благожелательно глядя на клиента. 

— Корбен Яксли. Хотел бы посетить своё хранилище и ещё