Торжествующий мертвец - Джон Меткалф

Наконец, прибыл поезд. Едва он с грохотом остановился, тотчас выскочил Годерих и через секунду уже пожимал мне руки.

- Знаете, - говорил он, - бывает так, что зубная боль вдруг исчезает на пороге у дантиста. Если я приехал не впустую, как вы изволили выразиться, то вы и ваш дерзкий ребенок все еще в ссоре.

Мы приблизились к замку, и я задумался. Внутренняя энергия Годериха, его жизнерадостность были струей здоровья и надежды из другого мира. Но все же у меня оставались сомнения и в какой-то мере я был шокирован.

- А если мы уже не в ссоре, а это так и есть, - как помню, ответил я, - да сейчас вы сами все увидите.

Мы миновали подворотню и остановились. Нас встречал Вэньон, он был сама любезность. За ним маячила маленькая фигурка, скрывавшаяся в тени.

- Хэлло, бездельник! - воскликнул Годерих. - А ну, выходи!

Дэни робко шагнул вперед. Его лицо вновь ужаснуло меня своей изнуренностью.

- М-м... - начал Годерих, - я должен сказать без всякой рекламы, что только дезертиры бывают в самовольной отлучке... Девятнадцать дней в бегах, так? Но на сей раз мы его не будем держать в теплице, старший сержант...

Я еще раз мысленно вздохнул. Не знаю: восторгаться или пугаться от такой жизнерадостностью Годериха?! А не переиграл ли он? Это волновало меня не из опасения, что плохо подействует на Дэни, а потому, что может оказаться слишком смелым вызовом злым силам.

Но Дэни спокойно отнесся к подобному шутовству. Он даже слабо улыбнулся, Когда Годерих продолжил свои шутки.

От меня не ускользнуло, что за шутливыми играми скрывалась большая тревога Годериха. Когда Дэни ушел, заявив что вместе с Зизи пойдет смотреть, как кормят лошадей, мой друг явно помрачнел.

- Что вы думаете по этому поводу Хэпгуд? - поразил он меня вопросом.

- Я?... Я-я хочу, чтобы вы сказали мне свое мнение!

- Конечно. Но сначала я хотел бы знать, что думаете вы. Например, не были ли вы действительно... - Он сам прервал свою мысль: - Нас могут здесь побеспокоить? Разве наш великолепный хозяин не может вмешаться?

- Думаю, нет. Сейчас он очень расстроен. Очевидно, сегодня вечером мы его уже не увидим.

- Меня это устраивает... А если...

- Вопреки моему предсказанию, в этот момент вмешался Вэньон и начал нас развлекать скучным разговором. Не прекращалось это до самого ужина и во время него, пока он не излил весь поток своих извинений и не удалился. А мы с Годерихом смогли продолжить беседу. Как и вчера вечером, Дэни рано отправился спать.

- Ну, хорошо, - сказал Годерих, - что вы думаете об этом теперь? Например, действительно ли вы считаете этого чертова типа, известного нам по Хемпширу, тем самым Приваче, могилу которого вы нашли неподалеку на прошлой неделе?

- Это, это звучит, конечно, как вздор, - ответил.

- Вздор... Ну, ладно. Только вздор может быть разным. Иногда, изменяясь, он перестает быть вздором. Особенно если вторгается не в свою сферу. И по крайней мере этот вздор стал реальностью для Дэни, а в некоторой степени и для вас. Сейчас я хотел бы знать, насколько реальным он стал для вас?

- Говорю вам - не знаю. Это просто не поддается математической оценке.

- Ну, так. Не поддается. А если бы поддалось, то в конце концов мы бы смогли выследить это проклятое существо и арестовать его за что-нибудь. Но за что? Как бы вы смогли его обвинить? Если бы вы попытались сделать это, я бы возненавидел вас! Абсурдна сама ваша мысль о том, что вы не можете оценить степень его реальности. Однако совершенно необходимо другое заполучить вашего мальчика. А уж потом мы будем молиться, чтобы он вылечился.

- Но что вы думаете на самом деле? Не может... - я заколебался.

- Знаете, что вы собираетесь спросить. Может ли он? Опять может ли? Что мне сказать? Он был здесь. Он - это дурацкое существо, в какой-то степени почти человек. Почему-то он всегда носит перчатки. Кроме того, у него рука действует весьма необычно. Одно я не могу понять: как задушенный или полузадушенный смог отдышаться и покончить с этим. А ведь было... Конечно, он не слишком популярен, а может, даже вызывает страх, но...

Годерих сделал паузу и продолжал:

- Не думаю, что так мы уйдем далеко. Но проще всего говорить, что это вздор. И если вы могли почувствовать это так же, как говорить это, то было бы отлично. А как с шумами? Они продолжаются?

- Мне говорили, что да. Сам же я их не слышал.

- И "комната-убежище", где, как говорят, умерло это первое чудовище. Как оно попало туда? Четко ли признал наш хозяин, что Приваче номер один умер именно там?

- Четко?... Нет вовсе. Он ничего определенного не говорил. Когда же я стал настаивать, чтобы он заявил, что он... первый Приваче умер не там, где я предполагал, Вэньон повел себя весьма странно, был очень груб и бросил мне, что я схожу с ума...

Мы еще продолжали наш разговор, но не пришли к новому выводу; Остался прежний: единственная надежда - немедленно увезти Дэни.

Мы, Годерих и я, решили взять Дэни домой. Этим утром мы предварительно договорились о билетах, чтобы все предусмотреть. Дэни был так изнурен, что наше решение было вполне оправдано. ДУмаю, оба мы понимали, что необходимо проявлять крайнюю осторожность, иначе он погибнет на наших руках или его унесет легким дуновением ветра. Глаза у Дэни потускнели, кожа высохла. В его поведении появилось что-то такое, что трудно описать: наряду с апатией - оживление или даже страх.

После бессонной ночи пришел хмурый день. Ночью мне что-то все время снилось, но я не мог припомнить - что. Главным образом всякая чепуха: Вэньон выступает перед куклами в библиотеке; где-то вдали Дорло катается на роликовых коньках; перемещаясь с одного поля на другое, пугало приближается к замку. Тяжесть этих сновидений угнетала, я проснулся от них со взвинченными нервами.

Наш поезд отбывал из Фоана в десять тридцать. Поднялись мы очень рано. Рассеянно поглядывая на нас из-под насупленных бровей, Дэни ел скромный завтрак. Он был погружен в свои мысли, вдруг резко встрепенулся и нечаянно опрокинул чашку с шоколадом. От неожиданности он открыл рот, чтобы крикнуть, но так и не произнес ни звука.

На этот раз машина хозяина нам не понадобилась. Вчера я заказал такси из Фоана и теперь молил Бога, чтобы оно пришло вовремя. Наш багаж находился в зале. Я дал слугам на чай. Одетый в халат вышел Вэньон, чтобы попрощаться. Кланяясь и крепко пожимая нам руки, он пробормотал что-то вроде "...если вы сможете..."

Наконец, мы все трое выехали. На сердце у меня потеплело, стало легче дышать.

- У тебя все в порядке? - спросил я Дэни.

- О, да...

Он сидел рядом со мной напротив Годериха и мечтательно смотрел в окно. Выражение лица у него было какое-то отрешенное, словно он видел что-то совершенно незнакомое и неинтересное. Его волосы, как я заметил, сильно отросли, нужна была стрижка.