Девочка из стаи - Екатерина Романова

Наташа, греясь, почти обнимая собаку, оглядывалась по сторонам. Последнее, что она помнила, — как идет по лесу, как сзади слышатся шаги дяди Олега. Потом — как она бежит. Он снова сказал, что она украла… Она испугалась, что он снова ее ударит. Тогда она не думала, что может потеряться, заблудиться, не сможет вернуться домой. Наверное потому, что дом дяди не был ее домом. Ей было уже все равно, где быть чужой, от страха мысли путались, она бежала, пока не поняла, что уже не слышит позади шагов и криков. Наташа не помнила, как, устав идти, оказалась лежащей на подсохшей проталине у корней деревьев. Пролежи она здесь еще немного — и уже не проснулась бы… Рыжая, вылизав запачканные землей щеки, охотно давала себя обнять, чтобы девочка отогрелась. Когда Шрам встал, она резво повернула к нему голову, виляя хвостом. Она просила оставить найденного человеческого щенка.

И он не был против.

Тайга оживала по весне, медленно просыпаясь и отодвигая снежное одеяло. Когда вставало солнце, вокруг начинало потрескивать от таяния, земля впитывала воду, и в воздухе пахло осенними прелыми листьями и свежестью. Наташа шла по пятам за Шрамом, который порой останавливался, прислушиваясь. Пару раз она с треском проваливалась в снег за его спиной, и он оглядывался, после чего Наташа поняла — когда он останавливается, надо быть тише. Она сама пыталась прислушиваться к новым, непривычным звукам, таким легким и ясным в тишине леса. Где-то впереди зашумели ветки — какая-то птица снялась с земли и перелетела на дерево, услышав шаги собак. Не было больше ни страшно, ни тяжело. Не было усталости, словно проснулась Наташа уже в другом мире, оставив прошлое в прошлом и навсегда попав в этот таинственный лес. Шрам вел их к логову стаи, туда, где в небольшом холме собаки нашли несколько лет назад барсучьи норы. Там они прятали щенков, хотя большую половину года кочевали по лесу.

Новичка стая почуяла сразу. Обычно собаки ходили вместе, но сейчас Шрам ушел с Рыжей, и остальные ждали, отдыхая после долгого перехода. Первой заметила возвращающихся Лапка. Молодая самка, внешне чуть похожая на Шрама высокими, по-волчьи торчащими ушками и умной мордой. Ее младший брат, уже совсем не щенок, но по характеру и не взрослый, Малыш, вслед за ней вскочил на ноги. Вместе они с интересом наблюдали, что за новое существо ведет за собой Шрам. Переминаясь с ноги на ногу и виляя хвостом, Лапка всматривалась в приближающиеся фигуры — те шли с наветренной стороны, и она ощущала новый запах. Настроение у нее было не настороженное, скорее игривое. Неподалеку от них так же вскочила на ноги Хромая — уши встали торчком, но вскоре опустились, когда на поляне показался вожак с каким-то странным зверем. Впрочем, для Хромой, не раз видевшей таких, зверь был не странностью, а угрозой. Пока не рыча и не рискуя навлечь гнев вожака, она снова опустилась на землю, наблюдая, что будет дальше.

То, как Шрам привел нового щенка в стаю, само давало понять, что это — друг и новый член семьи. Рыжая, поприветствовав детей, заюливших перед ней и попытавшихся лизнуть морду, на время оставила Найду, присевшую в стороне. Девочка смотрела на семью, уже привыкнув к мысли, что ее не тронут и бояться их нечего. Догадки лишь подтвердились, когда к Найде подбежали Лапка и Малыш, по-своему приветствуя новую сестру. Собаки инстинктивно чувствовали, что маленький человек моложе и куда слабее их и теперь на них ответственность за него. Это был закон стаи. Еще один пес, которому по возрасту не полагалось проявлять щенячью радость, Старый, оставался лежать в стороне ото всех, глядя, как молодые приветствуют и ему знакомое существо. В свое время многого натерпелся от них Старый, но считать всех людей одинаковыми от этого не стал. Хромая в недоумении переводила взгляд на Шрама и Рыжую, но ответный взгляд вожака дал понять, что это все не ошибка, детеныш забрел сюда не случайно.

А Найда гладила собак, не замечая, как на глазах выступали слезы. Среди людей она не нашла того, кто так же бескорыстно, так же искренне принял бы ее, потерянную и забытую, утешил бы в ее горе и спас от голодной смерти и одиночества. Сейчас она видела, как рады ее появлению совершенно чужие, но такие добрые существа. Окрестив их по-своему, девочка давала лизать себе руки и ласкала тычущиеся в ее шею морды, пока Лапка и Малыш обнюхивали детеныша, привыкая к его запаху. Найда уже сейчас знала, что отсюда ее не прогонят и здесь она совсем скоро станет своей. А пока просто не замечала, что плачет от радости.

По тающему снегу было трудно идти быстро, но Найда старалась успевать за Шрамом. Ей специально позволили занять позицию за вожаком — пусть смотрит, привыкает, учится. От голода урчало в животе, и Найда чувствовала — собаки тоже голодны и именно потому спешат.

Впереди, в паре километров от них, шел по тайге старый лось. Еще недавно он был на территории волков, за рекой, и собаки даже не знали о его существовании. Но вот ветер стал приносить манящие запахи. По ним было ясно — животное не пахнет как молодое и полное сил. Лось был уже слаб. В течение нескольких дней собаки следили издалека, находя свежие следы и проверяя, насколько устало животное, быстро ли движется. Сейчас Шрам, умевший распознавать состояние жертвы, вел их следом, чтобы закончить начатое. С таким они справятся, и уйти от них ему не удастся. Он шел первым, по следу. Найда с трудом, но поспевала. Он видел, что для человеческого щенка преодолевать такие расстояния непривычно, и сбавлял скорость, когда она выматывалась, но все же не останавливался. Двигаться — главное, чему она должна была научиться. Слабость здесь равносильна смерти, добыча может находиться за десятки километров, найти ее, выследить и нагнать — на это способен не каждый. Рыжая держалась сзади, как мать опекая и подгоняя Найду. Остальные шли следом. Только Хромая нетерпеливо давала круги, то отходя от следа и вслушиваясь в тишину леса, то добегая почти до вожака и с недоверием глядя на неповоротливое двуногое, которое уже раздражало ее своим присутствием. Охота длилась слишком долго, будь ее воля — она пустилась бы рысью за лосем и нагнала, но Шрам всегда вел себя иначе.

Стоило приблизиться — стая ускорилась. То ли лось чувствовал погоню, то ли просто вымотался, но он начал петлять. Надо было понять, не свернет ли он с их земли, иначе будет риск потерять его и придется действовать быстро. Шрам то и дело принюхивался к следам. Всего некоторое время назад лось шел медленно, остатков его старой шерсти, сильно линяющей, было больше, и вот — следы стали глубже, как от быстрой ходьбы, и шерсть не успевала опадать. Шрам подгонял Найду, и она бежала, успевая тоже останавливаться и нюхать, как животное, пока ничего не чуя, но стараясь изо всех сил. Смотреть на них Хромой было смешно. Что может это существо?

Тайга не шла равниной на всю свою площадь. Были и холмы с плавными спусками и подъемами, и резко обрывающиеся овраги, как там, где несколько лет назад жила стая, пока уютное скрытое место не завалило с нависшего берега песком. Там было старое русло реки, но за век Шрама воды тут не бывало даже в самые дождливые годы. Русло высохло и река ушла в обход холма, на территорию, которую стая обходила стороной. Возле русла они повернули — спускаться для Найды было бы тяжело. В последний момент Шрам увидел, как упрямая Хромая сбегает по следам добычи вниз. Не став препятствовать, он вдруг увидел перед собой совершенно другую картину. Ведь точно так же какое-то время назад бежал лось. Шрам приостановился, и вся стая наблюдала, как Хромая пересекает русло и исчезает среди невысоких деревьев по другую сторону. Река там давала крюк. Значит, лось либо снова вынужден был спускаться и подниматься, что вконец вымотало бы его, либо шел бы в сторону, вглубь леса. Зная, что посреди русла он лучше виден для стаи, он, несомненно, предпочел бы спрятаться в лесу. Туда и направился, уже не по следам, Шрам, вовсе не спускаясь в низину. Найда немного удивленно смотрела вслед Хромой, не понимая, был ли это тактический ход или просто ошибка собаки, но шла за Шрамом, даже не видя теперь следов. Как и вся стая, веря вожаку. Для Найды было своего рода облегчением понять, что очередной спуск они миновали, девочка устала, но не сдавалась и держала темп.

Следы нашлись, как и подсказывал опыт вожака, чуть дальше, где русло поворачивало, и это несомненно, дало Хромой чудесный шанс упереться в новый спуск и побежать по тропе жертвы туда, куда без лишних затрат сил уже вышла стая. Шрам не ждал — пылу поубавится, если устанет. Злая Хромая появилась через какое-то время и немного подержалась в хвосте, уняв прыть. К тому моменту начинало темнеть.

Вскоре они увидели лося. С вершины холма, где остановилась стая, было видно, как животное торопится и скрывается за деревьями. Он был на их территории и спешить теперь было не обязательно — за холмы не свернет, никуда не денется. Всего пары мгновений хватило Хромой, чтобы впасть в радостное возбуждение. Она готова была кинуться следом, но Шрам привык нападать хотя бы в сумерки. Не уверенный, что в темноте Найда разглядит добычу, он сел, дожидаясь удобного часа.