Назад в молодость - Евгений Силаев

и Таня Кравцова. Имя последней девушки показалось мне знакомым, но думать об этом было некогда. Игра вот-вот начнется.

Физрук объявил, что у нас будет что-то типа мини-турнира: если успеем, то все сыграют друг с другом по разу. Без мест и призов, чисто на интерес.

С другой стороны сетки парней было чуть больше. Целых трое! Похоже, физрук не знает, что такое равномерное распределение.

Один из соперников выглядел мощнее всех: высокий, коротко стриженный, с длинными руками. Почти Слэндермэн.

— Твою мать! — выругалась Таня, — У них Серега Архипов. Нам хана!

— Почему? — решаю уточнить, пока есть время.

— Да он зверь. В армии подкачался, подает мощно. Его мячи можно даже не ловить, гиблое дело.

— Поглядим, — отвечаю с вызовом и поворачиваюсь лицом к сетке, подняв руки над головой.

Свисток. Игра началась.

На подачу вышла одна из двух девчонок-соперниц. Несколько раз глянула на физрука и подала по свистку. Мяч ударился в сетку. Мы ведем! Разгон хороший.

У нас на подачу пошла Света. Сдерживаюсь, чтобы не обернуться на нее. Слышу звук удара и вижу мяч, перелетевший на ту сторону. Парни решили разыграть в три, причем возле меня. Подгадываю момент и в момент удара выпрыгиваю, а потом падаю на пятую точку. Спортивный снаряд мне попал по лицу буквально в самый нос. Больно! Зато мы заработали второе очко.

Потом мне снова прилетело мячом. Но уже в затылок. Эх, Света-Света. Во всех смыслах не щадишь меня.

Так мы и играли, чередуя нормальные розыгрыши с дурацкими аутами. В этом и прелесть студенческого волейбола: играть не умеем, зато стараемся от души.

— Ну все, приплыли, — подала голос Тэона.

На подачу вышел Архипов. Слова излишни. Он подбросил мяч и влупил по нему со всей дури в сторону девчонок. Те с визгом разбежались. Парень ехидно ухмыльнулся.

— Так, дорогие мои, я все понял, — говорю им, — Разойдитесь в сторону, к линиям. Принимать буду я.

Девушки с грустью в глазах согласились. Такое ощущение, словно я иду на войну один против дивизии, не меньше. Либо собираюсь прыгнуть с моста.

— ДАВАЙ! — кричу на ту сторону, всем видом показываю, что подавать надо в меня.

Архипов что-то пробубнил и снова подал в своей фирменной манере. Проследить полет мяча оказалось не сложно. Соединяю руки, подставляю, как учили, и отбиваю.

А потом руки резанула адская боль. Словно мышцы подожгли изнутри и резали острыми ножами одновременно. Похоже, попал по кровеносным сосудам (или артериям).

— *******, — только и могу прошипеть.

— Аут! — констатировал факт физрук.

Твою мать! То есть это не конец.

Архипов подает еще. Мяч попадает в кулак правой руки и падает на пол. Конечность начинает болеть с двойной силой.

Еще подача. Не прямо на меня, а в угол. Прыгаю и не дотягиваюсь. Реально зверь.

А дальше произошло страшное, по крайней мере, для меня. Архипов опять лупанул со всей дури, и мяч попал Свете в живот. Она схватилась за пострадавшую часть тела, легла на пол и сжалась в комочек. Мы подбежали проведать подругу. На ее глазах выступили слезы.

Физрук свистнул и пошел к нам, что называется, оценить ситуацию. Потом вынес вердикт:

— Помогите поднять ее. Отнесу в медпункт.

Александр Николаевич взял ее на руки, словно пушинку, и удалился. Я посмотрел на соперников и вижу Архипова. Он снова улыбается своей злорадной улыбкой.

Вот урод!

— Ты ***** ***** совсем? — кричу я ему.

— Что? — он деланно удивился, словно не девочку только что в медпункт отправил, а шнурки завязывал.

— Ты совсем попутал? Нахрена по девчонкам так лупить?

— Тебя спросить забыл!

Я показал ему средний палец. Не знаю, понятен ли советским студентам этот жест, но по-другому тут никак.

— Заплачь еще, что я в эту козу попал, — с вызовом крикнул Серега.

Он нарвался. Сдержаться было невозможно.

— Ты охренел, шерстяной?

— Что ты сказал?

— Еще и со слухом проблемы, щенок?

— А ты повтори!

Я пошел в его сторону, потом пролез под сеткой. Архипов тоже двигался мне навстречу. Между нами всего пара метров.

Смотрю ему в глаза, злость кипит. Уточняю:

— Ты че, берега попутал?

— Да пошел ты, козел!

Вот про козла ты зря, конечно. Такое с рук не сойдет. Как говорил один известный политический деятель: «Если драка неизбежна, бить надо первым». Я и подумать не мог, что окажусь в такой ситуации.

Дальше все произошло словно само по себе. Делаю пару шагов, выбрасываю правую руку и попадаю ему кулаком в нос.

— *******, — прошипел Сергей.

А потом ударил в ответ. Так сильно, что я аж отшатнулся, но картинка не потеряла четкость. Быстро возвращаю равновесие и бью снова. Затем еще и еще, еще и еще.

Мне, конечно, тоже прилетает: кулаками в голову и грудь, плюс пару раз новой в бока. Делаю пару шагов назад.

А потом разбегаюсь, опускаю голову вниз и влетаю в него. Мы оба падаем набок, я еще дергаю ногой в его сторону.

— А НУ ПРЕКРАТИТЬ!

Александр Николаевич вернулся. Именно он и потребовал остановиться.

Я встал чуть раньше и, воспользовавшись секундным преимуществом, снова ударил Архипова в нос, отправив его обратно на пол.

А потом мне завели руки за спину и зажали. Архипова подняли его партнеры по команде и тоже обхватили. Им, очевидно, было чуть сложнее.

— Сука, — прошипел Серега.

— Гондон, — ответил ему я.

Напряжение потихоньку начало спадать.

***********************************************************

— Вы там что, рехнулись? — спросила медсестра.

Обстановка в медпункте была гнетущая. Света лежала на кушетке, все еще свернувшись калачиком. Ей дали таблетку от боли в животе, и она ждала, когда лекарство подействует.

Я сидел на табуретке, опершись головой о стену, и держал ватку возле носа. Архипов находился напротив меня в таком же положении.

Сами того не заметив, мы оба разбили друг другу носы в кровь. А еще болели бока и голова. Приятного мало.

— Да просто тут один пассажир забыл, что играет в волейбол с девочками, — начинаю объясняться.

— Ты тоже девочка? — Архипов не унимался.

— Хреневочка! Ты Светку вон как уделал. Вот я и спросил с тебя за это.

— А ты кто такой, чтоб это делать.

— ***** не должно! — тут уже я начал дерзить.

— Так! В моем кабинете не выражаться! —