Сон о золотых рыбках - Владимир Марченко

– Нужно пробить дырки, чтобы укрепить проволоку для вешалов, – сказал Антон.

– Верх мы закрываем тряпкой, чтобы дым уходил, – размышлял Юра.

– Ваня, готово. Развешивайте, – сказала конопатенькая Оксана, рассматривая оцарапанный палец.

– Давай, забинтуем, чтобы инфекция не попала, – предложила круглощёкая Татьяна в материном переднике.

Мальчишки ополоснули свежую рыбу в растворе яблочного уксуса, принялись нанизывать на проволоку. Юра полез на сеновал через бывший коровник, в котором люк для подачи сена. На сеновале остатки целебных трав, которые заготавливал два года назад Фролов старший. Здесь же мальчики, реконструировав сушильную камеру, вялили рыбу. Снимая чебаков и окуней, Юра выбрал самых крошечных представителей семейства частиковых, положил в карман. Продукция едва вошла в полотняный мешок. Мальчуган вытер высокий лоб, полез вниз. Всё это делалось с предосторожностями, чтобы никто не знал, где сушат рыбу. Свои могут затребовать рыбу за какие-нибудь призрачные услуги. И не откажешь. Мало ли что может произойти на базаре или у автостанции. Мальчишки научились продавать так, чтобы никто не мог понять, чем промышляют мальчики, сидящие около какой-нибудь бабули с пучками редиса и укропа. Старшие парни могут отшить не только конкурентов, но и привязавшегося наглого алкана. Выбирать не приходится. Иван отделяет порцию продукции ребятам, которые познали почём фунт лиха. У них на пальцах синие перстни. Как визитные карточки, они рассказывают вехи биографии владельца.

С крыльца веранды сошёл худощавый мужчина, коротко взглянул на сыновей и племянников, попытался прошмыгнуть в калитку. Иван перестал колотить по пробойнику молотком, посмотрел на отца.

– Эт самое, Ванёк, хочу на барахолке двигун к стиралке загнать.

– Там сейчас их, как сору. Ты бы лучше велосипеды перебрал. Мы делаем трёхколёсные, с корзинами. Знаешь, сколько заказов. Нам старьё тащат… Ты бы поел.

– Понимаешь, сын, голова трещит. Надо полечиться.

Иван подошёл к отцу, чтобы не слышали братья, заговорил тихо, но внушительно:

– Опять уволят. О чём думаешь? Ушло то время, когда ты на работе с друзьями отмечал именины. Ты видишь, что делается.

– Сын. Приду, помогу разобрать. Я знаю, где сварку однофазную взять. Такие сделаем тренажёры старикам. …Спасибо, сын. Отработаю. Ты меня знаешь. – Фролов заторопился, оставив двигатель на скамейке под яблоней.

– Батя, нам коптилка нужно хорошая. Помоги. Мы бочку нашли…

– Племяши, всё сделаю. Только скажите. Не подведу. Слетаю до Зелёного Дуная и буду, как штык. Пару чебаков выреши к пиву, сынок. О сварке узнаю. Он там, у Дуная пасётся. Сварщик отличный из депо.

– Отец, не задерживайся. Нас не будет, ты знаешь, что делать. …На рыбалку. – Иван взвешал мешок с рыбой, разложил по пакетам.

– Мальчики, – сказала Татьяна, – поспела смородина. Мы с девочками решили в лесополосы съездить, нарвать.

– Можно стаканами продавать, – подошла Оксана.

– Поедите с Антоном и Васькой. Ну, и мелюзгу возьмите. Им всеравно билеты не брать. Пусть учатся, как заработать миллион. Рыбу отдайте тёте Нине. Тут сто пятьдесят штук. Пусть продаст у себя в буфете. Я вам записываю это поручение.

– А нашему учителю математики? – взяла сумку Таня. – Он любит рыбу. Ему пенсию задержали. …Жалко так и не давайте. Антон тебя Циркуль тоже учил.

– Не жалко. Всем задержали. Когда-нибудь выплатят. Солёное вредно старикам. У них кости становятся ломкими. Наловим, и свежей рыбы принесёшь. Пожарите и накормите. Будет полезней, – ворчливо выговаривал Юрка.

– А с вяленой рыбой пойдёт к Дунаю и его угостят там. – Сказал Иван. – Он поделится. У него учеников полгорода. Потом «скорую» вызывать соседям. От пива давление поднимается.

Юра добыл из кармана мелкую рыбу, предложил сёстрам угадать в какой руке самая крупная. Жребий постоянно применяет Иван, чтобы никому не было обидно, если и достанется не то, что хотел получить.

Мальчики взяли удочки, два ведра и сумку с марлевым неводком. Из переулка от столовой шел, понурившись Серёга Клячевский. Мальчик тёр глаза. Одно ухо у него распухло, став лиловым, на шее засохла полоса крови.

– Что? – удивился Иван. Мальчишки затормошили приятеля.

– Воды кроликам забыл налить свежей, – тихо сказал Сергей.

– Он тебе ухо надорвал, – удивился Юрка, качая головой. – Надо ему тоже устроить сени, мои сени.

– Убегу от них. Ничего не случилось, что позже налил. Пять раз наливаю. – Мальчик вдруг заплакал. Все удивились. – Мать не заступилась. Я пошёл наливать, а отец давай ухо отрывать, аж захрустело.

Клячевские торговали самогоном. Продавали очень мало, а больше дегустировали, напиваясь до зелёных человечков. Старший сын попал в колонию за две булки хлеба, которые попытался унести с прилавка. Дочь редко бывала дома. Каталась автостопом. Третьеклассник Сергей учился вместе с Игорем. Фролов взял его в отряд по рекомендации и просьбе девочек. Они видели, как мальчишка просил поесть у шоферов, привезших на базар фрукты. Его заставляли плясать, давали вина и сигарету.

Серёга-Кляч жил за платформой в кирпичном доме-складе. Когда-то его мама была путевым обходчиком, потом стрелочницей. Автоматика пришла на дорогу, ставку сократили. Мама Серёжкина убирает в билетной кассе, подметает на платформе. Зимой отец сгребал снег и долбил наледи со ступеней, если был трезв. Когда отлеживался, то обязанности его ложились на мальчика.

У Клячевских между тупиком и линией росла картошка, огурцы и помидоры, паслись две козы с козлятами. Целебное молоко разбирали проезжающие поездные бригады. Оно излечивало много разных болезней, в том числе и туберкулёз лёгких.

Однажды Иван и его друзья узнали об особом таланте Клячи. Он складно рассказывал космические истории. Сначала ему не верили. Юрка искал в библиотеке книги, где сообщалось об инопланетном городе Ю, все жители которого живут радостно и безбедно, но любят работать под водой, раскапывая разные клады. Жюль Верна и Герберта Уэльса «проглотил» ещё в четвёртом классе. Они о городе Ю не упоминали. Станислав Лемм не писал ничего подобного, но братья Стругацкие могли бы такое написать, но не успели. Серёга сочинял коряво, перескакивая с одного на другое, но если попросить его уточнить детали, то мог их уточнять до самого утра. Эти приключения вносили в жизнь отряда свежее настроение, радость. Большинство детей не читали летом ничего. Вот уже год Сергей в отряде чувствует себя полноправным членом, его уважают, о нём заботятся. Мальчик старается приносить посильную пользу, чтобы не отставать от других.

Иван ведёт журнал, в который заносит полученную прибыль, коэффициент трудового участия. У каждого есть своя страница, свой счёт. Ребята знают, кто сколько заработал. Знает и Сергей, даже гордится, тем, что его результат не последний. Никто не отлынивает, не отказывается от поручений. Родителям не до воспитания чад. Некогда вздохнуть, пытаясь найти посильную и оплачиваемую работу. Они доверяют Ивану, знают, что парень серьёзный, отличает плохое от хорошего.

Слухи о подпольной организации «Молодая гвардия» разлетались по городу, обрастая нелепыми подробностями. Пожилые люди находили у дверей свежую рыбу и ягоду. Газеты писали, что поджоги автомашин продолжатся до тех пор, пока не восстановят уволенных рабочих бетонного и ремонтного заводов. Оперативники начали «рыть» в полную силу. Добровольные помощники, сторожа, дворники ничего вразумительного не могли сказать.

Крутые наняли охранников, запирали автомобили в гаражи. Прошла неделя, На автостоянках у магазина «Весна», у базара днём белым вспыхнуло одновременно три автомашины. Ждали, что поджигатели потребуют выкуп, выставят свои условия. Условий не было. Тупикин ходил по авторынку, сидел в засаде на платных стоянках. На него давили сверху, угрожали снизу, предлагая деньги. В газетах появились объявления. Обещали большие суммы за информацию о «Молодой гвардии».

Серёга Клячевский засыпался. Его схватили с зажигательной банкой, когда подсунул её под высоченный джип. Шофёр увидел его в зеркало заднего обзора. Тёмные тонированные стёкла подвели мальчишку. Он не увидел, сидящего водителя. Тот выхватил банку с магнитом от радиодинамика. Вызванный хозяин автомобиля, начал избивать подростка. Подъехала милиция. Банку бросили в урну, накрыли металлической плитой и стали ждать. Через два часа в урне раздался хлопок и вырвалось пламя.

Мальчика допрашивали при отце. Сергей не молчал. Говорил, что его попросили незнакомые парни подсунуть под машину банку и дали конфету «Баунти». Подтаявшая конфета была в кармане. Тупикин не поверил. Сергей плакал, размазывая по лицу кровь. Отец грозил ремнём. Не добившись ничего, чтобы указывало на подпольную организацию, следователь решил припугнуть мальчика и его папашу, от которого несло перегаром.