Русский синдикат - Андрей Ростовский

Феликс и Сэмэн протянули свои загранпаспорта. Агент Пирсон пролистал их и передал лейтенанту Смиту.

— Зафиксируйте, лейтенант, и проверьте по компьютеру. Все ли у них в порядке в нашей стране?

После того как лейтенант зафиксировал данные паспортов, агент Пирсон вернул их молодым людям. Потом он обратился к Зайцу:

— Василий, что-то у вас на Брайтоне неспокойно. Слухи разные ходят, что война намечается между различными группировками. Что ты мне на это скажешь?

— А не легче ли вам, сэр, спросить у тех, кто эти слухи распускает? — ухмыльнувшись, поинтересовался Заяц.

— Ну ты же, Василий, у нас более сведущий, чем наши осведомители.

— Все может быть. Да только в стукачи я к вам не записывался. Что меня касается, пожалуйста, интересуйтесь, возможно, что-нибудь и расскажу. Что посчитаю нужным. И вообще, агент, если у вас нет ордера на арест или повода к задержанию, то прошу прощения, если это, конечно, не сложно, постарайтесь не трогать меня и моих друзей. Вы же видите, мы культурно отдыхаем. И вообще, граждане мы законопослушные.

— Знаем мы твою законопослушность. Не ты ли у нас в федеральной тюрьме два года отсидел? А до этого полтора года в Австрии. А до этого три года у вас в России. Ты «законопослушный гражданин» по всему миру, как я погляжу.

— Ну, я вижу, сэр, вы моей персоной тщательно интересовались.

— Такая уж у меня работа, уважаемый мистер «законопослушность».

— Но ведь в данный момент у вас на меня ничего нет. Так? А то нет проблем. Что докажите — то возьму. Ну а сейчас, извините, как говорят у нас в России: «На нет и суда нет». Так что от меня вам никакой информации не видать. Рыскайте по своим стукачам. У вас их здесь, на Брайтоне, предостаточно.

— Не дерзи, Василий. В данном случае мы с офицерами всего лишь решили познакомиться с твоими друзьями и дать совет, чтобы в нашей стране они поменьше темными делишками занимались. Так, на всякий случай. Пусть у себя в России куролесят, сколько душе угодно, а здесь Америка — страна, где законы уважают.

— Да о чем вы, агент, — развел руками Василий. — Господа приехали по своим, коммерческим делам. Так что все в порядке.

— Ну вот и отлично. До свидания, джентльмены. Доброго вам вечера. — Агент Пирсон нарочито доброжелательно улыбнулся.

— Доброго вечера, офицеры, — также нарочито улыбнулся Василий.

Часть вторая

Родина «Коза ностры»

Вечный город

Рим. О Рим! Вечный город. Столица Италии, а некогда столица могущественной Римской империи. Расположенный на семи холмах, этот город являлся главой мира, как считали в античные времена.

— В восьмом веке до Рождества Христова Рим был основан, как гласит древняя легенда, Ромулом и Ремом, по преданию вскормленными Капитолийской волчицей, — блеснул своими познаниями Джино Кастелано. — Древний Рим породил латинский язык, который многие века считался официальным языком культуры и искусства. А законодательство, между прочим, установленное в Риме, стало основополагающей базой западного правового общества. Недаром каждый юрист изучает «римское право». А искусство Рима и его архитектура были взяты за классический образец всем миром, — гордо закончил но свою речь.

Феликс все это знал. Ему нравился древний город, хотя душой он больше прикипел к Парижу, где сейчас жил его друг Герман. Римом, который, если вдуматься, по своей исторической значимости не имеет себе равных среди городов Европы, а возможно и мира. Он восхищался: его величием и старинными улочками, видом, открывающимся со всех семи холмов на причудливые крыши домов, парадные фасады дворцов и величественные шпили соборов. Он восторгался монументальным Колизеем, построенным для утех римских граждан, жаждущих хлеба и зрелищ, легендарным Форумом и Пантеоном, а также изумительными римскими фонтанами.

Феликс Чикаго вместе с Джино Кастелано, Яшидо, Сэмэном и Эдиком Кирпичом прибыли в Италию утром. День был солнечным и чрезвычайно теплым, если не сказать жарким. В Нью-Йорке погода стояла ненастная, накрапывал дождь, и захваченные с собой пиджаки были сброшены и упакованы в багаж.

Гостей встречал двоюродный брат Джино Кастелано — Антонио, прибывший в аэропорт на двух комфортабельных микроавтобусах «Мерседес» вместе со свитой представителей семьи Дженовезе.

Сразу из аэропорта гостей повезли в ресторан отеля «Лорд Бурон». Этот ресторан считался одним из самых лучших и престижных ресторанов Рима. Там гостей ждал длинный, сервированный на тридцать персон стол, и за ним уже сидело около дюжины человек, тоже относящихся к итальянским представителям семьи Дженовезе.

Когда вошедшие присели за стол, официанты разлили по бокалам красное вино «Брунелло Монтальчино».

Во главе стола восседал седовласый пожилой мужчина с аккуратно постриженными усами. Это был кузен дона Фрэнки Дженовезе, звали его Карло, и именно он возглавлял эту семью на Апеннинском полуострове. Карло, подняв бокал, произнес длинный тост по-итальянски, а Джино перевел его на английский язык.

В тосте говорилось, что он, Карло Дженовезе, от лица своих друзей и соотечественников приветствует гостей, посетивших солнечную Италию. Он желал им счастья, здоровья и благополучия, а также многое, многое другое. Феликс про себя отметил, что итальянцы не только внешне похожи на грузин, но и тосты у них такие же длинные и замысловатые.

После того как все подняли и пригубили вино, отличавшееся отменным, изысканным вкусом, вокруг стола засуетились официанты и подали всем неизменную пасту, как правило, это итальянское блюдо подавалось первым. Затем Карло Дженовезе обратился к Джино с вопросами о своем кузене, его здоровье, друзьях и близких… Кастелано вежливо и подробно рассказывал обо всем.

В это время Эдик и Сэмэн с аппетитом поглощали пасту, а Феликс и Яшидо, наслаждаясь вином, беседовали, вспоминая Японию и Россию. Далее произносилось множество тостов и менялось большое количество блюд. От лица гостей тост произнес Яшидо Акиямо, довольно прилично, как показалось Феликсу, владеющий итальянским языком.

После того как трапеза закончилась, гости Карло и два его помощника поднялись в этот же отель, в апартаменты суперлюкс, арендованные для гостей. Там Джино изложил своим близким, по какому поводу состоялось их прибытие в Италию. Выслушав подробно рассказ Кастелано, Карло Дженовезе задумался.

— Да, это будет не легкая задача — отыскать человека в Риме, а не в какой-нибудь другой части Италии. Я сомневаюсь, что он прибыл в Италию под настоящей фамилией, но я знаю, кто может нам помочь в решении этой задачи. Старый друг нашей семьи занимает большой пост в Ватикане и находится в ближнем окружении самого Папы Римского. Я на завтра попрошу у него об аудиенции.

— Да, но чем он сможет нам помочь? — пожал плечами Джино.

— А тем, что у него в друзьях ходит большой человек из правительства, курирующий тайные спецслужбы. У вас есть информация о человеке, которого вам нужно найти?

— Да, конечно, — протянул Джино синюю папку. — Здесь все, что касается личности Тарасюка, и его фотографии, а также некоторые документы относительно фирмы «Сателлит интернэшнл».

— Отлично. Только просьба. Завтра в Ватикан кроме меня и тебя, Джино, на аудиенцию мы можем взять одного человека.

— Хорошо. С нами пойдет Феликс.

— Договорились. Завтра подготовьтесь, машина за вами заедет в десять утра.

В Ватикан прибыли без четверти одиннадцать. Встреча была запланирована в базилике Святого Петра, где у Григорианской капеллы гостей должен был встретить помощник ватиканского друга семьи Дженовезе. До встречи оставалось еще несколько минут, и Джино решил ознакомить Феликса с историей самого главного в католическом мире храма:

— Здесь когда-то принял мученическую смерть Апостол Петр. Позже над его могилой, почитаемой христианами, император Константин поставил базилику, невдалеке от которой Папа Симмах — первым из римских епископов в самом начале шестого века устроил себе резиденцию.

В 800 году, в праздник Рождества Христова, Папа Лев Третий короновал в этой базилике Карла Великого как императора Священной Римской империи. Это стало одним из поворотных пунктов в средневековой истории. А в четырнадцатом веке, когда Папы вернулись из «авиньонского пленения», решили окончательно поселиться вблизи гробницы Святого Петра. Папа Юлий Второй начал строительство новой базилики, потому что старый храм сильно обветшал.

— Я слышал, что над храмом трудились Рафаэль, позже Микеланджело, — блеснул своими познаниями Феликс.

— Да, верно. Работу над храмом начал Браманте, а позже Микеланджело придал зданию окончательную форму равноконечного, так называемого греческого креста.

— У тебя глубокие познания в области истории Ватикана, — похвалил итальянца Феликс.

— Я все это изучал в университете, кстати, обрати внимание. В собор ведут пять дверей. Последние справа Святые врата, которые всегда открывали в юбилейные годы через каждые пятьдесят лет. Их откроют скоро — на Рождество в канун 2001 года. Говорят, кто через них пройдет, с того снимаются все грехи. Так что если есть желание, можешь избавиться от бремени грехов.