Возрождённая любовь - Бетти Нилс

- Мне кажется, миссис Маклин надо немножко отдохнуть. Берите пальто и шляпу, и я отвезу вас навестить Боллингера и Анни.

Почему он распоряжается ее свободным временем, подумала Абигайль, и уже собралась отказаться, как вдруг миссис Маклин воскликнула:

- Отличная идея! А я до вашего возвращения вздремну. Одевайтесь, Абигайль, а Доминик устроит меня поудобнее.

Когда Абигайль, одевшись, спустилась в гостиную, ей хватило одного взгляда, чтобы убедиться, что миссис Маклин устроена со всеми удобствами. Абигайль пожелала ей хорошо отдохнуть и вслед за профессором пошла через вымощенную булыжником площадь к автомобилю. За всю дорогу он не проронил ни слова, и Абигайль, которая после его вчерашних слов втайне надеялась, что лед между ними растаял, очень расстроилась. "Ролле" остановился перед его домом; молча они вошли в холл, где профессор небрежно бросил на стул свое пальто и перчатки, затем вошли в комнату, где она обычно пила чай с Боллингером.

- Боллингер сейчас придет, - единственное, что он сказал перед тем, как оставить ее одну.

Пришел Боллингер с уютно устроившейся у него на руках Анни. Абигайль почувствовала, что на сердце у нее потеплело. Они уселись у камина, экономка принесла им кофе, а старик рассказал, как он съездил во Фризленд. Абигайль поняла, что Боллингеру тут очень хорошо. Как жаль, что Болли не может остаться здесь навсегда...

Она решила поговорить с ним об этом немедленно.

- Болли, если профессор предложит, я думаю, тебе лучше будет остаться у него. Ты ведь сам этого хочешь!

И тебе здесь нравится, правда? Я прекрасно устроюсь в Англии - и потом, ты сам знаешь, что значит быть частной сиделкой: это сегодня здесь, завтра там. Меня все равно часто не будет дома.

Старик с ужасом посмотрел на нее:

- Мисс Абби, да что на вас нашло? Мне здесь и правда нравится, но ведь садовник скоро поправится, и тогда профессору незачем будет меня держать. Кроме того, нам ведь все равно нужен свой дом?

- Да, Болли, конечно, - согласилась Абигайль. - Я просто подумала... А как Анни?

- Посмотрите сами, мисс Абби. Как она выросла, они так подружились с Колоссом, даже спят рядышком, а когда профессор обедает, она тоже сидит с ним в столовой. Уж как он любит ее!

- Я очень рада. - Абигайль взяла Анни на колени и погладила ее. - Я никогда не думала, что он.., то есть я всегда знала, что он будет хорошо к ней относиться...

- Да Бог с вами, Абби, профессор совсем не такой, каким вам кажется, - он очень добрый, да. И всем помогает, мне говорили соседи.

- Я уверена, что помогает, Болли. А сейчас мне пора идти: я не хочу надолго оставлять миссис Маклин без присмотра. Но я скоро приду тебя навестить. И все-таки я думаю, что лучше всего мне поехать в Англию одной, а ты приедешь попозже, когда я найду квартиру.

Старик неохотно кивнул:

- Хорошо, мисс Абби. И еще: профессор сказал, чтобы вы входили через парадную дверь. Он очень сердится, когда вы входите через маленькую дверь.

Глаза Абигайль округлились от удивления.

- Правда? Вот уж не думала, что его интересует, через какую дверь я вхожу в его дом. Тут ее обожгла одна мысль.

- Болли, ты не рассказывал ему о нас - я имею в виду, о маме и...

- Немножко, в общих чертах. Что-то случилось?

- Все в порядке, спасибо, Болли.

Она тепло попрощалась со стариком и ушла, как велел профессор, через парадную дверь. Перед домом в "роллсе" ее ждал Ян. Он вылез из машины, чтобы поздороваться.

- Мисс Трент, профессор распорядился отвезти вас. Интересно, давно он здесь в машине, подумала Абигайль, и почему ван Вийкелен не предупредил ее? Наверное, он отдал Яну распоряжение и сразу же обо всем забыл. Она села в машину и, тщательно подбирая слова, начала по-голландски говорить с ним о пустяках, при этом всячески избегая какой бы то ни было критики в адрес профессора, так как она интуитивно чувствовала, что Ян ему очень предан.

На следующий день ван Вийкелен пришел к ним, когда Абигайль не было дома: она выходила за покупками. Словоохотливая миссис Маклин сообщила ей, что профессор доволен тем, как она поправляется, и даже разрешил ей готовить самой, с условием, что она не будет переутомляться.

- Так что ужин сегодня приготовлю я, хотя вряд ли у меня останется сил вымыть потом посуду. И если завтра будет хорошая погода, я дойду вместе с вами до бакалейной лавки на Бегийнстиге. Боже, как приятно вновь вернуться к жизни! Благодаря тому, что вы со мной, это совсем не так трудно, напрасно я боялась. - И она поспешила объяснить:

- В больнице ничего не нужно делать самой и очень быстро привыкаешь к опеке. - Потом, улыбнувшись, заметила:

- Вам очень идет этот свитер! И у вас такой румянец с мороза! Да, совсем забыла, Доминик нашел мне помощницу по хозяйству, некую мевру Роте. Она придет на следующей неделе. А где вы будете работать?

- Я вернусь в Англию, миссис Маклин.

- А у вас есть куда возвращаться - есть родственники?

- Нет, мои родственники в Канаде, и они не хотят меня знать. Но вы обо мне не беспокойтесь: мне просто нужно прийти в агентство, и они предложат работу может быть, даже в тот же день.

- Великолепная организация работы, - сухо заметила миссис Маклин, - но я не вижу впереди никакого просвета: когда-то вам нужно и отдыхать!

- Ну, я думаю, что смогу отдохнуть денек.

- Смотрите не обленитесь, - неожиданно сказала миссис Маклин, и Абигайль весело рассмеялась. - Ну, так-то лучше. Вам нужно чаще смеяться, детка.

Абигайль не нашлась что ответить, а ее собеседница продолжала как ни в чем не бывало:

- Доминик тоже чересчур серьезен. Так вы все купили?

День прошел довольно лениво: хотя Абигайль могла найти, чем заняться по дому, особой необходимости и спешки в этом не было. Утром миссис Маклин рассказала ей историю этого дома и добавила:

- Мне с ним очень повезло. Вообще-то все эти дома, я думаю, - сущая благотворительность. Арендная плата очень низкая, а местоположение отличное, и, кроме того, рядом живут мои подруги. Вы пойдете сегодня в гости к Боллингеру?

- Я думаю пойти навестить профессора де Вита - вы знаете, он мой последний пациент.

- Прекрасно, Абигайль. Я тоже знаю его. Доминик обещал меня взять к нему он уже давно болеет... Ну, да вы знаете об этом больше меня. Боже мой, как бы нам, старикам, пришлось тяжело, не будь с нами Доминика! Он такой внимательный и заботливый. С ним я никогда не чувствую себя одинокой - он очень любил моего мужа.

Миссис Маклин очень хорошо знала профессора, может быть, на этой неделе она что-нибудь расскажет о нем. Абигайль в голову пришла занятная мысль, что профессор - вылитый доктор Джекил и мистер Хайд, так как, если слушать миссис Маклин, лучшего человека на свете нет.

И она сказала:

- Боллингер тоже о нем очень высокого мнения, и неудивительно. Благодаря ему он смог уехать из жуткой комнаты, где ютился и где был ужасно одинок, а здесь, в Амстердаме, ему хорошо.

- Правда? - заинтересовалась миссис Маклин. - Доминик как-то упомянул, что смог найти временного работника вместо заболевшего Япа, но подробностей я не знаю. - Она внимательно посмотрела на Абигайль:

- Присядьте-ка, моя дорогая, и расскажите мне о себе, о Боллингере и о ваших родителях, если, конечно, мое любопытство вас не задевает.

С громадным облегчением рассказала ей Абигайль о Боллингере, о своей матери, и об их жизни в Лондоне, и как она скучает по больнице; она рассказала ей об агентстве и с юмором описала суровую женщину, благодаря которой она оказалась в Амстердаме. Когда наконец рассказ был окончен, миссис Маклин откинулась на спинку стула и вздохнула:

- Бедная девочка, жизнь не баловала вас. - Она изучающе посмотрела на Абигайль. - Но вы ведь сами не очень себя жалеете?

- Нет. Но иногда, когда я вижу красивое платье, или какое-нибудь необыкновенное украшение, или девушку, которая, знаете, вся из себя: и лицо, и волосы, и модная одежда, - тогда я просто умираю от жалости к себе. - Она рассмеялась, и ее пациентка засмеялась вместе с ней.

- Все это чепуха, - твердо сказала миссис Маклин. - Одевайтесь и навестите профессора де Вита. Передавайте ему от меня большой привет.

Абигайль с удовольствием повидалась с профессором де Витом. Он был так же худ и бледен, но все с той же поразительной волей к жизни. Он задал кучу вопросов: как она живет, что делает, счастлива ли, внимательно выслушал ее рассказ о миссис Маклин.

- Она очень милая женщина, - сказала Абигайль. - Знаете, есть люди, с которыми чувствуешь себя очень легко. Точно так же, как есть люди, с которыми невозможно стать друзьями.

Разумеется, она имела в виду профессора ван Вийкелена, и ее собеседник так внимательно посмотрел на нее, что она покраснела, хотя он не сказал ей ни слова, а, напротив, быстро переменил тему разговора.

- На следующей неделе я уезжаю в Англию, - сообщила она ему. Де Вит удивился:

- А вам хочется?

- Я... Думаю, да. Мне нравится в Амстердаме, хотя поначалу я боялась, что мне здесь будет трудно и одиноко, но все оказалось по-другому: здесь Болли, и Анни, и вы, и миссис Маклин, и еще сестры в больнице.