Ст. лейтенант. Назад в СССР. Книга 12. Часть 3 - Максим Гаусс

мире разведки. А я еще и очень умело актерское мастерство применил — могу, когда ситуация требует.

В этот момент в кабинете запищала рация. Вильямсу понадобилось срочно выйти на связь с кем-то важным. Он поднялся.

— Урду останься с ним. Я вернусь через пять минут, — он вышел, прикрыв дверь.

Мы остались одни. Я и предатель.

Несколько минут в комнате царила тишина. Прапорщик Иванов смотрел на меня с холодным любопытством.

— «Марс»… — наконец произнес он. — Серьезно? Звучит убедительно, но не для меня. Ты врешь. Жаль, что пришлось пожертвовать Семеном и другими «куклами». Но таковы издержки.

— Куклами? — с презрением переспросил я. — Когда это парни вроде нас, сражающиеся за правое дело, вдруг стали «куклами», а? Хм… А вообще, каково это, а? — тихо спросил я. — Спать по ночам, зная, что из-за тебя гибнут свои?

Он пожал плечами.

— «Свои»? Какие свои, Громов? Тот прогнивший Союз? Здесь я при деле. Калугин обещал мне замечательный карьерный рост, когда все в стране изменится. Ты же знаешь, что я родился и долго жил на границе с Афганистаном. А так жить я больше не хочу. У меня будет хорошее будущее!

— Будущее? — я фыркнул, делая небольшой шаг в его сторону. — Ты — слуга. Полезный идиот, которого используют, а потом пристрелят как собаку. Ты думаешь, они тебе доверяют? Ты для них — просто перебежчик. Марионетка генерала. Предатель.

Его самоуверенная ухмылка сползла с лица. Глаза загорелись злобой.

— А ты что? Герой? — он язвительно бросил. — Герой, который сдает своих вымышленных товарищей? Ты ничем не лучше.

— Разница в том, — сказал я, и мой голос стал тише и опаснее, — Что я не торгую настоящими. И я не забываю долги.

Рядом с радиостанцией стояла почти полная бутылка виски «Johnnie Walker».

Иванов, ничего не понял.

Я резко схватил ее за горлышко. Идеальная дубинка, которую я изо всех сил опустил на голову предателя.

Урду не успел даже выхватить пистолет. Бутылка с тяжелым, сочным звуком разбилась о его правый висок. Стекло брызнуло осколками, виски смешалось с кровью. Его глаза закатились, он беззвучно рухнул на пол.

Я не стал проверять пульс. Удар вполне мог быть смертельным.

Сердце бешено колотилось, а адреналин каждую секунду разгонял кровь. Я замер над телом предателя, сжимая в руке окровавленное горлышко. Первая часть кое-как накиданного в голове плана сработала.

Шаги в коридоре. Быстрые. Черт, Вильямс возвращается!

Счет пошел на секунды…

Глава 7

План побега

Шаги в коридоре приближались. Это точно Вильямс, больше некому.

У меня секунд пять от силы. Мозг бешено анализировал обстановку вокруг. Вариантов немного, часть из них сразу же была отброшена.

Спрятаться? Это глупо! Он войдёт и сразу увидит тело. Да если прикинуть, тут и прятаться-то особо негде, кабинет хотя и просторный, однако места тут не так уж и много. Мебели минимум. Оружия нет. Только какие-то ящики.

Попытаться взять Джона в заложники? Нет, слишком рискованно! Он там наверняка не один, за дверью есть охрана. Когда меня сюда вели, я видел одного охрранника все в той же серой форме, который прогуливался по коридору второго этажа по одному и тому же маршруту. Один крик американца — и всё будет кончено. Сюда сбежится весь лагерь, а у меня даже при самом удачном раскладе не хватит патронов.

Бежать через окно? Там стальная решётка. На её распил уйдут минуты, которых нет. А выбить ее — очень сомнительный вариант.

Оставался один путь — вперёд. Через него. Впрочем, тут тоже можно импровизировать.

Я метнулся к двери, прижавшись к стене рядом с косяком. Дверь рывком распахнулась, и в кабинет шагнул Джон Вильямс, его взгляд был устремлён на пустой стол.

— Урду, что за… — он начал, но не закончил.

Используя элемент неожиданности, я высунулся из-за угла и резко ухватив его за воротник, дернул на себя. Ногой толкнул дверь, чтоб та захлопнулась. Одновременно нанес ему удар коленом в пах, а затем второй, молниеносный удар точно в сонную артерию на его шее. Даже не удар, а тычок совмещенными пальцами правой руки. Парой секунд спустя вырвал у него из рук рацию.

Выпучив глаза от шока и нехватки кислорода, он захрипел, раскрыл рот, словно рыба. Зашатался. Выкинул руку вперед, но не рассчитал сил. Потерял равновесие. Я не дал ему опомниться — короткий, жёсткий удар точно в солнечное сплетение заставил его сложиться пополам. Ещё один удар — точно в шею, на стыке затылочной части головы. Его тело обмякло, и он беззвучно рухнул на пол, потеряв сознание.

Повисла густая тишина.

Я слышал только тяжёлое, свое собственное дыхание и стук сердца. Оно колотилось так, словно пытаясь вырваться из груди. Вроде, угроза нейтрализована. Но это только первая часть плана, наиболее локальная. Я был уверен, что смогу отработать обоих. Усыпить внимание не сложно, именно на это и был рассчет. А Вильямс, кстати, очень удачно вышел из кабинета, оставив меня на попечение Урду. Тот меня почти раскусил, но очень уже удачно подвернулась та бутылка с виски.

А что дальше?

Убить обоих и попытаться выйти самостоятельно?

Отпадает. Без маскировки, без знаний территории лагеря, меня вычислят в первую же минуту. Моя рваная форма — это гарантированный маркер, ни один охранник мимо не пройдет. К тому же, Кикоть остаётся в заложниках где-то совсем рядом. Бросать его — не в моих планах. Мне совесть не позволила бы бросить майора и уйти одному.

Да, так может и проще — одному-то незаметнее. Но если уходить из этого лагеря смерти, то только с Виктором. А по-хорошему, остальных ребят тоже нужно забирать. Сколько здесь советских военнопленных, я незнал. Никого из нас в эту информацию не посвящали.

Возможно, стоит попытаться связаться с нашими.

Однако, тут масса сложностей. Где у них тут радиостанция расположена, я не знал. Так же у меня почти не было знаний о частотах, да и времени тоже. Сигнал через горы не пройдет, а даже если и так, кто отреагирует? Никто из советских генералов не даст команду вызволять советских бойцов с территории Пакистана. Отношения между странами и так не очень. Пакистанцы полагали, что Союз намерен отомстить за помощь афганской оппозиции, и соответственно опасались этого. А наши понимали, что начинать еще один военный конфликт на Ближнем Востоке и Центральной Азии экономически тяжело. Да и на кой-черт СССР сдалась эта республика, девяносто процентов которой составляли горы?

А если спрятать тела и занять позицию для обороны⁈ Бесполезно! Отсутствие Вильямса и Урду