Наоми - Нана Блик

– Глупая ты, девчонка! Какую работу ты выдумала для меня? Если б ты знала, что своим поведением ты убиваешь меня и себя. Посмотри на нас повнимательнее, посмотри, во что мы с тобой превратились! – Лорд подвёл меня к зеркалу и отстранился назад, но всё же поддерживал меня за локоть, чтобы я не свалилась со своих безобразных неестественных ног, к которым, как мне казалось, никогда не привыкну.

Да, если судить по первой нашей с ним встрече, то мы довольно сильно с ним изменились. Даже не знаю, чьё преображение можно назвать более ошеломительным. По-моему, каждый сумел отличиться только в разные стороны от реальности, хотя, что для нас есть реальность? Уверена, что каждый прилично запутался в изменениях и вряд ли чётко отделял пелену от действительности.

Моё лицо покрылось чешуёй болотного цвета с лёгкой наледью слизи. Царапины на обеих щёках, оставленные мне в наследство от Джека, заменились шрамами, из которых кое-где выпирали шипы. Волос почти не было. Толстая кожа с коростами покрывала темечко и затылок, дополняя и составляя компанию одиноко торчащему огромному шипу с первого моего путешествия. Из моего рта время от времени вытекала жёлтая пена, создавая ещё большую неловкость при разговоре, чем уже познанная мною шепелявость. Я приоткрыла губы, чтобы понять источник этой зловонной жидкости, но была ошеломлена и поражена увиденным ещё больше, чем когда-либо могла себе вообразить: мой язык удлинился и разделился надвое, напоминая змеиный. Вот поэтому-то я и шепелявила. Но когда я попыталась прикрыть свои полные слёз глаза, словно по мановению волшебной палочки появилось третье веко, прикрывая зрачки пеленой, а когда веко исчезло, то в зеркало на меня смотрели уже два ярко-оранжевых глаза с тонкой полоской посередине.

Лорд же напротив всё хорошел от путешествия к путешествию, напоминая сейчас слишком холёного ухоженного мажора. Утончённый, изысканно одетый парнишка сильно контрастировал с демонической тварью, стоящей возле него, хотя он ни капельки не сторонился её, а напротив всячески пытался приблизиться. Чем больше я смотрела на Лорда в зеркало, тем мне больше казалось, что его кожа светилась, переливаясь серебряным светом, а потом внезапно серела, сменяясь естественным человеческим оттенком, что тоже его не особо уродовало, зато меня немного расстраивало, но лишь от того, что лазурное свечение мне нравилось больше.

– Я выгляжу очень ужасно! – засмеялась я, – особенно нелепо смотрится на мне эта пижама пушистого кролика, как будто кролик проглотил ящерицу, рьяно вылезающую из его привычного к такой пище желудка.

– Будь серьёзнее, Наоми, – без успеха подавляя улыбку, призывал к серьёзности меня Лорд.

– Но, а если серьёзно, то я с каждым новым погружением в чужую судьбу всё больше превращаюсь в ужасного монстра, а ты наоборот хорошеешь, видимо, питаясь моей красотой, утраченной в каждой двери.

– Что за чушь ты опять понесла! Ты просто не справляешься с моими испытаниями, и происходит переток человеческой жизни. – Лорд внезапно схватился за голову, склоняя её к животу то ли от боли, то ли от разочарования и безысходности, чем подтверждал мою полную несостоятельность как взрослого человека. – Перестань пасовать перед трудностями, Наоми, и просто борись за себя!

– Я думала, что ты более чем доволен моим поведением, доволен тем, как я облегчаю твоё предназначение, – с непониманием я смотрела на него в ожидании всех объяснений.

– Это не моё предназначение, я не сам тебя выбрал. – Лорд вздохнул, его слова тяжело вырывались наружу, но всё же он продолжал. – Мне запретили тебе говорить, угрожая уничтожить навсегда и бесследно. Но если я не скажу тебе, то ты не доживёшь и до шестой двери, и тогда твоя Мать найдёт меня и сделает то, что обещал первый заказчик.

– Это всё не по желанию моей Матери? Есть какой-то заказчик? – я схватила за ворот его лощёной рубашки, требуя ответа немедленно.

– Лилиан озвучила мысль, а воплотил её речи в реальность, призывая меня, твой родной дед, – Лорд сглотнул и поморщился, видимо, ожидая немедленной кары, которая, кстати, на него не обрушилась.

– Мой дед меня ненавидит? – я схватилась одной рукой за роскошное зеркало, заляпывая его слизью, не в силах сдерживать своё бессилие. – Но почему? Он ведь меня даже не видел.

– Как же тебе объяснить, чтобы ты поняла, – Лорд почесал свою голову, а потом подошёл ко мне ближе, беря меня за руку. – Для твоей Матери нет никого дороже тебя, поэтому она многое тебе прощала и списывала, ровным счётом так же, как и для Князя Лилиан является всем, чем он дорожит.

– Но я тоже его родная кровь! – вскрикнула я от возмущения.

– У него много детей и отпрысков ниже, а Лилиан такая одна. Ты обижала её многим, а Князь никогда и никому не позволит издеваться над своей дочерью, которая как по копирке повторяет его. Всем другим бы сама Лилиан не позволила над собой измываться, но не тебе!

– Почему? – я таращила на Лорда глаза.

– Эх, Наоми, Наоми, мы слабы перед теми, кого любим по-настоящему! Вот поэтому-то Князь и вмешался в ситуацию, вызывая меня из огненной камеры Преисподнии, куда сама Лилиан заточила мою персону ещё в прошлую чистку.

– Какая же я всё-таки глупая? Что же я натворила? – заплакала я, выдавливая из глаз потоки болотной слизи. – Хорошо, хоть тебе помогла.

– И тут ты ошиблась! – Лорд отогнул сторону пиджака, обнажая кровавую дыру в грудной клетке. – Понимаешь, Наоми, по правилам я должен выпускать твои человеческие силы из этой комнаты навсегда. Но я не делаю это, а впитываю их в себя с надеждой, что ты всё-таки справишься с испытанием, и мы после тринадцатой двери обменяемся обратно энергиями, чтобы вернуть всё на круги своя. Но если ты в том же духе продолжишь проходить дверные путешествия, то я умру прежде, чем кончится твоя мука, а это будет значить, что ты навсегда останешься здесь, в этой забытой всеми и временем комнате.

– Но почему ты умрёшь, если я вдруг не сумею совладать с трудностями? По идеи ты должен стать человеком и всё! – я хотела узнать истину, которую Лорд так умело скрывал от меня прежде.

– Будучи человеком, я убил себя сам, принося в жертву себе самому, чтобы стать демоном! Знаю, звучит довольно запутано, но, к сожалению, это так! Поэтому-то я и ценю, что твоя Мать заточила меня в Преисподнии. – Лорд задрожал, а пронзительные голубые глаза неожиданно стали желтеть, наполняясь неистовой злобой. – Я не хочу быть тем демоном, которого сам же и создал, по крайней мере, не шатаясь среди живых людей, искушая себя каждый день.

– Расскажи мне о себе и о мире, в котором ты жил. Возможно, я отдышусь, а затем с новыми силами открою пятую дверь. Всё, что я сейчас хочу, так это вернуться назад, в принципе, того же хочешь и ты. Так помоги же мне, Лорд!