Отверженная жена дракона - Кира Иствуд

крови или другие доказательства, что здесь мучили пленника! Но в помещении царит чистота, здесь нет ни пылинки. Будто кто-то отмыл каждый сантиметр, стремясь стереть любые следы прошлого.

– Надеюсь… эта клетка приготовлена не для меня? – нервно хмыкаю я.

– Нет, – отзывается Тис, – она для врагов хозяина.

“Не сильно утешил… ведь я, похоже, и есть его худший враг”, – безрадостно думаю я, а вслух спрашиваю:

– И сколько врагов в ней уже побывало?

– Я знаю об одном, – задумчиво сообщает фамильяр, – он, кстати, твой родственник!

– Родственник?!

– Да, – спокойно кивает Тис. – Могу вас познакомить.

– Когда?

– Сейчас.

– Эм-м… Подожди, – я хватаюсь за голову, пытаясь составить логическую цепочку, – дайка уточню! Ты можешь прямо сейчас познакомить меня с врагом Клоинфарна, который когда-то был заперт в этой клетке… И который ещё и мой родственник?!

– Да.

– Это же снова сарказм? – в моём голосе звучит жалобная надежда.

– Нет, никакого сарказма.

– Даже не знаю, что сказать… – растерянно вздыхаю я. – Если это безопасно…

– Кончено, безопасно, – заверяет Тис. – Я сам его дрессировал. Эй, Бран!

Пока я в недоумении хлопаю глазами, пёс вразвалочку подходит к слуге.

Наклонившись, Тис поглаживает зверя, треплет за ухом. Потом берёт со стола белый кристалл и прикладывает его к угольно-чёрной шее Брана. Что-то шепчет…

А в следующий миг тело пса начинает меняться.

Оно расползается тёмными клубами, лапы вытягиваются, чёрная кожа светлеет до молочно-белого… И вот на полу уже сидит не пёс, а древний старик в лохмотьях. Его седая борода обвивает иссушённое тело, крупный нос торчит на худом лице, как орлиный клюв, на шее поблёскивает серебряный обруч. Старик бешено вращает алыми глазами, а потом впивается ими в меня… По-звериному приподнимает верхнюю губу, показывая гнилые зубы.

– Ррррар, – раздаётся из его оскаленного рта.

Глава 8

В ужасе отшатнувшись, я врезаюсь спиной в стальные прутья. Замираю, испуганным кроликом, глядя на то, как старик скребёт пол обломанными ногтями, будто хочет вцепиться гнилыми зубами в моё горло!

– Фу! Место! – командует Тис.

Вздрогнув, старик поднимает на слугу лихорадочный горящий взгляд.

– Ну, что ты здесь устроил? Как тебе не стыдно! – фамильяр без малейшего страха треплет старика по седой голове, также как недавно трепал пса между ушами. – Ну же Бран, зачем ты скалишься. Это ведь твоя правнучка, посмотри какая красавица!

“Нет-нет, не надо на меня смотреть!” – хочется крикнуть мне. Тем более, во взгляде жуткого старика ни капли сознания, одна лишь мутная звериная ярость.

– Кто это вообще такой?! – с лёгкой паникой спрашиваю я.

– Возможно, вы знаете его под именем Бранаур.

– Нет, не знаю! Никогда не слышала о таком своём родственнике! Может, ты ошибся, и он не имеет ко мне отношения?

– Никакой ошибки, – отрицательно мотает головой Тис. – Это ваш пра-пра много раз “пра” дедушка, в прошлом могущественный маг, основатель аштарийской династии. Хотя сейчас он выглядит безобидно, но раньше был опасным и злым человеком. Не знаю, верите ли вы мне, тиара…

– Верю! – киваю я, пытаясь понять, в каком месте этот старик “безобидный”! Даже сейчас он выглядит так, будто у него достаточно сил, чтобы накинуться на меня… и заразить гангреной!

– Он был одним из тех, кто помог заточить хозяина в магическую тюрьму, а после продлевал свою жизнь за счёт сил эль-тиара! И теперь расплачивается за свои чёрные деяния… Хотя, на мой скромный взгляд, хозяин с ним чрезвычайно милостив.

– Милостив?! Но этот старик живёт в теле пса!

– А мог бы стать муравьём, червяком или слизью! Или вечно страдающей сущностью, что день и ночь воет от боли. Ещё хозяин мог бы погрузить Брана в его худшие кошмары! Или запереть в темноте, под землёй. Или привязать к его ноге камень и сбросить в воду, чтобы старик умирал снова и снова, но оживал вновь и вновь. Или…

– Ладно-ладно! Поняла! – я поднимаю руки в примирительном жесте, – Клоинфарн милостивее всех богов вместе взятых! И сделать из своего врага – собаку – это вообще верх человечности.

– Я рад, что вы это поняли, тиара, – серьёзно соглашается Тис, как обычно, не уловив сарказма.

– Значит… – я вновь перевожу взгляд на пса… то есть на старика! Тот по-прежнему сидит на земле, будто для него нет ничего нормальнее.– …этот Бранаур… он помог создать ловушку для Клоинфарна?

– Да.

– И он… лично знал Эйду?

– Да. И, предвидя ваши вопросы, хозяин ничего не смог узнать у Брана. Ведь на нём была выжжена скрытая печать тишины, это значит, стоило вашему дедушке начать говорить о тех временах… как магия разрушила его сознание, похоронив правду.

– Ох… Так вот почему он в таком состоянии. Я думала, это вы его замучили!

– Ну-у… – Тис опускает глаза, – не могу отрицать, что методы эль-тиара оказали дополнительный разрушающий эффект… Но в глубине души Бран всё ещё ваш добрый дедушка!

– Ты хотел сказать “злобный дедушка”?

Тис на миг задумывается, а потом смущённо кивает:

– Да, так будет вернее!

– Но зачем вы его здесь держите, если толку никакого?

– Ну это сейчас никакого. Но создатель печати мог бы подсказать порядок энерго-нитей для восстановления сознания Брана. И если заклятие наложила Эйда…

– То я смогу его узнать… – догадываюсь я.

– Верно! Но даже если нет, сознание имеет свойство восстанавливаться, особенно если этому восстановлению помогать… Пусть это и займёт лет двадцать, но я активно занимаюсь с Браном. Раньше он только рычал, а теперь и команды различает!

– Ну да, результат налицо, до “человека” рукой подать, – хмыкаю я. – Ну ладно, я уже ничему не удивляюсь! Но зачем ты изначально привёл его сюда?

– Вот почему!

Взяв со стола круглый ромбовидный флакон с острым дном, Тис укалывает им худое плечо старика. Ёмкость прямо на глазах начинает наполняться чем-то алым.

– Это кровь?

– Да, она нужна для настойки омута.

– Мне… надо будет пить его кровь?! А это обязательно?

– Можно использовать кровь любых родственников, но они далеко, а ваш дедушка совсем не против. Правда, Бран?

Старик уродливо растягивает сухие губы, ни то в улыбке, ни то в оскале. Меня аж передёргивает!

Тем временем Тис выливает содержимое флакона прямо на стол. Я вытягиваю шею, чтобы рассмотреть, что там происходит – но свет тускловат, а любопытство сильнее страха – поэтому я подхожу ближе.

Оказывается, что стол, над которым работает Тис – это на самом деле плоская каменная чаша, испещрённая круговыми бороздками. Слуга выливает в них содержимое собранных на полках баночек – и вот по бороздкам уже скользят красные, жёлтые и синие ручейки. Они соединяются на дне,