Отверженная жена дракона - Кира Иствуд

Дракон дёргает уголком красивых губ, в комнате сгущаются тени. Они угольными щупальцами скользят по полу, собираясь у ног Клоинфарн, оплетая его сапоги, будто ручные змеи.

– В теории, да… – голос мужчины звучит гулко, будто доносится из глубокого колодца. – Но времени мало. Скоро будет ночь драконьей луны, после неё пути назад не будет. Так что поторопись, усердно налаживай связь с тенью и узнай у неё, куда ты, будучи Эйдой, спрятала украденное, иначе…

– Готова начать хоть сейчас! – выпаливаю я. – Лишь бы поскорее убраться отсюда!

Клоинфарн одаривает меня таким пронизывающим взглядом, что у меня волосы на затылке встают дыбом!

– Ну если того желаешь, – он делает угрожающий шаг навстречу, и я инстинктивно отшатываюсь, вновь падая в кресло.

Но тут со стороны коридора раздаются торопливые шаги, и в комнату влетает Тис.

– Хозяин, – восклицает он. – Чужаки в тумане! Они… – Заметив меня, слуга сбивается на полуслове и торопливо сгибается в глубоком поклоне: – Ох, не знал, что и вы здесь, тиара! Простите, ради небес!

Дракон недовольно цыкает, окидывая фамильяра раздражённым взглядом.

– Похоже, мне надо отлучиться, чтобы прихлопнуть парочку крыс… – цедит Клоинфарн. – Постарайся в моё отсутствие не спалить дом, Адель…

Он направляется к выходу, но на пороге комнаты вдруг замирает.

– Тис, – говорит он, – моя жена желает немедленно начать налаживать связь со своим прошлым! Поэтому приготовь ей настойку сквозного омута. Пусть развлекается! Вечером снова поговорим, Адель. Надеюсь, у тебя уже будет что мне рассказать.

Глава 7

Тис отводит меня в свободные комнаты, где я, наконец, меняю ночнушку на приличное платье – бежевое с длинной драпированной юбкой, синяя лента выгодно подчёркивает талию.

Пока вожусь со шнуровкой на рукавах, неспешно перебирая завязки пальцами, в уме крутятся обрывки разговора с Клоинфарном.

Вопросы всплывают один за другим.

Что такое “драконья луна”? Что ещё за чужаки в тумане? Что за настойку должен приготовить мне Тис? И правда ли она поможет разговорить Эйду?

С каждой минутой в душе крепнет решимость отыскать тень и вытрясти из неё правду! Почему она-я так поступили в прошлом?! Где спрятано сердце дракона?! И если верну его… обрету ли свободу? Потому что оставаться с Клоинфарном на условиях “ты очень даже в моём вкусе” я точно не согласна! Если эта настойка, которую упомянул Клоинфарн, поможет – то я готова пить её днём и ночью, лишь бы сдёрнуть с шеи камень прошлого!

Теперь, когда я узнала правду о себе – она давит на меня булыжником, тянет к земле, заставляя сомневаться в том, кто я есть. Правда ли я не способна предать? Правда ли во мне нет тьмы?

Если подумать… я не раз поступала дурно. Однажды будучи ребёнком, я ударила девочку, лишь за её некрасивые слова.

Бывало, я ревновала сестру к маме с папой…

А ещё собиралась выйти замуж без любви, чтобы защитить себя, и вовсе не думала о чувствах Роберта. Чем это отличается, от того, что предлагает мне Клоинфарн?

А верхушкой дурных дел является то… что на балу я пошла к бабушке, хотя чуяла, что это закончится плохо!

Так может… и мой поступок в теле Эйды не столь невероятен? Может, зря я думаю, будто не способна на худшее?

– У вас всё хорошо, тиара? – спрашивает Тис, когда я выхожу из солнечной комнаты в тёмный коридор.

– Хорошо… – бормочу я, не в силах удержаться от сарказма, – день за днём всё лучше и лучше. Прямо уже не знаю, как остановить эту лошадь счастья!

– О, зачем же останавливать счастье! Я очень рад, что всё хорошо! – радостно улыбается Тис, и мне делается неловко, что он так искренне верит любому моему слову.

– Тис, то что я сказала… это был сарказм, – вздыхаю я.

– Ох, – лицо парня удивлённо вытягивается, а улыбка меркнет. Он вновь окидывает меня взглядом, а потом вдруг говорит. – Знайте… Вы совсем не такая, как она. Поэтому вам не надо переживать!

– Ты что, читаешь мысли? Или у меня на лице написано? – я пытаюсь улыбнуться, но губы не слушаются и получается фальшиво.

Слуга наклоняет голову, вглядываясь в меня серыми глазами из-под отросшей чёлки, ну точь-в-точь как дикий лесной зверь. Теперь, когда я знаю о прошлом фамильяра, то замечаю в его юном лице звериные черты. Уголки глаз выше привычного, ресницы пушистые и длинные, радужка необычно серая, но не как сталь, а как серая шерсть койота, с крошечными рыжими вкраплениями. А ещё у парня ненормально длинные руки… пальцы достают до колена – и как я раньше не замечала? Движения худощавого тела – неловкие, будто Тису неудобно в двуногой человеческой форме, а ещё он хромает… Интересно, почему?

– Я не читаю мысли. Я чую… – Тис шагает навстречу

– Что?

– Энергию ульгур. Вот здесь, – он тянется, чтобы коснуться моего солнечного сплетения, но останавливает движение и рука повисает в воздухе. – Раздёрганная вязь… сомнения, тревога, потеря себя. Можно стать сильнее преодолев. Или окончательно позабыть свой путь…

Я растерянно хмыкаю.

– Но я, конечно, не должен был… – спохватывается Тис, отступая и мотая головой, будто нашкодивший щенок, – простите, ради драконорожденных! Кто я такой, чтобы вас учить!

– Нет-нет, не извиняйся, – на этот раз улыбка получается хоть и печальной, но искренней. – Наоборот, я тебе благодарна. Мне стало легче от твоих слов. Если в будущем тебе захочется мне что-то посоветовать или сказать – говори смело.

– Не уверен, что имею право… Задача фамильяра не думать – а исполнять приказы.

– Но ещё защищать дом и хозяев. А для этого иногда нужно включить голову, Тис.

Он молчит несколько мгновений, я буквально вижу на его бледном лице напряжении мысли. Потом он очень серьёзно кивает:

– Я запомню, моя тиара.

– Вот и молодец, – я хлопаю парня по плечу, и он мгновенно заливается краской, будто я его поцеловала.

Это выглядит даже мило. Он неловко поправляет чёрную чёлку, откашливается в кулак и говорит, смущённо отводя глаза:

– Прошу, пойдёмте за мной. Знаю, что вы ещё не завтракали. Я уже накрыл на стол… После займёмся настойкой омута, если вы не передумаете.

– Почему я должна передумать? – спрашиваю, следуя за Тисом. – Это опасно?

– Нет. Тень не может серьёзно навредить вне тумана. Но…

– Но?

– Лучше бы всё шло своим чередом… – тише отвечает слуга. – Если тень заговорит уже сейчас, будете ли вы готовы к её словам? Будет ли готов хозяин? Теперь я вижу… доверие между вами слабее паутинки. Его порвёт и ветерок…

– Но Клоин упомянул о некой