Штабс-капитан Круглов - Глеб Исаев

Топать через весь остров в поселок Круглов не стал. Да и зачем? – Документы с собой, гражданский пиджак и брюки висит в кабинете, а поспать можно и на диване.

"На катере, который пойдет за живущими во Владике офицерами и доберусь. – Резонно рассудил он, укладываясь на продавленный диван в своем кабинетике.

Заснул сразу, словно и не было этой необычной поездки и странного задания.

А ночью приснилась тягучая, словно нуга, арабская мелодия…

Однако проснулся за полсекунды до звонка будильника. Привычно хлопнул по пластмассовой кнопке и рывком соскочил с дивана. Вставать иначе было чревато тяжкими телесными повреждениями.

Быстро привел себя в порядок и натянул пропахший сыростью пиджак. – Никак толстею? – мимоходом удивился капитан, пытаясь застегнуть оторванную пуговицу.

Доспать на катере не удалось. Помешал вовсе не утренний туман. Вспомнилась странная, если не сказать больше, беседа с высоким начальником. Виданное ли дело, командировка в Москву. И не просто, а…

Выкинуть из головы неуместные рассуждения не удалось, но и придумать логически правдоподобную версию, тоже.

Скорый поезд Владивосток-Москва отправляется с первого пути низкой платформы. – Оповестил неразборчивый голос диктора. Капитан легко запрыгнул на ступеньку и шагнул в пропахший гарью от закипающего титана вагон.

"Место номер…,- Теперь этот мирок на долгие восемь суток станет его временным домом. – Посетовал пассажир на скаредность флотских финансистов. – Казалось, что проще, выписать проездные документы на самолет? Однако, нет. И плевать сонному прапору из ВОСО, что командировочное удостоверение подписал сам Начальник штаба. Дурдом. Одно слово – перестройка.

Уложив легкую сумку на верхнюю полку, вздохнул, и двинулся в сторону расположенного в конце вагона клозета. Когда он вернулся обратно, уже в старом, видавшем виды спортивном костюме, обнаружил, что в купе уже появился сосед.

Мужичок, не утруждая себя условностями, уже раскладывал на столике немудреную снедь.

– Будем знакомы. – Протянул он Сергею влажную ладонь. – Игнат.

Круглов ответно представился и неприметно вздохнул. – Тип известный. Пролетарий, без особого интеллекта, но уверенный в своем праве судить всех и обо всем. Хорошо, если подобный субъект проедет пару сотен километров, и сойдет на неизвестной станции, оставив после себя лишь газетный мусор и яичную скорлупу, куда хуже, если он едет далеко… Тогда придется слушать его треп всю дорогу.

– На посошок, за знакомство… – Хитро глянул сосед на отвернувшегося к окну Сергея, едва поезд отошел от перрона.

– Не пью. – Хотел буркнуть капитан, однако произнес совсем не то, что собирался. – Святое дело. – Вырвалось у него, как показалось даже против его воли.

Он так удивился, что даже не заметил, как в руке оказалась наполненная предусмотрительным спутником походная дюралевая стопка.

Закусив выпитое куском вареного мяса, Сергей взглянул на сидящего против него куда внимательнее. Благо, что кроме них в купе еще никто не подсел.

– Ага… – Словно подслушав мысли капитана, отозвался мужичок. – После Уссурийска сядут… А пока… – Он ловко, в два движения разлил водку. – Опыт. – Усмехнулся Круглов, глянув на идеально равные порции.

И вновь показалось, что сосед услышал его невысказанные слова. – Ни какой сложности. Раз-два. И только. Главное не смотреть, а ориентироваться на слух. – Пояснил тот технологию правильного разлива.

– Бывает. – Только и смог ответить Сергей.

Он выслушал короткий тост собутыльника и бездумно махнул свою стопку. Спиртное мгновенно впиталось в стенки желудка, стало легко и спокойно. Отпустило. – Как говорят в таких случаях.

– Вот я и говорю… – Словно продолжая начатый разговор, произнес Игнат, смачно пережевывая тонкий пластик сухого, явно купленного в привокзальном буфете сыра. – Зачем Сергеич виноградники порубил? – Кому от того польза?

– Началось… – Вздохнул Сергей, отодвинув пустую тару. – Ты извини, сосед…. Устал я, спать хочу. Спасибо за угощение…

– Да брось ты… – Не на шутку расстроился мужичок. Провел короткопалой ладонью по редким, цвета прелой соломы волосикам. – Только начали…

Сергей, не слушая уговоров назойливого соседа, ухватился за верхнюю полку, собираясь выбраться из-за стола. И не сумел.

Грешить на детскую для бывалого моряка, а тем более офицера, дозу было смешно. Однако, факт остался фактом. – Тело его не слушалось.

– Правильно. – Усмехнулся сосед. – Куда спешить? Дорога дальняя. А для тебя, так и вовсе… Он не закончил.

– А почему это для меня … особенно? -Невольно удивился Сергей, точно помнивший, что не успел сказать о конечной станции своего путешествия.

– Выпьем, потом… – Игнат смахнул с губы крошки, и протянул налитую стопку.

– Когда он успел это сделать? – Сергей мог поклясться, что не спускал с сидящуго напротив глаз. – Странно.

Любопытство победило. Он пожевал сваренное вкрутую яйцо, перебивая вкус водки, и вопросительно глянул на собутыльника.

"Ничего особенного. Возраст за сорок. Потрепанный жизнью… Морщинки в уголках губ, плохо пробритые щеки. Работяга. Слесарь…"

– Сам ты слесарь… – Прозвучал голос.

Круглов закашлялся. – Как? – Переспросил он у деловито жующего соседа.

– Чего? – Удивленно поднял глаза Игнат.

– Кхм. – Сергей смутился и наморщил лоб. – И правда… Тогда кто это сказал, если не он?

– Не грузись служивый. – Пробормотал тот, покончив с закуской. – Хочешь знать? Или так… спросил? Попутчик согнулся и выудив откуда то из под стола еще пару бутылок белоголовки, водрузил их на стол..

– Ладно… Предположим… видел билет. – Попытался выстроить логическую цепочку Сергей. – Там мог прочитать, что военный.

– Ничего я не читал. – Зевнул сосед, и потянулся к бутылке. – Очень надо… Ты это…, Не мучай себя, Серега… Давай лучше… по чуть-чуть…

– Странный ты мужик. – Сохраняя непроницаемое выражение лица, потянулся Сергей к стопке.

– Сам ты… Мужики в поле, пашут. – Прозвучал в голове обиженный голос. – А я ангел.

– Кха. – Круглов поперхнулся и закашлялся. – Твою… ать, что за хрень?

– Да расслабься ты… – Произнес Игнат, молодецки опрокинув свою порцию. – Ну ангел…, и чето?

– Убила Сергея не дикость сказанного, а именно это местечковое чегоканье. – Точно… Придурок. – Охнул про себя моряк, и тут же одернул себя. – Ну, хорошо… Этот напротив – псих, но кто же тогда говорил?

– Правильно рассуждаешь. – Ухватив щепоть сочной капусты, сосед хрустнул крепкими, ослепительно белыми зубами. – Ярлыки вешать ума много не надо. Ну ангел, ангел. Делов-то?

– И правда, делов…. – Капитан сдержал усмешку. – А чем ты, ангел, по жизни занимаешься? Ну, кем работаешь?

Им и работаю. Ангелом. Мы ведь тоже разные. Одни спасают-охраняют. Другие там на перепутье. Шестикрылят… – Он и сам усмехнулся сравнению… ну а я это… встречаю… тех кому срок подошел.

– Как это… встречаете. – Сергей внезапно растерял ироничность. – Всмотрелся в простоватое невыразительное лицо собеседника. – Кого встречаете?

– А тех, кому срок пришел на тот свет отправляться. Тех и встречаю… Провожаю. Ангел смерти слыхал?

Сказанное подпитым шутником вызвало нехорошее чувство. Словно тот ненароком коснулся такого, о чем не принято говорить…

Сергей смутился. – Может хватит? – Он кивнул на начатую бутылку. – Чего-то тебя развезло…

– Игнат усмехнулся. Криво, уголком губ. – Не верить твое право. Суть от этого не меняется. – Тогда ответь… А почему нет? Ну а вот явись я тебе в саване… с косой. Тогда как, поверишь?

– Ладно. – Круглов ответно хмыкнул, принимая правила странной игры. – Ну, тогда может и поверю.

– Кто-ж меня с косой в вагон пустит. – Игнат хихикнул над собственной шуткой, умудрившись одновременно покоситься на бутыль. – А ты все равно не поверишь. – Я что не помню, как ты новобранцев на кладбище привел. – Проверочку им устроил… А сам за той, свежеоткопаной сидел. Ждал, что делать станут.

А вот тут Сергею точно поплохело. Еще бы ему и не помнить…

Набранные в отряд "молодые" народ разный. На людях все духовитые. А спецназ дело такое. Что твой минер. Тут ошибки быть не может. Пока в ком разберешься … А времени нет. Вот и устроил Шарик этакую проверку. Ночью на кладбище. Кто пересидит, можно дальше учить. А струсит… еще легче, списать в хозвзвод, и всех дел.

– Только как о таких делах может этот, знать? Откуда? – Круглов хлопнул глазами и промолчал, не найдя что сказать.

– А ты ведь меня как-то видел… – Продолжил собутыльник. – Тогда… В мае. Отчаянные тебе попались ребятишки. Могилку раскопали, да косточки потрошат. Золотишко ищут. Музыка из приемника орет… Ты им разгон дал, а когда обратно шел… , помнишь, из-за дерева чего увидел…?

Напугать Шарика, имевшего за сотню парашютных прыжков, и десятка полтора выходов из торпедного аппарата с глубины в сотню метров было не просто. Да если честно, до последнего времени он и сам считал, практически невозможно. – А от сказанного простоватым собеседником вдруг повеяло такой непостижимой тайной, что Круглов невольно поежился.