Штабс-капитан Круглов - Глеб Исаев

Бестолковый спор вызвал чувство острого раздражения, однако Сергей сдержался. Допил кофе и отправился на балкон покурить.

Облокотился на перила, поднес к губам сигарету и замер. Память вернулась к недавним событиям, ставшим отправной точкой его решения.

Тревогу объявили одиннадцатого. Дежурную смену погрузили в два борта и уже через несколько часов они размещались на призывном пункте в пригороде Вильнюса. Едва успели разместиться, подогнать жилеты , проверить оружие и амуницию, как последовала команда: прибыть в Северный городок, проникнуть в здание телецентра, обеспечить контроль передающего центра, и передать объект под охрану десантников. Приказ был понятным, и в то же время слегка странным. Неприменение стрелкового оружия в отношении населения, это ясно, а вот как миновать толпу из нескольких тысяч разъяренных человек, стоящую возле телецентра, никто не объяснил. Будет ОМОН и войсковики. Кратко отговорился старший. Однако судя по тому, что возле объекта к ним присоеденились всего два сто тридцать первых ЗИЛа с тремя десятками омоновцев, стало ясно, где то в организации произошел сбой. Машины с ОМОНом проскочили на триста метров вперед, сквозь плотную толпу и остановились. Возбужденные люд, отхлынувшие сперва в стороны, начали замыкать пробитый коридор. Вперед скомандовал старший группы. Бойцы рванулась из машины, торопясь проскочить опасный участок. На удары палками и камни летящие в них со всех сторон, даже не реагировали. Прорезали толпу, и выскочили к зданию телецентра.

Высокий парапет, ярко освещенные прожекторами гранитные ступени, ведущие к входу, и темные окна телецентра, в которых видны непонятные фигуры. Но едва бойцы Альфы сделали несколько шагов к вхоу, зазвучали выстрелы. Огонь велся по ним из тех самых подозрительных окон.

Спас темп. Влетели в фойе, рассредоточились и сноровисто двинулись по коридору к ведущей на верх лестнице.

– Серый.- Услышал он, заглушенный шлемом голос напарника. – Чего-то спину печет. – Старший лейтенант Тихонов, бежавший следом за Алексеевым, неловко пошевелил плечом.

– Похоже, заточкой в толпе саданули. – Добавил он, и вдруг начал плавно заваливаться на стену.

– Терпи, Витя, – Алексеев, прикинул направление движения, – никак сейчас нельзя останавливаться. Сейчас в аппаратную поднимемся… Но заметив, что офицер затих, крутанул головой, распорядился, идущему третьим члену группы. – Перевяжи.

Отдав приказ, рванул вверх по лестнице, догоняя группу.

Товарищ выдернул индивидуальный пакет, и склонился над лежащим у стены Виктором.

– Голос снизу окликнул Сергея, когда тот уже проскочил два пролета. – Виктор сотый, возвращайся.

Сбежал вниз и увидел лужу крови. Под снятым жилетом виднелась огнестрельная рана. Пуля угодила под броню и вошла в спину.

– Похоже, ему из толпы в спину стреляли, когда по ступенькам шли.- Вырвалось у пытающегося перевязать напарника офицера. – Тяжелая…

Оставайся с ним, вколи антидот.- Распорядился Алексеев.

Как ни расстроило его ранение товарища, задание нужно было выполнять.

В аппаратную студию вбежал, когда группа уже заняла помещение.

– Выключить передатчик. – Приказал он стоящему у пульта волосатику в джинсовке. – Кому сказал, живо.- Рявкнул Сергей, значительно шевельнув стволом. – Уговаривать не пришлось. Бородач сноровисто защелкал кнопками. Экраны погасли.

Пока заканчивали осмотр здания, пришла команда от руководителя группы проводившей зачистку телевышки.

– Закончили, потерь нет, готовимся к обороне. Однако у подогретых спиртным активистов союдиса хватило ума не устраивать массового самоубийства.

Лезть внутрь захваченного Альфой здания митингующие не рискнули.

А минут через сорок подошел опоздавший к началу операции отряд ВДВ и ОМОНа.

Сдав пост под охрану воякам, погрузили тело Виктора, и двинулись обратно. На базу вернулись с приключениями, но без потерь.

Странное началось утром. Выступление президента, показанное по первому каналу, вызвало у офицеров шок.

– Я сам узнал о произошедшем только сегодня утром.- Вещал тот, бесстыже глядя в камеру. Это трагедия…, мы разберемся…, виновные будут наказаны.

На БМП, в котором разместили выходившую из Северного городка группу, сбросили бетонную глыбу, пострадало несколько человек. Алексеев получил легкую контузию, поэтому сразу по возвращении на базу был отправлен в госпиталь.

Заключение медиков огорошило. Его отстранили от участия в операциях. Уходить в обслугу не хотелось. Потому предложение из "девятки" показалось вполне приемлемым. – Послужи в охране, а там видно будет.- Распорядился командир группы. Подлечись, а после, может и обратно.

Спорить с генералом Сергей не стал. – Приказ есть приказ. Вот только после, когда насмотрелся на холеные физиономии ведущей страну к гибели " кодлы", стало вовсе невмоготу. А добила истерия поднятая вокруг захвата телецентра демократами разных мастей и оттенков, скучковавшихся вокруг новоявленного российского президента.

Бесстыдно и нагло переврав все, их выставили обычными карателями, стрелявшим по толпе мирных граждан. И даже смерть товарища сумели обгадить. Иначе, чем матерно назвать тех, кто обвинил командира группы в расстреле якобы отказавшегося штурмовать центр Виктора, язык не поворачивался.

Иногда, шагая следом за взбрыкивающим оттопыренными фалдами кургузого пиджачка генсеком, Сергей с удивлением отмечал в себе непонятное желание с размаху врезать ногой по заплывшей жиром заднице пятнистого иуды.

Неприязнь перешла и на остальных служащих аппарата. Поэтому, когда машина советника, которого вел Алексеев, вдруг выскочила на парапет и булькнулась в воду, Сергей едва сумел заставить себя прыгнуть следом.

Спасло Максима от смерти только чувство долга, возобладавшее в телохранителе.

– Странно, а ведь нормальный парень.- Подумалось Сергею. Может он и вправду не при делах? Он вспомнил их застольную беседу. – Хороший парень.

Торчать на балконе надоело. – Стравив пар, жена, грохнув напоследок дверью, убежала на работу.

Алексеев вернулся в комнату и прошел по скрадывающему звук паласу.- Квартиру придется сдать, ну да ладно. Руки ноги есть, проживем. – Он опустился в кресло и потянулся к лежащей на столике "комсомолке".

Начинать день с прессы, поливающей грязью спецслужбы? не хотелось, однако заняться было абсолютно нечем.

Звонок телефона заставил отвлечься. – Алло. Голос в трубке принадлежал сослуживцу.

– Здорово, Серега, как ты?- Дежурно поинтересовался сослуживец. – Нормально? Понял. А я чего звоню…- Перешел он к главному…- Там у тебя в столе всякая мелочь лежала. Ну… грамоты там… и другое. Новенькому стол отдали, он спрашивает чего с ней делать. Может, заберешь?

Сергей криво усмехнулся.- Скажи, пусть выкинет.

Выслушав ответ капитан поболтал немного на нейтральную тему и уже собрался было прощаться, как вспомнил.

– Да, кстати, Серега, Ты своего крестника, ну из администрации, того, что из воды вынул, еще помнишь? Так представляешь, помер. В госпитале. Ага. Вроле все нормально было, а тут на тебе. Сегодня хоронят.

Новость огорошила. Сергей положил трубку и задумался.- "Странно. И почему в госпитале, он же вроде в ЦКБ лежал? Не понятно…

Читать расхотелось. Промаявшись пару часов, решительно снял трубку телефона. Выяснить место и время сумел не сразу. Однако получив нужные сведения, быстро побрился, надел гражданский костюм и торопливо вышел из дома.

К началу церемонии похорон опоздал. Он встретился с выходящим с территории кладбища генералом, когда все уже закончилось.

Отец Максима шагал по засыпанной песком дорожке, чуть следом двигалось несколько офицеров.

– Андрей Иванович.- Сергей приблизился к генералу.- Примите мои соболезнования. Я тот охранник, Алексеев. К сожалению не успел. – Сочувствую.

– Спасибо.- Владимиров остановился, и кивнул спутникам, разрешая тем следовать дальше. – Вот так…-Он катнул по скулам желваки.

– Вот так.- Повторил генерал.

– Как же … Он ведь поправился?- Не сумел удержаться от вопроса Сергей. – Что случилось?

– Врач сказал, сердце. Наверное от шока… – Генерал махнул рукой.- Ему вечером плохо стало… я в госпиталь отправил… А утром сообщили.

– Ты со службы?- Поинтересовался он у Алексеева.- Может подвезти?

– Нет, спасибо.- Сергей посторонился, и двинулся рядом.-Рапорт написал, на увольнение.- Обмолвился он. -Спешить некуда.

Генерал задумчиво глянул на сидящих у входа старух, торгующих, крашеным в ядовитые цвета бессмертником.- И что теперь делать собираешься?

– Не знаю, наверное уеду. В Тверь, у меня там мать жила.- Безучастно произнес Сергей, думая как ловчее распрощаться и избежать участия в поминках чужого ему по сути человека.

Приехать на похороны он решил без всякой подоплеки. Просто захотелось отдать последний долг.