Магический треугольник - Леонид Резник

Небрежно взмахнув рукой, дух отбил летящий в него предмет. Нет! Не отбил! Неразлучный спутник Аро — мини-бумеранг с острыми как бритва краями — прорезал ладонь и вонзился в горло духа.

То ли подсознание, то ли Надсистема, а может и то и другое вместе, скомандовали мне шлепнуться лицом в траву.

Треск, взрыв, ударная волна, запах. Все прелести, сопровождающие смерть духа. Но что же будет с Аро? Ему не делали балканскую прививку. А что будет с Иммом? Как выручить Аро?

Поднялся я в тот момент, когда машина, лишившаяся водителя, развернулась на месте и поехала прочь. Если бы я мог допустить… Если бы я мог представить… Потому-то духов и называют духами, что у них, кроме тела, есть еще что-то. Дух духа? Какой бред… И этот дух продолжает витать над грешным Тайком, разя тех, кто не по нраву? Со мной, правда, промашка вышла.

Очевидно, я совсем потерял совесть, раз мог предаваться абстрактным размышлениям, когда оба мои друга… Что с ними? Мне стало стыдно.

— Имм!

О, проклятая планета! Глянув вниз, я увидел того, кто когда-то бьет Иммом. Тьфу! Я увидел Имма, но его облик был слишком непривычен моему взгляду. Тхел. Вот он какой, последний тхел-человек. На траве лежала обезьяна, покрытая редкой светло-зеленой шерстью. Ну, не совсем обезьяна. Лицо немного напоминало кошачье. Пальцы на руках-лапах кончались мощнейшими когтями. Зеленоватые межпальцевые перепонки… Похоже, я свихнулся. Нашел когда заниматься сравнительной биологией, идиот! Имм был еще жив и истекал кровью. Очередь из крупнокалиберного автоматического оружия буквально перерубила его пополам.

Чувствуя свою беспомощность, я направился к Аро. Густой кустарник не дал ему упасть. Издалека парня вполне можно было принять за живого. Но только издалека. Судорога настолько исказила знакомые черты, что было страшно притронуться к мертвому телу. Ни одно из лежащих в рюкзаке лекарств здесь помочь не могло. Первая помощь, последняя помощь…

Я положил Аро на землю. Туман в голове никак не хотел рассеиваться. Как же так? Мы вместе шли, ели, спали, дрались. Я воспринимал все происходящее как приключение. Не веселое, не увлекательное, но приключение. А для Аро это была жизнь. Его жизнью стала роль спутника при свалившемся с небес олухе. Для меня приключение продолжается, для него жизнь закончилась. Простой бесхитростный парень поднял руку на одного из тех, перед кем всегда благоговел. И сделал это, пытаясь отомстить за одного из тех, кого всю жизнь ненавидел. Проклятье!

Застонал Имм. Я подошел и присел рядом с ним на корточки. Сколько могло протянуть разорванное на две части существо?.. Неужели на моих глазах, истекая кровью, умрет гроза Таика, философ-самоучка?

Вокруг лежал темный лес. Имму он всегда был союзником. Только лес мог его спасти.

— Вы обитатели леса! — закричал я в отчаянии. — Здесь умирает один из вас, спасите его, помогите ему!

Еле-еле слышный издалека звериный вой был мне ответом. Шелест деревьев поглотил эхо.

— Здесь лежит человек-тхел, последний на Таике! Здесь лежит великий воин и мудрец! Он сражался за вас и за вас умирает! Неужели вы не поможете ему?!

Наверное, нужны были другие слова, но они не приходили в голову. А лес молчал.

ГЛАВА 7

— Пойду прогуляюсь, — мне захотелось побыть в одиночестве.

— Не ходи за черту, — привычно напомнил Кайр.

— Угу, — так же привычно пробурчал я.

Что-то хозяин сегодня не в духе. Настроение Кайра ухудшалось с каждым днем. Игрушка из новой стала старой, изучена со всех сторон и не вызывает интереса. А без игрушки радоваться особенно нечему. Кое-что в прошлом, ничего в настоящем, еще меньше в будущем. Может ли Кайр на меня разозлиться, когда у него окончательно ухудшится настроение? Еще как может. Дети переменчивы в привязанностях, а взрослые дети особенно. Чем его можно заинтересовать?

Судьба Кайра была необычна даже для Таика. Примерно такой же могла стать судьба возможных потомков Имма. Кайром на Таике называют гигантскую птицу, напоминающую земного орла. Голова, правда, у него не совсем птичья, но это не принципиально. Последний на Таике человек-кайр безумно хотел продолжить свой угасающий род. Это ему удалось, но… Не знаю, какое имя он дал своему сыну, имеющему хоть какие-то человеческие черты во внешности. Скорее всего, его не помнил и сам сын, старающийся подчеркнуть свое пренебрежение к собственному человеческому началу и называющий себя Кайром.

Сын человека-кайра обладал почти птичьим телом и почти человеческой головой. Настоящих кайров я видел только на расстоянии и особых различий между телами не разглядел. Голова Кайра была раза в три меньше, чем у людей и, наверное поэтому, в ней сумел уместиться лишь разум семи-девятилетнего ребенка. Лапы напоминали миниатюрную копию человеческих рук, но из маленьких ладошек росли сухие, невероятно длинные пальцы с огромнейшими когтями на концах. По размаху крыльев Кайр превосходил всех своих неразумных родственников и был, скорее всего, самым крупным летающим существом на Таике. Детский разум во взрослом теле отнюдь не создавал впечатление слабоумия. Природная мудрость огромной птицы, помноженная на человеческую (пусть даже детскую) способность сопоставлять и анализировать факты, давала неплохие результаты. Хуже было с характером. Одиночество, невозможность продолжить свой род, непомерная гордость — все смешалось, образовав крайне взрывоопасную смесь. Кое-какая определенность в симпатиях все же была. Кайр терпеть не мог людей, слегка уважал оборотней и побаивался духов. Мало кто на Таике мог рассчитывать на помощь Кайра. Для этого была необходима либо гениальная лесть, либо всетаикская популярность и положительное отношение к ней птицечеловека. Трудно представить, какой ключик сумела подобрать к нему Эль. Оказывается, ее слова «мне помогли добраться», произнесенные в анасской тюрьме, были кратким пересказом воздушного путешествия в когтях Кайра. В случае со мной и Иммом, ночной крик «в никуда» молниеносно разошелся во все стороны по звериной почте оборотней. И Кайр был первый, кто откликнулся на зов. Просидев два часа у тела погибающего друга, сорвав горло в бесполезных (так мне казалось) криках, я воспринял свалившееся с черного ночного неба крылатое чудовище, как завершение мистического действия. Неужели демон смерти явился за душой Имма? Бред наяву? Первые признаки помешательства?

Огромная птица с человеческой головой походила вокруг Имма, потрогала раненого длинными сухими пальцами. Я сидел, затаив дыхание, не представляя, что делать.

— Приготовь подстилку попрочнее, — голос бьет звонким, с легкой хрипотцой.