Повесть о несостоявшейся любви - Эдуард Снежин

– Нет, для некоторых людей: новое – в новых партнёрах. Ты, Дима, из их числа.

– Почему? Разве познавшие друг друга не будут раскованно искать в сексе предельную откровенность чувствования?

– Я не знаю, Дима. Может быть, ты и прав.

– Почему ты уехала? Я даже не знаю твоего адреса.

– Дима, ты умней и опытней меня. Я не боюсь тебя. Я… я боюсь себя.

Бесконечно притягательный образ любимой девушки медленно отплыл от меня и растворился в воздухе.

Я проснулся.

Поняли ли мы с Леной в этом телепатическом общении друг друга? У меня не было сомнений – да. Чувства не знают ни расстояний, ни времени.

Мы совершенно разные, но тянемся друг к другу. Вдруг я преисполнился гордости – от того, что мне открылся Ленин секрет, то, о чем она мне не сказала сама – о том, что произошло с ней на скамейке. В гроте. Впервые она испытала это со мной!

Но как она испугалась!

Она чиста и безгрешна, эта девочка! Она и целовалась-то раньше, потому что так принято в кругу подруг, не испытывая, кажется, ничего.

Удивительное явление в эпохе всеобщей распущенности!

Но развитый уже организм требует своего. Гормоны бродят, гормоны ищут существо другого пола, который произведёт оплодотворение, ради продолжения рода человека на Земле.

Тут я задумался. Ради продолжения ли рода?

Бесстрастная статистика свидетельствует, что для зачатия достаточно в сто раз меньше половых контактов, чем происходит их в мире.

Все же секс подарен нам высшими силами как самодостаточный процесс, чтобы скрасить скучное и безрадостное земное существование.

Два последующих дня я беспробудно пил.

18. Дагомыс

На третий день меня разбудила Земфира.

– Так, у мальчика запой, – глянула она на батарею бутылок под столом. – Отрадная картина. – В ее голосе звучала ирония.

Я потянулся за бутылкой с остатками вина.

– Нет, на выпей вот это. – Она достала из сумочки пузырёк граммов на сто и вылила содержимое в стакан.

– Пей!

– Что это?

– Текила индиго, из кактуса. Градусы и вкус обычной текилы, но это лекарство от похмелья.

Я выпил. Действительно, сразу полегчало, все мышцы как бы расслабились, голова стала ясной.

– Что не звонил?

– Сама видишь – запил.

– Что-то случилось?

– Ничего, просто ушёл в запой. – И потом добавил с детской хитростью, чтобы отстала от алкоголика:

– У меня это хроническое.

Она присела рядом и поцеловала в губы:

– Ерунда! Зато после попойки ты должен быть сексуально озабочен. Знаю по другим мужикам.

И сделала попытку скинуть платье, чтобы прыгнуть в постель.

– Что ты, что ты, – испугался я. – Сегодня тотальный медосмотр, сейчас врачи придут.

– Тебе это надо?

– Да нет.

– Тогда быстро умываться, одеваться и едем в Дагомыс – развлекаться.

Я сдался. Грешным делом, Земфира была права. Я сильно хотел женщину, просто ещё не вошёл полностью в норму.

Что ж теперь делать? Хранить верность Лене? Этого я не мог обещать ни ей, ни себе.

«Лена уехала, – подумал я, – пора возвращаться в нормальную курортную жизнь. Ну, прогоню Земфиру, а потом сопьюсь…

По дороге Земфира, ведя «Тойоту», живописала прелести элитного курортного комплекса.

– Там шикарно! Пляж, парашюты над морем, рестораны и мои любимые водные горки! Ух, душа замирает!

Мы с женой насладились водными горками за границей в Турции, поэтому я откликнулся с полным пониманием:

– Здорово!

Дагомыс впечатлял. Роскошные высотные здания гостиниц, новый, недавно выстроенный аквапарк с разноцветными горками – высокими, прямыми, под небо, и спиральными, завитыми вдоль горных склонов. Пляж из желтого насыпного песка (в Сочи пляжи галечные), море рассекают стрекочущие водные мотоциклы и катера с прицепленными на тросах лыжниками, надувные «бананы» с оседлавшими их любителями острых ощущений, парящие в небе парашюты и беззаботная элитная публика.

Радость жизни, купленная за деньги…

Земфира повела меня внутрь гостиницы, там у неё были знакомые из персонала, и сказала мне:

– Закажу номер, останемся на ночь.

– Но ведь это, наверняка, дорого!

– Я заплачу.

– Земфира, ты, вообще-то, с мужем живёшь?

– Вообще-то, да. Но у меня свобода.

Я не стал дальше уточнять, но, оказавшись нечаянно, впервые в жизни, в роли жиголо, почувствовал себя неуютно. Пока она заказывала номер, я прикупил в холле по паре великолепных фирменных (российских!) маек и плавок, в Сочи я их не встречал, это была монополия Дагомыса.

Мы поднялись в номер и Земфира, вспомнив первую ночь, сказала:

– Хочешь, помучаю тебя по-другому?

– Как это?

Она достала из дорожной сумки два комплекта сексуальной кожаной снасти.

– Раздевайся!

Я со страхом посмотрел на амуницию любовных истязаний: ошейники, плётки, наручники – чёрт знает что!

– Но я не умею это надевать?!

– Я сама тебя запрягу! – захохотала насильница.

Через пять минут, снаряжённый в кожаную сбрую, я был уже поставлен на четвереньки, а лихая наездница, обнажённая, затянутая только в узкие ремешки, похлёстывала меня плёткой по бокам и заднице.

– Ты не слишком-то старайся! – взмолился я после горячего шлепка, наездница входила в раж.

– Будет ещё больнее! Ты мой раб!

– Пощади, госпожа! – принял я условия игры. – Я никогда раньше не был рабом!

– А мне не нужны бывшие рабы! Я люблю превращать в раба свободного человека!

– Да ты просто царица Тамара! Та после ночи страсти сбрасывала любовников в пропасть!

– Ну, до этого не дойдёт. Если, конечно, будешь слушаться!

Тут она заёрзала по моей спине. Такого приятного массажа я ещё не знал. Воздух весь наполнился запахом жасмина, выжимаемого её плотью. Я схватил её за прыгающую ножку в туфельке на высоком каблуке и, сбросив туфлю, начал яростно всасываться губами в высокий подъём и пальчики с фиолетовым педикюром. Земфира только этого ждала. Она соскочила с моей спины и бросилась на ковёр рядом со мной. Я исступлённо целовал её ноги, передвигаясь всё ближе к заветному месту.

В этот раз плутовка добилась от меня всего, чего недополучила в первую ночь.

– Я слышал, что запах жасмина будит сексуальность у мужчин, – сказал я Земфире, когда мы, уже без сил, отдыхали. – Но на меня он раньше не действовал так возбуждающе, в чём дело?

– Ладно, открою тебе секрет! Надо употреблять не духи с жасмином, а чистое масло из него. Настоящие афрозодиаки – только масла.

– Почему «афро», африканцы, что ли придумали?