Повесть о несостоявшейся любви - Эдуард Снежин

Я раздумывал, на что бы поставить мне, ожидая следующей команды.

– Ставьте всё на восьмёрку! – вдруг услышал я за спиной негромкий, но отчетливый женский голос. Я обернулся.

Женщина на вид была несколько старше меня – чёрные волосы, удлинённое холёное лицо с римским носом, твёрдый взгляд, ободряющая улыбка.

– Но я хотел поиграть подольше. У меня мало фишек.

– Ставьте все! Возьмите и туда же поставьте мои.

Она чуть наклонилась ко мне, передавая фишки, и обдала притягательным запахом жасмина.

Под таким натиском мне ничего не оставалось, как поставить на восьмёрку. Как завороженный, следил я за вращением рулетки, а в голове промелькнуло: «Неужели я азартный игрок?»

Но восьмёрка не выиграла, и я остался без фишек, растерянно оглянувшись на неожиданную советчицу.

– Не может быть, – прошептала она, – возьмите ещё – эти фишки ваши, и ставьте опять на восьмёрку. – Только не думайте об удаче!

Не оправившись от растерянности, я принял фишки и снова последовал ее указанию.

На этот раз восьмёрка выиграла! «И немало!» – прикинул я по куче жетонов, которые подгрёб мне крупье.

– Делайте ставки, господа! – привычно пропел он, глядя в мою сторону. Тут незнакомка прихватила меня за локоть и прошептала:

– Забирайте фишки и пошли!

Хоть она и подарила их мне, я знаком попросил её подставить сумочку и сгрёб туда жетоны.

– Но они ваши, – настойчиво произнесла она, отводя меня от стола, – идите менять, – и передала мне сумку.

– Но я… чувствую себя обязанным, – промямлил я. – Почему вы не играли? Не хотите?

– Ну, если вы это чувствуете, то поговорим потом – я подожду вас на улице.

Я обменял в кассе жетоны. Получилось около четырёхсот долларов. Неплохая сумма! Но, наверно, не настолько, чтобы служители казино стали строить интриги, чтобы не выпустить с выигрышем.

Холёная игрунья ждала меня на выходе.

– По крайней мере, половина выигрыша ваша, – протянул я ей двести зелёных.

– Ну, ладно, сто я беру себе, а на остальные можно вместе гульнуть.

Если не возражаете? – испытующе взглянула она на меня.

Когда она протянула руку за деньгами, я опять ощутил острое дуновение жасмина.

– Почему бы нет! – воскликнул я, снова подчиняясь ее магии. – Вы меня интригуете!

Дама улыбнулась:

– Вон там маленькая кафешка. Я не люблю больших ресторанов.

– А ля франце! – подбоченился я и предложил спутнице руку.

15. Дама с Амстердама

В кафе кроме нас сидело всего две пары.

– Земфира, – представилась спутница.

– Интересное у вас имя. Пушкинское.

– Я турчанка. Так как вас зовут?

– Дмитрий.

– Сколько вам лет?

– Тридцать.

– Вот как! Совсем молодой. Я постарше вас, на пять лет.

– Господи, выглядите вы, без лести, восхитительно!

– Спасибо. Стараюсь.

– Ну что мы закажем? – подвинул я ей меню. – Впрочем, я сегодня в кафе второй раз за вечер.

– А что же ушли из первого?

Я чуть помедлил, взглядом изучая ее лицо. Она смотрела на меня внимательно и без тени кокетства.

– Вам я, пожалуй, попозже объясню, заказывайте! – обратил я её внимание на подошедшего официанта.

– Так, – сказала Земфира, переключаясь на меню. – Мне бутылочку «Божеле», вам коньяк?

– Ну да, – махнул я рукой.

– Бутылочку «Греми», и, в ответ на мой протестующий взгляд – «Много!»:

– Вина много никогда не бывает!

Дама заказала также по паре «киевских», «оливье», и «сёмгу в кля-ре».

– У вас рафинированный вкус, – сделал я ей комплимент как только отошёл официант.

– Ох, моя слабость интеллигентные мужчины! – вознаградила она меня, видимо, за «рафинированный вкус». Но… в то же время я понял, что это серьёзная заявка, и мне вдруг стало весело – впервые за пять дней я на время перестал думать о Лене.

– Так расскажите, почему вы не играли?

– О, это мой фикс. Я ведь местная, в казино похаживаю иногда, но сама выиграла только в первый раз, потом ну никак! И главное, выигрышные номера всегда были рядом с моим. Один игрок разъяснил мне, что есть такая мистика – вы знаете, на какую фишку ставить, но чёрт вас сбивает в последний момент, и вы ставите рядом!

– Интересно! Верите в эту чепуху?

– Вы, наверно, технарь, но никак не гуманитарий!

– Точно, инженер-электронщик.

– Вот видите! Этот ветеран рулетки подсказал мне, что если я буду указывать, куда ставить игроку, посетившему казино первый раз, то всегда будет выигрыш! Так и было, когда я стала так практиковать.

– По мне было заметно, что я в первый раз?

– Да это сразу видно – я вас вычислила ещё у входа, когда вы озирались по сторонам.

– Так что ж не дали мне сыграть ещё раз?

– Выигрыш бывает только один раз! Я это проверила на других.

– Но ведь сначала я проиграл, только во второй…

– Тут виноваты вы! – прервала она меня. – Вы слишком хотели выиграть в первый раз, а таким не везёт, как и штатным игрокам. Почему вы так хотели? С деньгами плохо?

– С деньгами хорошо, плохо без денег, – стандартно пошутил я, – но не в этом дело.

И постепенно, подливая коньяка (Земфира тоже перешла на него, преисполняясь сочувствием ко мне, несчастному), я рассказал почти незнакомой женщине историю своей несостоявшейся любви. В пьяном состоянии русский человек склонен изливать душу. Когда я выплеснул почти весь давящий душу груз наружу, мне стало весело, я прервал рассказ и бодро рокировался:

– Да всё это чепуха! Рядом такая красавица – я с Вами расставаться так просто не хочу!

– Мужчина всегда должен быть откровенным в беседе с женщиной, – похвалила она, – тогда и ей легче принять решение.

– Тогда на такси – и ко мне в санаторий – я в комнате один!

– Что, у нас дармовых денег мало? В гостиницу при казино!

Номер мы получили без труда за американский полтинник, я заказал в комнату еще шампанского и фруктов – крепкие напитки и закуски в горло уже не лезли.

Мы выпили, закусив шоколадкой. Я взял Земфиру за руку.

– Какая у тебя кожа гладкая, – сказал я.

– У меня всё тело такое! – жеманно пропела дама фразу из рассказа Чехова, обнаружив гуманитарную грамотность, и кокетливо покрутила плечиками.

– Мы ведь не дети, Земфира. Правда?

– Правда. Только ты меня моложе.

– Ну, это не самый большой недостаток. – И я, подойдя сзади, поцеловал женщину сначала в шею под ухом, а потом повернул её голову и поцеловал в губы.

Земфира молчала. В её глазах я прочитал:

– Что дальше?

Я поднял её на руки и пересадил на кровать, а сам сел рядом. Внимательно глядя в её большие глаза, я медленно расстегнул платье и взялся за трусы. Земфира не сопротивлялась, но взглядом и движением плеч показала, что я делаю что-то не то. Я понял, что женщина любит прелюдию сверху и обнажать надо всё тело, в том числе моё.