Рассказ о двух сестрах - Джулия Куинн

Нед только пожал плечами.

— Сделает исключение, потому что мне должен.

Шарлотта осела на край письменного стола отца. Кем должен быть человек, чтобы сам архиепископ Кентерберийский был ему должен? Она, конечно, знала, что семейство Блайдонов имело большой вес в высшем обществе Англии, но не до такой же степени! Это было выше ее понимания.

— Милорд,— сказала она, нервно сжимая и разжимая руки в попытке найти неотразимый аргумент против его безумного плана. Он же разумный человек, как она поняла, общаясь с ним всю прошедшую неделю. Это было то, что привлекло ее к нему и очень понравилось.

— Да? – спросил он, усмехаясь.

— Милорд, — снова сказала она, откашлявшись. – Вы кажетесь человеком, который прислушивается к доводам рассудка.

— Вы не ошибаетесь, — поощрил он, прислонившись к столу, тесно прижавшись к ней. Их бедра были плотно, можно сказать, неприлично тесно прижаты друг к другу.

— Милорд, — опять повторилась она.

— В наших обстоятельствах, — сказал он, уже искренне развлекаясь, — разве не было бы естественней, если бы ты называла меня по имени?

— Право, ну, что Вы, — сказала она.— Если бы мы были женаты, то конечно. Но ведь мы не женаты. — О, Боже, он был непробиваем, как скала. – Возможно, — продолжала она философствовать, — когда-нибудь, поскольку… может быть…

Он коснулся ее подбородка, приподнимая лицо, и заглянул ей в глаза.

— Назовите меня Недом, — мягко попросил он.

— Я не думаю…

— Я уверен.

— Милорд…

— Нед.

— Нед, — наконец согласилась она.

Его губы изогнулись.

— Замечательно.

Он отпустил ее и слегка отодвинулся, а она, наконец, смогла дышать.

— Нед, — сказала она, словно пробуя на вкус его имя. – Я думаю, что тебе нужно сосредоточиться и проанализировать то, что ты предлагаешь. Уверена, ты поймешь всю абсурдность происходящего.

— Действительно? – проговорил он, растягивая слова.

— Мы познакомились только на этой неделе, — сказала она умоляюще. – Ты меня совсем не знаешь.

— Он пожал плечами.

— Я знаю тебя гораздо лучше, чем Лидию, а на ней я собирался жениться.

— И хотел? – прошептала она.

Он придвинулся и взял ее за руку.

— И в половину не на столько, как на тебе, – пробормотал он.

Его губы приоткрылись, но с них не сорвалось ни звука, только мягкий вздох. Он притянул ее еще ближе… ближе…, а затем его рука обняла ее за талию, и она почувствовала все его тело.

— Нед, — с трудом удалось ей прошептать, но он прикрыл ее губы указательным пальцем.

— Шшш, — прошептал он в ответ, — Я хотел сделать это все время.

Его губы нашли ее, и если он и испытывал к ней гнев, то его совершенно не было в его поцелуе, который был нежен, мягок и ласкающим едва ощутимым прикосновением. И все же он захватил ее всю, до самых кончиков пальцев на ногах.

— Тебя уже целовали прежде?

Она отрицательно покачала головой. Его улыбка в ответ была очень самодовольная и очень по-мужски удовлетворенная.

— Чудесно, — сказал он, прежде чем снова приникнуть к ней.

Кроме этого в поцелуе чувствовалось желание, переходящее в потребность. Его рот требовательно, с жадностью прикасался к ней, тогда как руки прижимали ее к его телу все крепче и крепче. Шарлотта ощутила слабость в ногах, когда ее тело таяло в его объятиях. Чтобы не потерять равновесие, она схватилась за его плечи, такие сильные и горячие сквозь тонкую ткань его рубашки. Это, поняла она где-то в глубине своего существа, было желание. Яркое, горячее, непреодолимое желание, а Лидия была дурой, что… Лидия! Милостивый Боже, что она творит?

Шарлотта стала выворачиваться из обнимающих ее рук.

— Мы не должны этого делать! – задыхалась она.

Глаза Неда были затуманены, а его дыхание прерывистым, но, тем не менее, ему удалось взять себя в руки и спросить:

— Почему нет?

— Ты должен жениться на моей сестре!

Он удивленно приподнял бровь.

— Ну, хорошо, — ответила она, смущаясь. – Думаю, что больше не должен.

— Трудно жениться на замужней женщине.

— Право же, — сглотнула она. – Конечно, она еще не замужем.

Он уставился на нее, еще больше приподнимая брови. Это, несчастно подумала Шарлотта, еще более эффективно, чем слова.

— Право же, — пробормотала она. – Конечно. Она не может уже быть замужем.

— Шарлотта.

— Но в скором времени будет…

— Шарлотта, — сказал он снова, но более настойчиво.

— И до этого нужно сохранять привязанность…

— Шарлотта!

Она замолчала.

Его глаза были полны решимости и притягательности, что, возможно, ей не удалось бы отвести взгляд, даже если б в окне танцевали пятеро голых джентльменов.

— Есть три вещи, которые ты должна сейчас узнать, — заговорил он. – Во-первых, мы с тобой здесь одни посреди ночи, во-вторых, я собираюсь на тебе жениться этим же утром…

— Я не уверена…

— Я уверен.

— Я не… — попыталась отставить последнее слово за собой Шарлотта.

Он склонился к ней с дьявольской улыбкой.

— И, в-третьих, я провел все прошедшие дни с чувством вины, потому что, когда ложился спать, мне никогда, ни разу не пришло в голову думать о Лидии.

— Нет? – шепнула она.

Он медленно покачал головой.

— О Лидии – нет.

Ее губы разошлись помимо ее воли в довольной улыбке. И когда он наклонился ближе, обдавая ее своим дыханием, она не могла отвести взгляд.

— Только о тебе.

Ее сердце предательски затрепыхалось.

— Все мои мечты – только о тебе.

— Правда? – она едва дышала.

Его руки обвили ее плечи, и она оказалась глубоко в коконе его нежного объятия.

— Ах, да, — целуя, подтвердил он, — И, как видишь, — продолжил, нежно покусывая ее губы, — я получаю огромное удовольствие, — его язык несмело занял место зубов, — и нет никакой причины, по которой я не должен целовать женщину, на которой планирую жениться через несколько часов. Особенно, если мне повезло оказаться рядом с ней, — глубже проникая в рот, проговорил он очень тихо, — в середине ночи.

Он поцеловал ее снова, его язык, скользнул между ее губами, доставляя невероятное наслаждение.

— Особенно, — бормотал он, и его слова доставляли не меньшее удовольствие, — если я мечтал о ней в течении многих дней.

Нед благоговейно прикоснулся ладонями к ее скулам и слегка отодвинулся, чтобы вглядеться в ее глаза.

— Я думаю, — нежно произнес он, — что ты сокровище.

Ее губы приоткрылись, и язык медленно облизал их, как бы пробуя. Движение было так обольстительно и в тоже время невинно. Она была настолько привлекательна в лунном свете, настолько красива, чего никогда не могла бы достигнуть Лидия. Глаза Шарлотты вспыхивали от радости и возбуждения, что редко встречается среди большинства женщин. Ее улыбка была заразительна, смех звучал, как чистая музыка. Она станет ему прекрасной женой. В его доме, в его сердце, в его постели. Он не знал, почему не понял этого раньше.