Лазурное прошлое - Эва Бялоленьская

Тем лучше было слышно хлопанье крыльев посланца, который опустился на плечо Лавара. Разведчик снял трубочку с ноги птицы и дал ей в награду кусочек сушеного мяса. Для непосвященного на клочке бумаги изображено было только несколько маленьких невразумительных рисунков. Для туана же это был ясный приказ. Послание оказалось коротким: «Ждать. Люди в пути».

Псы двинулись через полчаса, точно их подтолкнул неслышный приказ. Рыча и роняя клочья пены с морд, спускались они по склону. Кони тревожно храпели, солдаты в угрюмом молчании готовили арбалеты и луки. Приказ приказом, а здравый рассудок должен быть. Туан прижался щекой к гладкому прикладу, ловя на прицел черное тулово, и нажал на спуск. И тут же мигнул, пораженный. Он не мог промахнуться на таком расстоянии, даже когда зверь двигался. Но ему показалось, что стрела просто прошла сквозь пса, не причинив ему вреда. Судя по бешеным проклятиям, щедро сыпавшимся вокруг, у других стрелков были те же неприятности. На палисаде начали появляться «черные». Первая стрела с холма пролетела сквозь тонкие ветви миндального куста и угодила в лошадь, которая с визгом встала на дыбы, а потом тяжело завалилась на землю, чуть не придавив своего наездника. Очередная стрела безошибочно нашла в укрытии второго коня. Едва начало светать, разведчики уложили коней в высокую траву, но все равно при небольшом везении их можно было там разглядеть. Туан выстрелил в одного из защитников крепости. И снова без видимого результата, точно «черных» с Козьего холма хранил некий невидимый таинственный щит. Уничтожение лошадей прямо обрекало людей из Эймино, отбирало у них даже небольшое преимущество, а в случае появления подкреплений ленгорхийцев просто приговаривало к смерти. В этих местах, поросших в основном только буйными травами, укрыться трудно, а пешее бегство было делом безнадежным, тем более когда против них сражались маги.

Над частоколом показалась новая фигура. Мужчина без доспехов, в темной тунике, на фоне которой ясно выделялся ярко-лазурный пояс. Маг стоял спокойно, совсем не укрываясь, на фоне неба он рисовался четко, точно мишень на стрельбище. Прикрыв от солнца глаза ладонью, он оглядывал местность. Туан, от злости заскрипев зубами, полез в колчан. Но, прежде чем он успел зарядить арбалет, стрела кого-то из его людей вонзилась нахальному магу прямо в грудь. Туан невольно ожидал увидеть скорчившееся тело, падающее вниз головой на землю. Но маг даже не покачнулся. Отряхнул только тунику, будто смертоносный снаряд был только горсткой грязи, а потом издевательски расхохотался.

Небо посерело, предвещая неотвратимый и скорый рассвет. Неутомимые цикады одна за другой прерывали свое монотонное пение. Конь шел неспешно, свесив голову от усталости, а его неровная поступь не оставляла Козленку ни малейшей надежды на то, что измученное хромающее животное еще удастся заставить бежать. Может, так оно и лучше… он ерзал и скользил по лошадиной спине, как кусочек масла на горячей сковородке, а от падения мальчика уберегло только то, что он судорожно цеплялся за конскую гриву. Козленку казалось, что тело его измолотили палками, а в глаза сыпанули песку. Укачиваемый мерным движением лошади, измученный мальчик клонил голову все ниже. Чуть не засыпая с открытыми глазами, он тупо смотрел на траву, ерзая на спине такого же усталого коня. Всего две ночи тому назад Козленок спал на своем сеннике в родительском доме, в безопасности, под охраной отца и его пастухов. Сейчас это казалось столь давним воспоминанием, будто с той поры минуло много недель, а может, и месяцев. Качка прекратилась, и отупелый от усталости Козленок медленно поднял голову. Конь стоял перед противопожарным рвом — широким и содержавшимся в порядке. Сразу за рвом простиралась в обе стороны желтоватая лента твердо утоптанного тракта, тянувшегося с севера на юг, и на нем в отдалении видно было какое-то шевеление. Козленок решительно ударил пятками в конские бока, лошадь неохотно ступила на дно рва, а потом с трудом вскарабкалась на тракт. Началась вторая часть поручения: тягостное путешествие пыльным большаком на юг, пока всаднику не встретилась колонна императорской пехоты.

Их войско маршировало не под барабанный бой. Уже издалека Козленок услышал пищалки и перекличку протяжных сигнальных свистков. Он знал, что это были свистки, ведь точно такие же использовали на Козьем холме, чтобы командовать пастушьими псами. Когда голова колонны поравнялась с ним, мальчик с восторгом и удивлением увидел позолоченные доспехи, остроконечные шлемы с разноцветными плюмажами из конского волоса и копья, возносившиеся над головами солдат, точно лес.

— Прочь! С дороги! — Какой-то всадник, перепоясанный пестрой шкурой дикого кота, сердито махнул рукой Козленку. — Назад, сопляк, хочешь, чтоб тебя растоптали?

— На помощь, господин! — пискнул Козленок.

— Потерялся, что ли? Говорю, назад! Дождись обозов, там тебя накормят.

— Нет, господин! Мой брат…

Но офицер не хотел его слушать. Он ухватил Козленкиного коня за поводья у самой морды и спихнул его с дороги марширующего отряда, пропустив мимо ушей объяснения испуганного ребенка. И потом Козленку повезло не больше. Стоя на обочине дороги и обливаясь слезами отчаяния, он без толку пытался привлечь внимание. Его слова заглушал топот марширующего войска. Некоторые воины оглядывались на него с сочувствием, делали ему знаки и кричали, чтоб он ехал назад, к обозам, другие удивленно качали головами при виде одинокого ребенка на загнанном коне.

— Что тут происходит? Ты один? — Незнакомый мужчина появился, казалось, прямо из воздуха. Козленок несколько мгновений разглядывал его выбритую ровными параллельными полосами голову, тунику из плотного блестящего шелка, а потом увидел широкий лазурный шарф, опоясывавший пришельца в талии.

— МОЙ БРАТ!! — завопил Козленок, хватая мага за рукав. — Мой брат один и сражается с «белыми»!!! Ты должен мне помочь, должен!!! Он же ваш, у него тоже такой поясок! Он тоже умеет колдовать!!! И он там совсем один!!!

Заплаканный грязный ребятенок чуть не в самом средоточии войны, утверждающий, будто он — брат мага — зрелище было не совсем обычное. Взгляд Бродяжника похолодел.

— Ты знаешь, что за лжесвидетельство отвечают головой?

— Чего?.. — жалобно пискнул мальчик. Он весь дрожал, но по-прежнему стискивал пальцами одежду мага, точно боялся, что тот исчезнет так же внезапно, как и появился.

— За вранье тебя накажут, и очень сурово накажут.

— Я не вру! Рог остался и защищает дом от «белых»!

— Какой талант у твоего брата?

— Что?