Лазурное прошлое - Эва Бялоленьская

— Илб, установи очередность караулов. Двое охраняют, остальным спать.

Коням ослабили подпруги. И животные отдыхали, с явным удовольствием пощипывая зеленые листья. Солдаты, наученные опытом, что надо всегда использовать каждую минуту отдыха, сжевали по скромной порции черствого хлеба, улеглись в теньке и почти тут же заснули. Туан, нахмурив брови, разглядывал карту, неотступно думая про таинственную крепость. Укрепления, которые выросли тут за невероятно короткое время, не оставляя даже следов поспешного строительства, безусловно, несли на себе явственную печать магии. Издалека снова донеслась глухая дробь военных барабанов, а мысли туана на мгновение оторвались от запутанных обозначений на карте. Перед глазами его мелькнуло воспоминание о гордом марше его армии. Пехота с пиками и тесаками на длинных рукоятях, лучники и арбалетчики, легкая кавалерия — маневренные и смертельно опасные воины, обычно сражавшиеся двумя мечами, и тяжелая — копейщики, закованные в броню, лавиной прокатывавшиеся по неприятелю. А посреди колонны — огромные, обтянутые бычьей шкурой боевые литавры, называемые «драконьими глотками», их звучный грохот разносился куда дальше, чем можно было охватить взглядом. Военные литавры Севера пели песнь мести за грабежи и убийства, за плен светловолосых. И она вселяла мужество в сердца простых солдат. Ведь они шли сражаться за правое дело, защищать свои дома и семьи. Господь Молота не мог быть таким несправедливым, не мог отвернуться от своих верных приверженцев. Офицер невольно покачал головой. Он не был простым пехотинцем и давно уже не тешил себя иллюзиями относительно милости богов и их справедливости. Ленгорхийцы год за годом отрывали куски земель от Объединенных княжеств с легкостью сторожевого пса, грабящего щенка. Жизнь сама по себе не была справедлива. Туан сложил карту и улегся на землю, прикрыв глаза локтем.

Белый Рог в мрачном настроении вглядывался в заросли на другой стороне Сестры, время от времени протирая утомленные глаза. Усталый Козленок дремал рядом с ним. «Белые» укрылись, но не отошли, и ничто не указывало, что они захотят отсюда уйти. Юный Ткач иллюзий довольно быстро сообразил, что после тяжелого дня его ждет еще более тяжелая бессонная ночь. Как долго удастся ему удерживать искусный мираж — единственную преграду, которая защищала его брата от смерти? Не мог же он вечно быть настороже, все время сосредотачивая свое внимание на создании иллюзии форта и призрачных его солдат? Враги могли отдыхать поочередно, неусыпно наблюдая за Козьим холмом, а его некому было заменить. Даже ночь не принесет ему облегчения. Достаточно лишь на мгновение прикрыть глаза, заснуть хоть на секунду, и весь его прекрасный обман развеется как дым.

Он замигал, чувствуя под веками песок усталости. Яркое солнечное сияние утомляло глаза даже тут, под крышей.

— Сколько смогу, буду держаться, — шепнул про себя Рог.

До захода оставалось еще не больше трех часов. А после наступления темноты «белые» покинут свое укрытие и снова двинутся на приступ — он почти не сомневался в этом. Раз уж не отошли, наверняка попробуют снова. Раздражающий рокот военных барабанов снова наполнял жилы страхом. Паренек глубоко вздохнул, стараясь не замечать холодную лапу ужаса, ерошившую ему волосы на затылке.

Рог протянул руку и осторожно потряс Козленка за плечо. Мальчик недовольно заворчал, потягиваясь, как котенок.

— Козленок, просыпайся.

— Ммм?..

— Возьмешь коня… — начал Белый Рог.

— Нет! — тут же запротестовал Козленок.

— Тихо, а то отшлепаю! — Твердая ладонь брата жестко встряхнула его. — Возьмешь коня, — повторил Рог. — Поедешь к южному тракту.

— Не хочу я тебя оставлять. — У Козленка задрожал подбородок.

— Погоняй коня. Он отдохнул, так что сможет идти рысью. Ты должен найти наших солдат и сказать им, что тут «белые» засели, а я один. Не знаю как, но ты должен это сделать. Коня загонишь, на ушах поползешь, но ты просто обязан добраться до армии. Ясно?

Козленок молча покивал головой, широко распахнув глаза. Рог сглотнул горечь, коварно застрявшую в горле. Он обманул малыша. Ни один предводитель не пошлет своих людей к Козьему холму. Никто не станет рисковать солдатами, чтобы спасти одного человека, даже если он маг. Но Козленок выживет, а это главное.

— Иди. Чем скорее поедешь, тем скорее вернешься, — жестко бросил Рог.

Козленок сделал было движение, будто хотел кинуться брату на шею, но снова только кивнул головой и легко погладил Рога по руке.

— Я скоро вернусь, — пообещал он.

Рог сквозь щели между досками наблюдал со своего поста на чердаке, как брат вскарабкивается на коня со ступеньки лесенки. Конь, почуяв на себе столь легкого наездника, пренебрежительно фыркнул и вскинул голову, но Козленок изо всех сил натянул поводья, заставляя животное слушаться. Понукаемый толчками босых пяток, конь неохотно вышел во двор.

— Пошел! — велел Козленок, но конь только уши прижал.

И тут же беспокойно захрапел, когда к его задним бабкам с враждебным рычанием метнулся кудлатый пес. Строптивый конь отчаянно заржал и кинулся в просвет в частоколе, который открылся прямо перед ним. Белый Рог проводил взглядом судорожно вцепившуюся в конскую гриву маленькую фигурку Козленка.

— Храни его, Матерь Мира — прошептал Рог.

Он сильно прижал большой палец к острому наконечнику стрелы, так что большая капля крови показалась из разреза и скатилась с высоты на землю.

— Вот моя кровь, Богиня. Храни его, — повторил Рог, а потом снова обратил взгляд на иллюзорную крепость и полностью сосредоточился на творении чар.

Тоненький полумесяц, оставшийся от красного солнечного диска, постепенно опускался за линию горизонта, точно окровавленный ноготь неторопливо царапал розовеющее небо. Закат точно высасывал из земли ее цвета, постепенно все вокруг превращалось в черно-серый набросок, пока окончательно не растворилось в темноте. У конников из Эймино оставалось немного времени до восхода луны, которая зальет окрестности обманчивым серебристым светом, открывающим многое из того, что хотелось бы укрыть. Конские копыта, обернутые в мягкую «обувку», ступали почти неслышно. Солдаты ухватили поводья своих лошадей прямо у самых их морд, прикрывая храпы ладонями, чтобы животные не выдали себя фырканьем. Они вошли в воды Сестры выше, чем стояла крепость, ожидая глубины и сильного течения, но, к их изумлению, вода едва доходила им до колен. Ну да, присутствие мага все законы природы переворачивало вверх ногами. Они приближались к форту с востока, по дну маленькой неглубокой долинки между двумя холмами. Крепость казалась черной угловатой дырой, вырезанной в небе, усыпанном серебряным звездным зерном. Туан проверил, легко ли выходит из ножен его меч. Снять часовых, открыть ворота, перерезать захваченных врасплох защитников… им приходилось делать и более трудные вещи. Хотя бывало и легче.