Дети Атлантиды - Ян Сигел

— Входи, — сказала Ферн. — Не жди приглашения. Ты всегда можешь войти в дом.

Собака, прихрамывая, вошла, на одной из ног виднелась засохшая струйка крови. Кое-где на шерсти тоже были подсохшие пятна крови. Пес лег у ног Ферн, подняв на нее внимательные глаза.

— Это волк, — сказал Уилл. — Уверен. Где ты его нашла?

— Это она меня нашла. Принеси антисептик, я где-то видела бутылку детола. Она ранена.

— Это она была ночью?

— Неси детол.

Собака тихо лежала, пока Ферн промывала ее раны и мазала заживляющим кремом, который нашел Уилл. Рана на плече оказалась глубокой, но собака никак не показывала, что ей больно.

— Лугэрри, — пробормотала Ферн, и в ответ собака подняла морду, а уши ее вздрогнули.

— Спасибо, — сказал Уилл.

В этот вечер позвонил Робин. Элайсон долго разговаривала с ним и все время вертелась рядом, когда трубку взяла Ферн, поэтому девушка не смогла рассказать отцу все, что хотела бы.

— Конечно, будем продавать, — поспешил сказать Робин. — Доверимся Элайсон. Она умница, знает, что делает. Что с тобой, дорогая? Я тебя не слышу.

Дело не в плохой телефонной связи, думала Ферн, вешая трубку. Мы живем в век спутников. Возможно, это не телефон виноват…

В понедельник Элайсон уехала, сказав, что вернется на выходные.

— Может быть, она и причастна ко всем этим делам, — сказал Уилл, — но я не думаю, что она наш враг. Она… она не такая уж страшная.

— А что ты себе представляешь? — спросила Ферн. — Дьявола во плоти? Вчера ты жаловался, что тебе страшно, сегодня ты жалуешься, что тебе не очень страшно. Никакой логики!

— Мне все равно страшно, — стал объяснять Уилл. — Но я боюсь не Элайсон. В ней есть неулови обаяние, ты думаешь, что все про нее понял, но ее сущность все время ускользает, как будто смазана чем-то жирным. Миссис Уиклоу сказала, что видела ее здесь раньше, но и она не совсем в этом уверена. Элайсон будто бы за чем-то приехала сюда, но даже и не пытается это что-то искать. Мы думаем, что она пригласила Сопелку в дом, но мы этого не знаем. Можно предполагать все что угодно.

— Я думала, ты поверил в невозможное, — сказала Ферн, — а теперь ты требуешь доказательств. — Говоря это, она продолжала смазывать раны собаки. Поскольку Элайсон уехала, собака спокойно могла лежать в кухне у плиты. На своем месте.

— Не совсем так. Я хочу знать, с кем мы воюем, — сказал Уилл, задумчиво глядя вдаль. — Что на самом деле происходит? Иногда мне кажется, что мы запутались в мрачном клубке сверхъестественных сил, но если задуматься над простыми фактами, то все пропадает в тени и мы ничего не видим. В таком случае, какого черта мы тут разыскиваем?

— На самом деле… — начала Ферн, она решила рассказать о ключе, но в этот момент вошла миссис Уиклоу и оборвала их разговор.

Естественно, миссис Уиклоу стала возражать против присутствия собаки.

— У дядюшки Нэда была собака, — напомнила ей Ферн. — Вы сами нам об этом говорили.

— А это не собака, — возразила ей домоправительница. — Это больше похоже на волка. В любом случае, это бродячее животное. Если оно начнет резать овец, начнется большой скандал, приедет

полиция. Лучше я кого-нибудь позову, и мы его прогоним.

— Что, разве уже есть убитые овцы? — с сомнением в голосе спросила Ферн.

Миссис Уиклоу честно признала, что этого не было.

— Но глядя на это отвратительное животное, думаю, что будут. Вы бы отвели его к ветеринару, пусть он его обследует. Надеюсь, преподобный отец вас подбросит.

Верхняя губа Лугэрри поднялась в беззвучном рычании.

— Не думаю, что ей это понравится, — сказала Ферн.

— А вы ее накормили? Небось и не подумали?

— Дадим ей чего-нибудь, — уклончиво ответила Ферн. — В любом случае, она нам не принадлежит. Она просто иногда приходит сюда.

Стук в дверь возвестил о прибытии Гаса Динсдэйла. Его мнение было еще более резким:

— Если это бродячее животное, то вы должны отвести его в полицию.

— Она не бродячая, — огрызнулась Ферн, чувствуя себя в осаде. — Ее хозяин — один старик, не знаю, как его зовут, но я его часто здесь встречаю. Думаю, это какой-то бродяга.

Уилл, неодобрительно сдвинув брови, глянул на сестру.

— Я знаю, кого вы имеете в виду, — сказал Гас. — Интересный тип. Кажется, что он живет под открытым небом, у него на лице больше морщин, чем улиц на карте города. Мы с ним изредка обмениваемся парой слов, он интеллигентен и неглуп, к тому же никогда не бывает пьяным. Подозреваю, он один из тех, кто выбрал жизнь на дорогах, в границах цивилизации они себя чувствуют как в тюрьме, загнанными в ловушку, если оказываются в том, что мы называем домом. Свободный дух. Никогда не знал, что у него есть собака. Она выглядит наполовину дикой. Но, наверное, хороший компаньон для бродяжничества. Тоже свободный дух, не сомневаюсь.

— Уж точно дикий, — не сдавалась миссис Уиклоу. — Если Ферн попробует до него дотронуться, наверняка укусит.

— О каком старике речь? — прошептал Уилл в самое ухо сестре, но она только качнула головой.

— Похоже, собака доверяет Ферн, — сказал Гас. — Животные очень часто чувствуют, кто им друг. Вы же, наверное, знаете историю Андрокла и льва?

— Нет, я не знаю, — резко ответила миссис Уиклоу, давая понять, что ей неоткуда было это узнать.

Тогда Гас обернулся к Ферн и спросил:

— Ты знаешь, как ее зовут?

— Лугэрри, — ответила Ферн, не объясняя, откуда она это знает.

— Странно, — задумался священник. — Кажется, по-французски это значит «оборотень», «человек-волк»…

После ланча Лугэрри ушла, отправилась по своим делам, и брат с сестрой остались одни.

— Нам надо все серьезно обсудить, — сказал Уилл. — Ты мне ничего не рассказала о старике. И Лугэрри. Ты серьезно думаешь, что она оборотень?

— Вполне возможно, — ответила Ферн. — Важно то, что она на нашей стороне. У нас так мало союзников.

— А старик?

— Он наблюдает. Я тебе говорила. Он старается быть похожим на камень. Сначала я решила, что придумала его, но Гас тоже его встречал, значит, он на самом деле существует.

— Гас — священник, — заметил Уилл. — Ему положено такое видеть. Например, ангелов и тому подобное.

— Не выдумывай, — строго сказала Ферн и позвала брата: — Идем.

Они поднялись к комнате Элайсон. В коридоре стоял полумрак, все двери были закрыты, а окошко, выходящее на север, давало слишком мало света. Уилл взялся за ручку двери и попытался повернуть ее, но она не двигалась. Он отдернул пальцы, почувствовав неприятное покалывание.

— Она не может быть заперта, — сказала Ферн. — Ведь нет же ключей. — Она тоже попыталась повернуть ручку, но как только Ферн ее сжала, из ручки выскочили мелкие иголочки, которые впились в ее кисть. — Так нельзя! Это же наш дом! Мы имеем право войти в любую комнату, в какую захотим. Она может просить нас не заходить, но не имеет права заставлять нас. Не знаю, что она тут придумала, но мы должны туда войти.