Два майдана - Мария Пресняк

– Я еще и сам не понял, зачем, но ты мне нужна.

Мона почувствовала, как краснеет, и отложила телефон. От Сергея тут же пришло еще одно сообщение.

– Ты покраснела и решила мне больше не отвечать?

– Вот видишь: во мне нет ничего загадочного. Я очень даже предсказуемая.

– Нет, это ваши правила очень предсказуемые.

– Мне надо работать.

– Ты всегда говоришь это, когда не знаешь, что ответить.

– Пока.

Телефон замолчал. Мона вздохнула и попыталась сосредоточиться на делах, но не могла удержаться и постоянно поглядывала на экран телефона в ожидании новых сообщений.

Вечером она вышла из офиса и почти сразу увидела автомобиль Сергея, припаркованный около их здания. Машина приветливо моргнула фарами. Мона застыла на месте. Она хорошо видела Сергея на водительском сиденье; на секунду ей захотелось забыть обо всем и броситься к нему со всех ног. Это безумное желание оказалось столь сильным, что Мона сделала пару шагов по направлению к машине, прежде чем одуматься.

Сергей улыбнулся и завел мотор. Словно завороженная, Мона смотрела, как машина медленно выезжает со стоянки. Девушка не сомневалась, что он будет ждать ее около выезда на улицу.

Сергей открыл перед ней переднюю дверь, но Мона, как обычно, села на заднее сиденье. Он пожал плечами, но ничего не сказал. Машина влилась в поток транспорта на дороге; минут десять никто не произносил ни слова. Мона понятия не имела, куда они едут. Еще меньше она понимала, зачем вообще согласилась сюда сесть.

– Мне нужно купить пару галстуков, – будничным тоном сказал Сергей. – Надеюсь, ты мне поможешь. Никогда не умел выбирать галстуки.

Мона вновь промолчала, но его, похоже, это совсем не смутило.

Через полчаса они припарковались возле большого торгового центра. Сергей пошел выбирать галстуки; Мона отрешенно смотрела на его действия. Порой он спрашивал совета, и Мона автоматически отвечала; продавщицы поглядывали на них с большим интересом. Наконец Сергей расплатился, и они направились к выходу. Мона чувствовала, как ей овладевает странная апатия – у нее не было сил спорить, не было сил сопротивляться. Только теперь она поняла, как много энергии отдала на борьбу со своим чувством к Сергею – и все безрезультатно. Девушка чувствовала себя щепкой во власти стихии.

– Ты хочешь есть? – спросил он.

Мона лишь покачала головой.

– Тогда пойдем выпьем кофе. Мона, с тобой все в порядке?

– Да.

– Послушай, если… если ты не хочешь здесь находиться, просто скажи мне, и я отвезу тебя домой.

– Я хочу кофе. Потом домой, – ответила Мона, хотя понимала, что ей было бы лучше уехать сразу.

Они сели за столик, и через секунду рядом появилась официантка. От Моны не укрылось, каким взглядом она одарила Сергея.

– Что желаете? – спросила девушка, протягивая ему меню. – У нас прекрасный выбор напитков и…

– Пусть сначала выберет дама, – оборвал ее Сергей.

Официантка сердито посмотрела на Мону и нехотя отдала ей меню.

– Каппучино.

– Может быть, что-то поешь?

– Не хочу.

– Хорошо. Мне экспрессо и два сэндвича с ветчиной.

– Ты привык к такой реакции? – спросила Мона, когда официантка ушла.

– К какой?

– Ты понимаешь, о чем я. Женщины липнут к тебе, словно мухи.

– Не преувеличивай.

– Я вовсе не преувеличиваю.

– Ваши женщины довольно странные, – усмехнулся Сергей.

Мона промолчала.

– К тебе это не относится, – торопливо добавил он.

Повисла неловкая пауза. Официантка принесла заказ, не забыв одарить Сергея улыбкой и полностью игнорируя его спутницу. Он тут же принялся за свои сэндвичи, а Мона медленно размешивала сахар в кофе. Мысли ее витали где-то далеко.

– Послушай, я не хочу снова начинать этот разговор, – произнес Сегей, покончив с едой. – Скажу прямо, потому что не привык к вашей манере излагать мысли длинно и многословно. Ты мне нравишься, и мне с тобой интересно.

Мона отвела глаза.

– Но я все понимаю, – продолжал Сергей. Ты египтянка, мусульманка… в конце концов, ты замужем. Я не собираюсь склонять тебя к греху или как-то компрометировать в глазах окружающих. Но, черт возьми, мне бы хотелось иметь возможность хотя бы иногда видеть тебя, – разумеется, если это не будет грозить никакими проблемами. Ты хорошая девушка, и меньше всего я хочу доставлять тебе неприятности. Клянусь, ты можешь мне доверять, – у меня нет никаких коварных планов соблазнить тебя или разрушить твою семью.

Мона задумчиво теребила в руках салфетку.

– Мою семью, по всей видимости, уже ничто не спасет, – пробормотала она. – Но это не значит, что я не дорожу своей репутацией.

– А что… с мужем все так плохо? – осторожно поинтересовался Сергей.

– С мужем, пожалуй, неплохо, – усмехнулась она. – А просто никак. Кроме того, у нас нет детей, а это серьезная проблема. Не говоря уже о том, что мы совершенно разные. Но ты же понимаешь, что в наших с тобой отношениях это ничего не изменит? Замужем я или нет, между мной и тобой пропасть.

– Я понимаю. Просто не вижу никакой причины, почему ты не можешь иногда выпить со мной кофе.

У Моны зазвонил телефон. Она схватила трубку и побледнела.

– Вот она, причина. Это свекровь. Умоляю, молчи, – и она сняла трубку. – Да, хамати. Все в порядке. Нет, я вышла с работы, на минуту зашла с подружкой в торговый центр и уже иду домой. Что? Какое лекарство? Вам плохо? Хорошо, я поняла. Да, скоро буду.

– Пора идти? – сочувственно спросил Сергей.

– Да. – Мона торопливо допила свой каппучино.

– Я не отпущу тебя, пока ты не ответишь на мой вопрос.

– Послушай, Сергей… Причина, конечно, есть. Как бы ни складывались мои отношения с мужем, я по-прежнему замужем. И уж если мне суждено развестись, то одно дело – просто расстаться с мужем из-за отсутствия чувств и детей, другое – разойтись по той причине, что меня заметили с другим мужчиной.

– Каир огромный город, и шансы встретить кого-то вне районов, где мы живем или работаем, почти нулевые. Так что я не вижу препятствий к тому, чтобы иногда пересечься где-нибудь в кафе. Большего я у тебя не прошу и никогда не попрошу.

– Хорошо, – вдруг согласилась Мона. – Только у меня два условия.

– Вот как? – Сергей улыбнулся. – Интересно, интересно…

– Ты ведь обещал, что не станешь доставлять мне неприятностей, – напомнила Мона. – Так вот, никто не должен знать о наших отношениях. Ни друг, ни коллега, – никто. Поверь, египтяне очень болтливы.

– Я понял, – вскинул руки Сергей. – Буду нем, как рыба. А второе?

– Ты будешь звонить и писать мне только в рабочее время. Никакой связи по выходным или по вечерам. Свекровь почти постоянно рядом, и если она что-то заподозрит…

– А ты, значит, в целях конспирации будешь стирать всю информацию о моих звонках, прежде чем возвратишься домой?

– Да! И тут нет ничего смешного, – добавила она, заметив улыбку Сергея. – Совсем забыла: есть еще третье условие. Джоконда. Ты никогда не станешь называть меня этим дурацким именем.

– Вот насчет этого не уверен. Тебя подвезти? – предложил он, заметив, что Мона собирается уходить.

– Спасибо, я лучше на такси.

– Увидимся завтра?

– Завтра? Нет!

– Тогда послезавтра?

– Посмотрим.

– Я позвоню тебе завтра утром, – с улыбкой пообещал Сергей.

Мона постояла несколько секунд, не зная, что ответить. Так ничего и не придумав, она кивнула и направилась к эскалатору.

Но звонок раздался уже через пять минут, едва она успела сесть в такси.

– Ты же обещал! – возмутилась Мона.

– Но ведь ты еще не успела добраться до дома, – возразил Сергей. – Ехать отсюда какминимум полчаса, так что нет никакой беды, если мы еще минут десять поболтаем. У тебя даже останется время, чтобы стереть с телефона информацию об этом вызове. Я очень предусмотрительный, да?

– Ты неисправим.

– Неправда! За весь сегодняшний вечер я ни разу не назвал тебя Джокондой.

– Это так, – нехотя признала Мона. – Но все равно, давай закругляться.

Сергей притворно вздохнул и повесил трубку. Мона вдруг почувствовала грусть оттого, что он не стал настаивать.

С каждым днем общение со свекровью становилось все более невыносимым. Мона возвращалась с работы и молилась о том, чтобы не застать ее дома, но ее надежды разбивались о суровую реальность, когда она заходила домой и видела до боли знакомое лицо.

«Почему бы Вам не оставить меня в покое? – мысленно вопрошала она, досадуя, что не может найти достойного предлога, чтобы выставить свекровь вон. – У Вас же своя квартира. Сидите там, смотрите телевизор. Ну чего Вы ко мне пристали?»

За то время, что прошло с момента отъезда Ахмеда в Эмираты, свекровь изменила линию поведения. Она больше не доставала Мону придирками и даже старалась быть с ней любезной, но в ее взгляде, устремленном на невестку, появилось какое-то новое выражение. Мона не могла избавиться от ощущения, что свекровь что-то подозревает.