Два майдана - Мария Пресняк

– Вы замужем? – вдруг спосила она.

– Да, – Мона отчего-то покраснела.

– Но у вас нет детей.

– Нет, и мы не планируем заводить их в ближайшее время.

– Хорошо, – резюмировала Сара. – Я приглашу сюда начальника отдела, в котором открыта вакансия, чтобы вы немного пообщались. Он более подробно расскажет, что требуется от кандидата.

Мона кивнула и проводила ее восхищенным взглядом. Все работники этой невероятной компании казались девушке чуть ли не инопланетянами, и ей очень хотелось им соответствовать. Как они одеты! Как уверенно держат себя! Эти люди куда больше похожи на европейцев, чем на египтян.

Ее размышления прервал потенциальный начальник – он протянул девушке руку, представился Мухаммедом Али и принялся изучать ее резюме. Мона замерла в ожидании вопросов.

– Что ж, – начал он. – Сара сказала, что Вы хорошо владеете компьютером и говорите по-английски. Это в общем-то два основных требования на этой позиции. Ассистену нужно отвечать на звонки, вести корреспонденцию, иногда выполнять несложные поручения: например, заказывать такси или билеты на самолет кому-то из сотрудников нашего отдела. Разумеется, Вы должны презентабельно выглядеть, грамотно разговаривать, быть вежливой и пунктуальной. У Вас есть какие-то вопросы?

– Нет, то есть… в целом мне все понятно. И я очень заинтересована в этой работе.

– Вы даже не спросите о зарплате? – с улыбкой поинтересовался он.

Мона покраснела.

– Если честно, то это мое первое интервью, и я не знаю, когда уместно задавать такие вопросы. Я ищу работу не ради денег… по крайней мере, деньги для меня – не главное, – Мона осеклась.

– То есть, если я правильно Вас понял, Вы не против заработка, но в данный момент в первую очередь просто хотите куда-нибудь устроиться?

– Не куда-нибудь, – поправила Мона, – я хочу устроиться в вашу компанию.

Мухаммед рассмеялся.

– Что ж, Мона, я вполне Вас понял. Давайте договоримся так: сегодня и завтра у нас еще интервью. Сара перезвонит Вам послезавтра. Вы найдете дорогу до выхода?

– Ээээ, – пожалуй, нет, – пробормотала Мона.

– Хорошо, я попрошу кого-нибудь Вас проводить. Было приятно с Вами познакомиться, Мона. Надеюсь, мы еще встретимся.

– Спасибо, я тоже на это надеюсь.

Обратная дорога показалась Моне намного короче. Ее вела по коридору какая-то молчаливая девушка с длинными осветленными волосами: дойдя до ресепшен, она молча кивнула на дверь.

Мона с тоской огляделась. Ей не хотелось думать о том, что она может никогда больше сюда не вернуться.

– Как все прошло? – она увидела рядом ту самую улыбчивую девушку с ресепшен. – Ты уходишь?

– Да, интервью закончилось. Вроде все нормально, но я так и не поняла, понравилась я им или нет.

– Пошли, мне как раз надо отнести вниз бумаги, – девушка нажала кнопку лифта. – Я Иман.

– Мона. Очень приятно.

– Ты ведь приходила устраиваться в отдел Мухаммеда Али?

– Да. Понимаешь, мне очень нужна эта работа, – вдруг добавила она.

– Ясно, – кивнула Иман. – Всем нужны деньги.

– Да нет, я не из-за денег. У меня есть муж, он неплохо зарабатывает. Но мне до смерти надоело сидеть в четырех стенах вместе со свекровью, – Мона вдруг осеклась. – Прости, что я с тобой так разоткровенничалась – мы же почти незнакомы. Наверное, это нервы.

– Да ладно, брось, – рассмеялась Иман. – Я все понимаю. Ну, удачи тебе, Надеюсь, еще увидимся.

Мона сразу поехала к Линде, чтобы рассказать о собеседовании.

– Как думаешь, я им понравилась? – постоянно спрашивала она.

– Я в этом уверена, – с улыбкой отвечала Линда.

– Какое там все красивое… Ты даже не представляешь! Нет, как раз ты можешь вообразить себе этот офис. Это я никогда раньше не бывала в подобных местах.

– ИншаАлла все сложится, как ты хочешь. Когда они должны перезвонить?

– Послезавтра.

Мона начала ждать звонка уже на следующее утро. Она знала, что еще слишком рано, но ничего не могла с собой поделать: всюду носила телефон с собой и ежеминутно поглядывала на экран. Ахмед с матерью смотрели подозрительно, но никак не комментировали ее поведение; хотя губы свекрови все чаще сжимались в тонкую линию, а глаза метали молнии, – но пока она молчала, и Мона делала вид, что ничего не замечает. Работа казалась ей последней спасительной соломинкой, и в ожидании ответа из офиса все остальное отошло на второй план.

Долгожданный звонок тем не менее раздался неожиданно. Мона вздрогнула всем телом и нерешительно подняла трубку, чувствуя, что от волнения едва в состоянии связывать слова в предложения. Ее коротко попросили приехать еще раз – Мона согласилась, совершенно не понимая, что это значит.

– Очень хороший знак, – одобрительно сказала Линда. – Они бы точно не стали звать тебя в офис для того, чтобы отказать.

– То есть ты думаешь, я получила работу?

– Давай подождем до завтра, – предложила Линда. – Или это второй этап собеседования, или они хотят обговорить с тобой какие-то детали.

Мона лишь возвела глаза к небу.

За десять минут до назначенного времени она вновь вошла в офис. Иман, не прекращая разговора по телефону, приветливо ей улыбнулась.

На этот раз Моне пришлось прождать в приемной больше получаса. С каждой минутой ей становилось все тревожнее – она ерзала на кресле и провожала взглядом снующих мимо нее сотрудников.

Наконец появилась Сара; сегодня она была чуть любезнее и даже удостоила девушку улыбкой.

– Что ж, Мона, Вы понравились начальнику, и он готов предложить Вам место – если, конечно, Вы не передумали.

– Нет! – закричала Мона слишком громко. Сара посмотрела на нее с удивлением.

– Простите, – смутилась Мона. – Я не передумала.

– Что ж, это хорошо. Тогда прочите и, если Вас все устраивает, подпишите JobOffer (JobOffer – предложение о работе, предваряющее подписание трудового договора – Прим. авт.). У Вас есть какие-то вопросы? Вы обсуждали с начальником Вашу зарплату?

– Нет.

– Зарплата на первые три месяца – полторы тысячи фунтов. По истечении этого срока, вероятно, Вам поднимут оклад – это будет зависеть от результатов Вашей работы.

– Хорошо, я согласна, – Мона быстро пробежалась глазам по строчкам. У нее мелькнула мысль, что не меньше половины зарплаты будет уходить на дорогу до офиса и обеды – впрочем, сейчас это интересовало ее меньше всего.

«Взяли! Меня взяли!» – стучало в голове.

– Отлично, – заключила Сара, когда Мона подписала договор. – Вы сможете начать в воскресенье? (в Египте и других арабских странах неделя начинается в воскресенье, выходные – пятница и иногда суббота – Прим. авт.)

– Конечно.

– Тогда пойдемте, я покажу Вам Ваше рабочее место.

Мухаммед Али встретил ее улыбкой.

– Мона! Рад Вас видеть! Итак, Вы подписали JobOffer?

– Да, – вмешалась Сара. – Мы договорились, что Мона начинает работу в воскресенье.

– Отлично! – просиял он. – Пойдемте, я представлю Вас сотрудникам нашего отдела.

Подразделение, в которое попала Мона, занималось логистикой и насчитывало порядка двадцати человек – примерно поровну мужчин и женщин. Сотрудники встретили новую секретаршу доброжелательно. Правда, ее несколько смутила огромная кипа бумаг на рабочем столе.

– У нас уже больше двух недель нет секретаря, – чуть смущенно объяснил Мухаммед Али. – Я уверен, что Вы быстро со всем разберетесь.

Мона вышла – нет, вылетела из офиса, – и тут же принялась обзванивать всех родных и друзей. Ее восторги в полной мере могла оценить только Линда, – остальные реагировали достаточно сдержанно. Как и следовало ожидать, меньше всех обрадовались муж и отец.

– Ты обещал, – напомнила она Ахмеду.

– Я помню, – сухо откликнулся он. – Я совсем не в восторге от этой идеи, но раз тебе так хочется – работай. В любом случае, к воскресенью меня здесь уже не будет.

«И отлично», – радостно подумала Мона, но благоразумно промолчала. Впервые за долгое время она чувствовала себя почти счастливой. Впрочем, порой ее начинала мучить совесть. Она видела, что Ахмеда сильно обижает радость жены по поводу трудоустройства и ее прохладное отношение ко всему, что касалось дома и мужа.

«Но разве я виновата? – оправдывала она себя. – Аллах видит, как я старалась, как хотела стать хорошей женой, родить ребенка…»

В субботу они со свекровью проводили Ахмеда в аэропорт. Прощание вышло еще более сухим, чем прежде; когда муж скрылся в зале вылета, Мона почувствовала ни с чем не сравнимое облегчение. Впрочем, стоило ей поймать язвительный взгляд свекрови, как хорошее настроение тут же улетучилось. Несложно было догадаться, что та думает о невестке.

Моне вспомнилось, что сказал ее отец:

– Я боюсь, что твоя работа станет последней каплей… Подумай о своем браке, дочка.