Я с тебя худею (СИ) - Донченко Татьяна

— Ну, он мне нравится, — выдавливаю из себя самый нейтральный ответ.

— Нравится? — Леша смотрит на меня и хмурит лоб. — То есть никаких отношений между вами нет?

Мотаю головой. Стыжусь и краснею уже почти до слез. Только Соколов способен вызывать у меня подобные эмоции.

— Что ж, хоть это радует, — выдыхает он, и как будто бы оживляется.

— Что именно?

— Что этот твой Виктор Максимович не опустился до интрижки с собственной студенткой.

Ну надо же! Даже имя его запомнил!

— Вообще-то… — я замолкаю, с трудом сдерживаюсь от бесполезных попыток оправдать или как-то защитить преподавателя.

— И как давно ты сохнешь по этому типу, Ермакова? — он смотрит на меня с насмешливым вниманием. А я не понимаю, что же его так радует.

Я пожимаю плечами и потупляю взгляд. Как назло, чай уже закончился, но я все равно делаю вид, будто допиваю остатки, только бы чем-то заняться и не смотреть в глаза Соколову.

— Так вот ради кого ты решила похудеть, — Леша встает и убирает тарелку в посудомойку. — Ты отдаешь себе отчет в том, что не должна меняться ради какого-то…

— Я делаю это не для него и не для кого-то еще, я делаю это для себя! — все, нервы ни к черту. Я уже жалею, что начала этот разговор, он не приводит ни к чему хорошему, а только бесит.

Соколов поворачивается ко мне с сияющей улыбкой:

— Это очень хорошо, Ермакова.

— Почему?

— Потому что если ты изменишься ради этого мужика, а потом поймешь, что сделала это напрасно, то очень быстро вернешься к прежней внешности.

— С чего ты взял, что я сделаю это напрасно? — я скрещиваю руки на груди и смотрю на него в упор. Он отзеркаливает мою позу и смотрит на меня в ответ.

— Если он до сих пор не обратил на тебя внимания, а после похудения — обратит, то тебе точно не нужен этот козел!

Я поднимаю указательный палец вверх, предупреждая быть осторожней со словами, а он усмехается и трет подбородок, погрузившись в свои мысли.

— Ладно, твоя взяла, — задумчиво говорит он и встряхивает плечами, как будто на них свалилась непосильная тяжесть вместе с принятием этого решения. — Хочешь убедиться в том, что твой препод козел, я буду только рад помочь.

— Вот значит, как ты все повернул?

У меня нет слов, я таращусь на него и поспешно моргаю, силясь подобрать слова пообидней.

- Когда, говоришь, твой форум? — внезапно спрашивает он.

— Четвертого ноября.

— То есть, у нас около пяти месяцев, чтобы сделать из тебя конфетку.

Он подмигивает и протягивает руку для пожатия, но я не шевелюсь и смотрю на него, все еще злая.

— Я и забыл, что у тебя проблемы с пожатием рук, — скалится он. — Можно закрепить договор другим способом. Поцелуем, например…

Я быстро протягиваю ему руку, он жмет ее и резко дергает меня к себе. Я ощущаю жар от его тела и мне неуютно от этого, но почему-то не могу заставить себя отстраниться.

— Что на счет твоего условия? — шепчу я, не в силах теперь даже говорить.

— Ты же запретила касаться этой темы. А мне все еще нужен редактор.

Хитрый, хитрый Соколов!

— Ты согласен участвовать в форуме?

— Да. Я уже вписался в это. Еще вчера, помнишь?

Я моргаю и делаю шаг от него. Он отпускает мою руку и смотрит на часы.

— Вас отвезти? Уже почти девять.

Киваю и хватаюсь обеими руками за стол. Мы еще не закончили и не обсудили самый главный вопрос, а у меня совершенно не осталось сил.

— А что ты хочешь взамен?

Соколов окидывает меня каким-то загадочным взглядом и выдает:

— Я буду сопровождать тебя на выпускной — вот мое условие.[GM2]

Я склоняю голову набок и ничего не говорю. Слишком уж просто для Соколова. Обдумываю в чем подвох.

— Заодно посмотрю на твоего Виктора Максимовича, — имя Аксенова он произносит с наигранным придыханием и хохочет, когда я вспыхиваю от гнева.

— Ты! — подыскиваю самый обидный эпитет и кошусь на Ульяну. — Ты — редкостный…

— Тшшш, — с наглой ухмылкой, Соколов прикладывает к моим губам указательный палец и не дает высказать все, что я о нем думаю. — Ну что ты, тут же дети.

Мне хочется стереть его улыбку ударом в челюсть, чем-то очень-очень тяжелым.

***

В отличном настроении Соколов идет по подземной парковке к машине и подбрасывает ключи в руке. Я иду рядом и веду сонную сестру за руку. По пути стараюсь разложить по полочкам разговор с Лешей.

Кажется, я довольна результатом. Он согласился на участие в форуме и больше не требует стать его девушкой. Ну, подумаешь, пойти с ним на выпускной — не такая уж большая плата за бОльшую услугу с его стороны. Мне будет даже в радость его компания. Я помню, что ни он, ни его девушка Милана Польска так и не появились на школьном выпускном. Но я не помню точно почему. И что-то подсказывает мне не спрашивать об этом.

Мы уже почти доходим до черного ауди Соколова, но тут ему преграждает дорогу какая-то женщина. Она словно вырастает из-под земли и до жути меня пугает. Леша тоже бледнеет при встрече с ней.

Женщина не говорит ни слова, только смотрит на парня так, словно хочет его загипнотизировать, или стереть с лица земли. Она успевает зыркнуть на меня своим уничтожающим взглядом и у меня пробегают мурашки по спине. Я инстинктивно стискиваю руку младшей сестры и завожу ее за свою спину.

— Добрый вечер, — бормочет Соколов, сам чуть живой от ужаса.

Женщина уходит с парковки быстрым шагом, как будто ее и не было вовсе.

— Какая кровожадная дамочка, — признаюсь я, как только оказываюсь на заднем сидении авто рядом с Ульяной. Она укладывается на мое плечо, явно намереваясь проспать всю дорогу до дома.

Соколов никак не реагирует на мое замечание. Я вижу его отражение в зеркале заднего вида. Он выгляди так, словно перешел дорогу привидению.

— Ты ее знаешь?

— Да.

Вот и весь ответ. И, похоже, другого я не дождусь.

Леша заводит мотор, выезжает с парковки и не смотрит никуда, кроме дороги. Я его не узнаю, такой серьезный и сосредоточенный. Этого парня точно подменили. Очень хочется узнать, что же не так с этой женщиной, но я как всегда не могу решиться и спросить прямо.

Около получаса мы едем ко мне домой и не разговариваем. От размеренного шуршания колес меня клонит в сон.

Мы с Ульяной просыпаемся, когда машина останавливается возле ворот.

— Приехали? — сонно бормочет сестра и выглядывает в окно.

В доме горит свет, а из него доносится ароматный запах. Мама выпекает хлеб на завтра. Боже, я бы все отдала за один, свежий, горячий кусочек с хрустящей корочкой!

— Спасибо, что подвез, — тихо говорю я, но не выхожу из машины. Не могу спокойно смотреть на лицо парня. Я вижу, что ему очень плохо, но не знаю, как помочь. Я дотрагиваюсь его руки и сжимаю. — И за гостеприимство тоже спасибо.

— Я напишу, когда у меня появится свободное окно для тренировки, — бесцветно отвечает он, не оборачиваясь. — Спокойной ночи, Ермакова. Пока, малая.

Мы выходим из машины и захлопываем дверь. Мама выглядывает в окно и окликает нас с сестрой.

Ауди разворачивается и быстро исчезает за поворотом.

Я смотрю ей вслед.

Забавно, в итоге нашей встречи я получаю, что хочу: Соколов поедет на форум, продолжит тренировать меня и самое главное — больше не будет просить стать его девушкой. Но почему у меня все равно скребутся кошки на душе? Не может быть, чтобы меня расстраивал последний пункт… или может?

Глава 12. Дейзи Бьюкенен

После вручения дипломов мы всем потомком отправляемся в кафе, которое арендовали для вечеринки. Стас сопровождает Маруську. Он предлагает поехать на своей машине, но уже на полпути сожалеет об этом.

— Ну ты и пентюх, Стасян! — неистово возмущается подруга, оглядывая грязную двенашку своего соседа. — Нельзя было тачку помыть? Как из помойки выехали!

— Прости, Маська, времени не было. Мать погнала аж в Иващенково за этой дурацкой земляникой. Совсем не в себе с этим вареньем для внуков. А сестра своих малых им даже не кормит! Они на правильном питании, понимаешь ли…