Миллионер - Шеннон Кэндис

Потершись щекой о шелковую ткань его рубашки, Тесс услышала размеренные удары его сердца. И внезапно каждая клеточка ее тела воспылала желанием прикоснуться к нему.

Ее губы просили поцелуя.

Кости превращались в расплавленный воск, и воспоминания о том, что произошло между ними несколько месяцев тому назад, всколыхнули ее.

Нет, она никогда не сможет забыть этого.

Ей никогда ни с кем не было так хорошо, как с ним. И то, что она ему отдавала, возвращалось к ней с удвоенной силой.

Тогда она действительно потеряла счет своим оргазмам.

Это было так необычно и восхитительно, что испугало тогда ее до полусмерти.

Она лежала без сна рядом со спящим Беном, спрашивая себя, что же она наделала.

Ведь она ничего о нем не знала.

Они впервые встретила его в баре, когда разносила напитки.

Она никогда не поступала так рискованно и безответственно, как она поступила сейчас, связавшись с совершенно незнакомым мужчиной.

Несмотря на то, что он сам сказал ей, что не хочет продолжения их отношений.

Но, как круглая дура, она игнорировала свои инстинкты, которые говорили ей, что она влюбилась, и позволила себе пойти на поводу у желания.

– Тесс, – мягко позвал ее Бен, приподняв рукой ее лицо, заставляя посмотреть на него.

В коридоре было темно, но она увидела желание на его лице, когда он внимательно посмотрел на нее. Такое горящее и пламенное, что она почувствовала, что тает.

Он действительно собирается сделать это. Он собирается поцеловать ее.

Она знала, что это не правильно. Что не должна ему позволять этого, но ей так хотелось его поцелуя, что она решила, будь, что будет.

Когда он ее поцелует, между ними закончится это время неопределенности, которое та давило на них.

Голова Бена начала наклонятся вниз и его губы были все ближе и ближе.

Закрыв глаза, она снова вздохнула его волшебный запах и откинулась на его ладонь.

О, да…

Она почувствовала легкое головокружение, которое вызвала ее горячая кровь, разгоняющаяся по венам.

Бен наклонился еще ближе и у нее задрожали колени.

Его губы мягко коснулись ее правой щеки.

– Доброй ночи, Тесс.

Затем он ушел, скрывшись в темноте, а она осталась стоять на месте слишком ошеломленная, что бы произнести хоть звук.

Прошло несколько минут, прежде чем до нее дошло, что произошло. Прежде чем успокоились ее бушующие в крови гормоны.

Она не знала, как реагировать на это, огорчаться, радоваться, или оставаться равнодушной.

По крайней мере, он нашел в себе силы притормозить.

Но сейчас она чувствовала, что в ее голове все смешалось.

Он хотел ее или нет? Нет, это глупый вопрос. И дураку было бы ясно, что он хотел ее, даже больше чем показывал. Она чувствовала это. Тогда почему он ушел?

Все еще ощущая себя слабой, Тесс прислонилась к двери своей спальни.

Она не могла не видеть что она и Беном, достигли поворотного пункта в их отношениях.

Весь вопрос в том – что им делать?

Бен сидел в кабинете, допивая вторую чашку утреннего кофе, и читал электронную почту, когда что-то заставило его подняться и посмотреть в окно. Отодвинув шторы он заметил Тесс, бродившую по саду.

Она гуляла там каждое утро с тех пор как приехала сюда.

Они делили вместе еду, играли в пинг-понг и бильярд, смотрели фильмы или просто беседовали друг с другом. Иногда до поздней ночи.

Несмотря на то, что они вышли из разных слоев общества, у них было много общего.

Они прекрасно понимали друг друга.

Прошел какой-то месяц, а она уже стала неотъемлемой частью его жизни, и он едва ли мог вспомнить, как обходился без нее.

Мысль о том, что она уедет, была невыносима, несмотря на то, что он знал, что это неизбежно.

Он прислонился лбом к холодному стеклу. И так как она не могла его сейчас видеть, он позволил себе понаблюдать за всеми изменениями, произошедшими в ее теле.

Если раньше она выглядела худой и угловатой, то теперь становилась все более мягкой и округлой.

Приближалось лето. Она все больше времени проводила на свежем воздухе. Ее кожа утратила свою обычную бледность и покрылась золотистым загаром.

После той ночи, возле ее комнаты, они оба старательно держались в рамках приличий, не позволяя себе ничего лишнего.

Больше не было этих полупоцелуев в щеку и нежных объятий.

Но не проходило ни дня, что он не мечтал о ней.

Она часто улыбалась ему, случайно касалась его руки, проходя мимо. А он стоял и боролся с мучительным желанием немедленно раздеть ее.

Но, несмотря на все их усилия, которые они предпринимали, чтобы держать себя в руках, воздух вокруг них буквально дрожал от напряжения и он понимал, что, в конце концов, они встанут перед необходимостью что-то решать.

Он никогда не выходил на свежий воздух, но ноги сами вынесли его туда из кабинета.

Пройдя через заднюю дверь кухни, Бен вышел в сад.

Тесс стояла на коленях, вдыхая аромат расцветшей Фуксии, когда Бен подошел к ней.

С минуту он просто стоял и смотрел на девушку. На ней были белые брюки Капри и тонкая почти прозрачная блузка.

Она чуть фальшиво что-то напевала себе под нос незнакомую мелодию.

– Доброе утро. – Поздоровался он.

Тес подняла голову и взглянула на него, закрывая ладонью глаза от яркого солнца.

Ее лицо осветила нежная улыбка.

– Доброе утро. Ты вышел подышать свежим воздухом? – удивленно спросила она.

Тесс еще никогда не видела, чтобы Бен выходил в сад или вообще куда-либо.

Он не помнил когда перестал выходить из дома.

Это произошло как-то сразу. Вдруг… Он просто перестал выходить на улицу.

И та ночь в гостинице была единственным исключением.

– Да. Я вышел подышать свежим воздухом.

– Ха. И как это ты, до сих пор, не превратился в золу…

– В золу?

– Ну, … у тебя в доме так темно, что я сначала гадала – уж не повесить или мне на шею чеснок. На всякий случай.

Он почувствовал, что не может сдержать улыбку.

– Выбираешь себе цветы? – спросил он, кивнув на разноцветные бутоны.

– Если ты не возражаешь. До этого твой садовник так зло посмотрел на меня…

– Кому-то она должны приносить радость.

Бен протянул ей руку и помог подняться. Ее маленькая рука была такой мягкой и теплой, что он лишь усилием воли заставил себя отпустить ее.

Чтобы удержаться от соблазна, он засунул руки в карманы брюк.

– Ты хочешь прогуляться со мной? – спросила она, и когда он оглянулся на дом, торопливо добавила. – Совсем не долго.

Как он мог ей отказать, когда она с такой надеждой смотрела на него?