Миллионер - Шеннон Кэндис

– Со мной ничего не случится, если один раз я позже лягу спать.

– Выбери, что тебе понравится. Все фильмы рассортированы по алфавиту.

Она медленно прошлась по ряду.

– Не знаю даже с чего начать. На этой полке я вижу четыре или пять фильмов, которые я бы хотела посмотреть.

– У меня есть также фильмы на видеокассетах.

Он смотрел как она, в изумлении качая головой, еще раз пробежалась взглядом по дискам.

Она выглядела… Счастливой.

И ему нравилось, что он смог сделать это для нее.

Она заслужила, чтобы быть счастливой.

– Как на счет этого? – спросила она, выбрав пластмассовую коробочку со старым фильмом со Спенсером Трейси и Кэтрин Хепберн. – я много лет не видела этот фильм.

– Прекрасно. Дай мне его. Он взял коробочку и начал настраивать систему.

– Бен?

Он включил DVD-проигрыватель.

– Да?

– Я хотела сказать тебе спасибо.

Он обернулся к ней.

Она улыбалась, но ее глаза были грустными.

– За то, что я позволил тебе посмотреть кино?

– За все.

Он хотел сказать ей, что она не должна его благодарить. Что он очень много должен ей и ребенку. Что он сделает все, лишь бы они были счастливы. Но он не думал, что это именно то, что она хочет от него услышать. Она и так уже знала это.

Так, что он сказал то, что мог ей сказать.

– Пожалуйста.

Фильм закончился где-то в начале двенадцатого ночи.

Однако все это время Бен смотрел не на экран. Он решил, что смотреть на женщину, мирно растянувшуюся на кушетке – гораздо более увлекательно занятие.

Почему ему никогда не надоедает смотреть на нее? Ведь она была отнюдь не красавицей, которая поражает мужчину с первого взгляда. Мягкой, миниатюрной, и в тоже время – крепкой. Очень симпатичной и нахальной.

Когда по экрану пошли титры, Тесс повернулась к нему и улыбнулась.

– Какой замечательный фильм.

Ну, поскольку он его почти не видел, то придется поверить ей на слово.

Тесс сладко потянулась и зевнула.

– Жаль, что уже нет времени для другого фильма. Я так устала. К этому времени я уже крепко сплю.

Он включил возле себя лампочку, чтобы отключить телевизор.

– Мы можем посмотреть его завтра вечером.

Подойдя к ней, он протянул ей руку, помогая подняться на ноги.

– Я провожу тебя до твоей комнаты.

Она снова зевнула и пошла к лестнице. Миссис Смит уже давно спала и свет в дому уже был выключен.

– Завтра я, наверняка, буду спать. В последнее время, если я не посплю больше восьми часов, я похожа на ходячего мертвеца.

– С Жанетт было тоже самое. – Ответил Бен.

Он часто вспоминал Жанетт, но никогда не говорил о ее беременности.

Слишком много было болезненных воспоминаний.

Тесс с умиротворением погладила рукой свой живот.

– Поверь. Это стоит того.

Да. Она сильно отличалась от Жанетт.

Жанетт больше не хотела иметь детей, сообщив ему, что он должен довольствоваться только одним ребенком, потому, что она больше никогда не позволит себе забеременеть.

Нет, он не считал ее плохим человеком. Просто у них были разные жизненные позиции.

Он восхищался и ценил свою жену, также как он теперь восхищался и ценил Тесс.

– Он уже толкается? – как бы со стороны услышал он свой вопрос.

Зачем он спросил это? Он же не хотел знать о ребенке больше чем это необходимо.

– Пока нет. Хотя я уже чувствую какие-то движения, которые никак не могу быть газами. Я спрошу об этом у своего врача на следующем осмотре. Ведь уже почти пять месяцев.

Это означает, что уже прошел целый месяц, с тех пор, как она пришла к нему со сногсшибательной новостью о своей беременности.

А ему казалось, что это было только вчера. Почему он чувствует себя так, как будто знает ее всю свою жизнь?

– Я могу сказать миссис Смит, чтобы та принесла тебе завтрак чуть позже, если ты этого хочешь.

– Это было бы замечательно. – Ответила она. – Ведь это же не преступление.

Он не стал больше спрашивать о ребенке. И к счастью, она тоже не стала вдаваться в подробности.

Дойдя до ее комнаты, они остановились у двери.

Сонно улыбнувшись, Тесс внимательно посмотрела на него.

– Я хорошо провела время сегодня вечером.

– Я тоже.

Она посмотрела на дверь, и, закусив нижнюю губу, оглянулась на него.

– Что-то не так? – Спросил Бен.

– Нет. Я только… – Тесс потупила глаза.

– Ты только что? – переспросил Бен, и уже в следующий момент девушка обвила руками его шею, крепко прильнув к нему.

Глава седьмая

О, Дьявол.

Бен крепко прижал девушку к себе и почувствовал животом ее живот.

Но вместо того, чтобы почувствовать боль, вину или даже отвращение в нем вспыхнуло дикое желание.

Казалось, весь воздух вокруг него пропитан ее ароматом.

Таким же, как и прежде сладким сексуальным и дьявольски соблазнительным.

Беременный, если есть такой аромат. Может ли женщина пахнуть беременностью?

А если может, то это также дьявольски… эротично?

Ее щека прижалась к его груди, а мягкие волосы щекотали его подбородок, в то время как ее руки обхватили его спину.

Проклятье, до чего же хорошо так стоять с ней.

Он уже забыл, что это такое – быть так близко к ней. Какое это волнительное ощущение полного удовлетворения.

Как будто он вернулся к себе домой.

Если бы не ребенок…

Он, лаская, провел несколько раз рукой по спине девушки, и крепче прижал ее к себе. Обхватив одной рукой затылок, он запутался пальцами в ее коротких шелковистых волосах пшеничного цвета. Другой рукой он прижал ее к своему животу. Очутись он на дюйм ниже, и его горящая плоть как раз оказалась бы между ее бедрами.

Даже теперь держа ее в своих руках, спустя много месяцев после их близости он жаждал оказаться там. В ее теплом сладком и до боли знакомом месте. Он хотел двигаться в ней пока в их головах е останется ни одной мысли.

Он хотел ее.

Если бы она знала, сколько раз он мечтал об этом, лежа долгими ночами в постели.

Тесс вздохнула, все больше тая в объятиях Бена.

Она понимала, что это всего лишь ее иллюзия, но ей хотелось почувствовать его. Прижаться к нему.

Когда он спросил ее, не толкается ли ребенок, ей было очень трудно сдержать свое волнение.

Ей пришлось почти силой остановить себя, чтобы не начать рассказывать ему обо всех деталях своей беременности.

Она понимала, что это бы только напугало его.

Закрыв глаза, она вздохнула острый запах одеколона и мужского напряжения, чувствуя под своими руками игру его напряженных мускулов.