Алхимик в Пустыне - Лана Туулли

В итоге за час перед рассветом Карвинтий не выдержал и сбежал, оставив за спиной небольшую ложбинку, спрятанную за высокими, хищно устремленными в небо каменными глыбами.

Прочь отсюда… что он тут забыл? Ему надо возвращаться в цивилизацию, Талерин, Уинс-таун, а еще лучше — Тьюсс. Мертвенно-бледный мэтр Мориарти, ухмыляясь криво и многозначительно, пообещал ему «веселую» жизнь, если Карвинтий осмелится не выполнить его "нижайшую просьбу"? Да с тем состоянием, которое алхимик заработал, вернее, нашел в бесхозном кошельке, мэтр Мориарти его за тысячу лет не найдет! Быстрее убежать отсюда! Спрятаться…

Скользя в осыпающемся песке, проклиная острые камушки, попадавшиеся на каждом шагу, Карвинтий отбежал прочь на несколько тролльих шагов, нервно оглянулся назад, убедился, что его незваные спутники спят сном младенцев, пробежался дальше… дальше…

Он выбежал к обрыву, которым заканчивалась скала, и продолжил путь вдоль самой кромки, нервно оглядываясь в поисках подходящего спуска. Еще вчера утром, когда мэтр Мориарти выбросил небрежным телепортом Карвинтия и его спутниц посреди Пустыни, алхимик попытался изучить окрестности. Пока что он понял только, что оказался в месте, чарующем своей необычной, совершенно дикой красотой: пропасть, открывавшаяся за обрывом и окружающая неровным полумесяцем возвышающийся вдали пик Абу-Кват, казалось, достигала самой Преисподней. Отвесные, почти идеально ровные кручи уходили вниз как минимум на три лиги, а может быть, и больше — далеко внизу ущелья виднелся серый туман, хаотичный и бурлящий. Ширина каньона не поддавалась измерению — по крайней мере, Карвинтий не собирался этим заниматься; — лишь на самых подступах к Абу-Кват горы вновь возвращались, разнообразя собой рассыпавшиеся на отдельные глыбы останки полудюжины пирамид.

Поэтому Карвинтий бежал вдоль ущелья, на запад. Где-то там (так ему казалось) есть Старое русло Дхайят, а значит, и оазисы, сохранившиеся с незапамятных времен; где-то там проходит торговый путь, связывающий Ильсияр и Нан-Пин, где-то там находится укромный уголок, способный послужить ему защитой от настырного некроманта…

Упал Карвинтий резко, со всего размаху. Больно приложился щекой и ладонями о шероховатый неровный валун; растянулся, как препарированная лягушка, обнимая непройденные пески.

А потом что-то очень сильное обхватило щиколотку алхимика и потянуло назад.

— Пусти! Отпустите меня! — закричал Карвинтий, выворачиваясь, чтоб посмотреть на обидчика. Он набрал полную горсть песку, бросил… но неведомая — и невидимая! — сила, блокировавшая его движения, не отреагировала. Алхимика потащило снова, гораздо сильнее. И буквально за пару минут доставило трепыхающего, плюющегося с досады мэтра обратно в лагерь.

Протащило мимо мирно посапывающей мэтрессы Далии и бросило к угольям догоревшего костерка.

Туда, где в жесткий серый песок был зарыт «подарочек» мэтра Мориарти.

"Вам не придется делать ничего особенного," — говорил некромант, наставляя алхимика перед отправкой в Пустыню. Побрызгал на Карвинтия из дюжины разномастных пузырьков, окурил травами, заставил выпить какие-то отвары и смеси. — "Просто будьте рядом. И в нужный момент активизируйте артефакт. Ну же, держите его," — сказал тогда Мориарти, и Карвинтия снова пробрала дрожь при одном воспоминании о темном шатре, таинственно горящих зеленых свечах, магической пентаграмме, в которую его завел волшебник… "Не бойтесь, он не кусается. По крайней мере, здесь и сейчас его укусы вам не грозят, честное слово порядочного некроманта," — пообещал ллойярдец.

Шпацех уэш, — по-гномьи выругался Карвинтий, против воли разгребая песок. Когда артефакт выглянул из песчаной ямы, алхимик задрожал — уже не от страха, нет. Он успел притерпеться к виду странной бронзовой статуэтки, изображающей скелет донельзя уродливого существа, поджавшего ручки и ножки и скалящего в недоброй усмешке выступающие вперед зубы. На этот раз Карвинтия трясло от сознания собственного бессилия. Помогать некроманту, будь он хоть трижды порядочный, не хотелось. Не помогать… видимо, не получится, — решил Карвинтий (артефакт-скелет отреагировал холодной издевательской улыбкой). Что же делать? Куда бежать? Кто может помочь?

В отчаянии алхимик схватился за найденный кошель, который он, не доверяя никому, носил на длинном шнурке, на груди. Может, среди этих, счастливо обретенных сокровищ, найдется что-то, способное выручить из беды одного мелкого, скромного, весьма порядочного погодоведа?

За спиной Карвинтия Фриолар шумно перевернулся с боку на бок, поправил сползшую с плеч куртку, забормотал что-то сонное, пытаясь стряхнуть с лица наползающий с востока рассветный луч. Продолжая нервно сжимать свое сокровище, мэтр Карвинтий решился было подойти, спросить, а не знает ли молодой коллега что-нибудь об артефактной магии. Нет, что правильно настроенным артефактом может управлять любой дурак, всем известно, а вот как быть, если кое-кто, скажем, средней могущественности некромант, использовал вашу кровь для усиления заложенных в магическом предмете чар?..

Сражаясь с жадностью, сомнением и страхом за собственную жизнь, Карвинтий придумал удивительный план в десять ходов, в результате которого Фриолар должен был подменить старшего коллегу в нелегком деле активизации «подарочка» Мориарти. Еще пять минут, чтоб собрать мужество в кулак, справиться с учащенным сердцебиением, пройти оставшиеся четыре шага, растормошить Фриолара, и…

И в этот момент поднимающееся солнце разбудило Напу Леоне Фью из клана Кордсдейл.

Гномка поднялась в тот же момент, как солнце коснулось подошв ее сапог. Душераздирающе зевнула, подскочила и, энергично размахивая руками, скомандовала общую побудку. Эй, Фри-Фри, у тебя еще остались амулеты с заклинанием «карза-нейсс»? Прибереги — вот тут у мэтра Карвинтия замечательные полешечки припасены, он ведь одолжит по старой дружбе мне три-четыре деревяшки, чтоб я наделала стрел для нашего арбалета. Спасибо, мэтр, вы душка, а не подлая зараза и двуличная скотина, как я думала. Далия, подъем!!! Фри-Фри, если ты не проснешься в течение трех секунд, я пожалуюсь твоей ма… Уже проснулся? С добрым утром! Набери фляги, попрощайся с госпожой Ханной, с этой милой девушкой, которую мы никак не можем взять с собой…почему? Почему?.. Далия, просыпайся, ответь на вопрос барышни Любомарты, почему мы ее не берем на охренологические раскопки. Почему ты спишь, когда мне требуется совет твоего всеведущего Разума?! Подъем!!!

Энергия, излучаемая маленькой гномкой, пробудила маленький лагерь и наполнила его деловитой, целеустремленной активностью. Карвинтия оттолкнули, вырытую им песчаную яму с покоящимся на дне бронзовым скелетом затоптали; из последних поленьев, выторгованных у ллойярдцев, развели костер, повесили над ним котелок с будущей овсянкой.