По следу пламени - Доктор Вэнхольм

- Нет-нет-нет-нет! Гори! Гори во имя богов!!! – только и успела прокричать юная волшебница.

Когда же перед взором предстала бездушная темнота, обоняние перестало улавливать затхлое зловоние коридора. По шёрстке прошёлся приятный свежий холодок, и, открыв глаза, Роза увидела небосвод. Удивительно голубой, лишь немного затянутый сизыми тучками.

Маленькие облака подобно далёким кораблям бороздили бесконечную гладь и роняли на холодную поверхность снежинки. Молодая некши так давно не видела, чтобы с неба на землю падали эти белоснежные кристаллики. Пожалуй, в месте, где она жила, где находилась стоянка племени это случилось лишь однажды. Лет десять назад.

Тогда все встретили снегопад с удивлением и опаской. Кто знал, вдруг он уничтожит урожай холодного периода года. По крайней мере, так говорил отец. Но тогда им повезло. Лёгкое покрывало укутало землю, а маленькие котята получили перед глазами невиданное доселе зрелище. Уголёк тогда сказал, что непременно найдёт белоснежный край и принесёт горсточку снега с собой.

Холодные пушинки падали Розе на лицо. Перед глазами продолжало плыть лёгкое марево. Чуткое обоняние улавливало аромат свежести, трав, цветов. Будто и не было рядом ужасной и тёмной пещеры. Словно прямо сейчас юная кошка снова оказалась на родных просторах…

***

Когда Роза ломанулась вперёд, даже выставленный перед ней «посох» не послужил преградой. Некши применила какое-то заклинание, и призрака объяло пламенем. А уже через мгновение толи он что-то сделал, толи кошка что-то сотворила неправильно, но коридор захлестнула ярчайшая вспышка, от которой даже закрыться не было никакой возможности.

Где-то позади упал или камень, или дротик, что собирался бросить Галантий. Сам эльф, судя по каменному шороху, опять сполз на землю. Норико совсем рядом упал на пол, хоть оружие и не выпустил. Кора кое-как устояла на ногах, отвернувшись и зажмурившись. Что происходило на другой стороне с Ориксом, никто не видел, но долетевшее эхом «Мать твою…» на фоне взорвавшегося рёвом чудища хоть немного внушало облегчение на душу.

В момент, когда жуть обуяла разум, Кора выставила свою палку вперёд, направив её на призрака импровизированным наконечником. Разумеется, ни о каком полноценном оружии речи не шло, да и колдовать друидша полноценно не умела. Хоть чародей и понемногу объяснял ей истины, до практики дело не дошло. А какие-то проявления её собственной волшбы были скорее хаотичными, чем полноценно осознаваемыми.

И, конечно, никаких заклинаний девушка произнести не могла – банально не знала, как они звучат. Поэтому в безвыходной, как ей казалось, ситуации она попыталась обратиться к молитве. И хоть отголосками в её памяти ещё мерцали картины, как говорили с богами жители посещённых городов и деревень, ни одну из таких речей, Кора не запомнила. И теперь обращение к Ру-Ань, с которой удалось пообщаться лично, к Уллю – алридинскому богу охоты, которому совершали подношения жители Родищек, к другим, кого только знала друидша, звучало лишь обрывками мыслей и просьбой о помощи.

В нарастающем гуле можно было подумать, что эта отчаянная попытка не возымеет никакого эффекта, но вдруг в голове девушки зазвучал шёпот:

- Дитя… Однажды ты спасла людей… - голос явно принадлежал астелланской хранительнице природы. – И пробуешь делать это снова и снова… Я могу помочь. Скажи только, как…

Перед глазами по-прежнему стояла кромешная белая пелена. В ней мелькали едва заметные серые образы и силуэт чудовища, что будто одновременно распадался на части и собирался воедино, оставаясь недвижимым.

Кора думала несколько секунд. Они показались бесконечно долгими, но друидша дала свой ответ:

- Я хочу… Лишь спасти своих товарищей…

Голос её звучал уверенно, хоть и дрогнул на мгновение. Не взирая на царящий вокруг ужас, она точно знала, чего хотела, пусть и не знала, каким способом этого можно достичь.

- Хорошо, - богиню слова девушки вполне устроили. Наверняка, если бы её можно было увидеть, Кора сумела бы лицезреть лёгкую улыбку. – Но взамен я попрошу кое-что сделать…

Услуга за услугу. Негласный контракт, предлагаемый богом. Пусть сковывать себя такими оковами, что могли обернуться в сути своей чем угодно, совершенно не хотелось, по крайней мере их предлагала Ру-Ань. И просьбу она исполнила сразу.

Могильный холод растопила приятная теплота. Словно исходящая от камина, она окутывала холодную шахту и заставляла пелену постепенно утекать. Когда Кора открыла глаза, никакой вспышки уже не было, и сам призрак уже не выглядел факелом. Его силуэт превратился в ярчайший пожар, воспылавший не ледяным пламенем, испускаемым Розой, а горящим заревом.

Впрочем, продолжалось это недолго. Рыжий огонь постепенно утих, вернув привычный морозный вид. На стенах, стоило костру затухнуть, возникли рунные письмена. По виду они напоминали алридинские. Хотя кто знает, какому народу могли принадлежать на самом деле.

Чудовище с их появлением совсем опустилось. Его вой, становящийся всё менее громким и всё более прерывистым, прекратился. Дымное тело осыпалось комками эктоплазмы, открыв вид на тёмный коридор.

«Соколов» последний вопль твари изрядно потрепал. Что Норико, что Галантий кое-как пытались подняться на ноги, держась за голову, будто она готовилась вот-вот отлететь будто брошенный камень.

Роза лежала впереди, закиданная призрачными останками. Кора даже не могла разглядеть, где она находится. Призрак развалился таким объёмом, что своими частями загадил большую часть прохода. А позади этой огромной кучи ещё валялся Орикс и два его спутника. Состояние тех оставалось загадкой, но, по крайней мере, они дышали.

Кора, пошатываясь, подошла к Ориксу. Выглядел тот скверно, но не критично. Последний пузырёк, что изначально предназначался ему, теперь точно стоило отдать некши, оказавшейся в самом эпицентре божьего изгнания.

К счастью, смерть обошла её стороной. Стало ли тому вмешательство Ру-Ань или что-то иное, Кору не слишком волновало. Главное, что кошка была жива. Она лежала на спине, и, хоть её руки и находились в несколько неестественно вытянутом положении, никаких видимых повреждений на ней не имелось. А вот последствия применения магии проявились во всей красе.

Как только друидша тронула свою спутницу, та резко открыла глаза, и очи её засветились так ярко, будто прямо в данный момент, в эту застывшую секунду она творила свою волшбу. Немного отстранившись, Кора достала из своих запасов пузырёк Энгширской смолы – чёрной густой субстанции, что служила великолепным средством для лечения ран – и нанесла её частицы на слегка обгорелую шерсть. Пусть она и не могла разглядеть раны, да и главной проблемой стопроцентно являлся её источник магии, но чем ещё зверолюдке можно было помочь, девушка просто не знала. Аккуратно запрокинув голову, она влила ей в