У каждого свой путь - Любовь Рябикина

— Сделаем так. Поможешь мне забраться и прячешься вон в тех кустах! В случае чего, прикроешь. Если удастся по-тихому разобраться с охраной, позову. Постарайся не напортачить! Если внутри свет зажжется и выстрелы зазвучат, не смей выползать! Не мешай мне. Вот если услышишь, что я тебя зову, тогда иди! Сигнал такой: «Аллах Акбар». Причем отданный мужским голосом. Запомнил?

Он пожал плечами:

— Запомнил…

Степанова снова залезла ему на плечи. Не много поковырявшись, аккуратно сняла раму. Решетки внутри не было. Она засунула голову в окно и включила прибор ночного видения. Под самыми окнами стоял штабель из коробок. Марина положила на них раму со стеклом, автомат и миноискатель. Легко проскользнула внутрь и поставила раму на место. Вьюгин тревожно посмотрел вверх. Решительно метнулся к кустам. Он прекрасно понимал, что не имеет опыта в таких делах и решил сделать все так, как сказала эта странная женщина.

В складе было тепло и тихо. Если бы не прибор ночного видения, Марина ничего не смогла бы разглядеть. Степанова лежала на коробках минут десять, прислушиваясь и оглядываясь. Затем забила наушник от миноискателя в ушную раковину и включила прибор. Запищало сразу. Женщина достала нож и осторожно взрезала верхнюю коробку. Картон слегка похрустывал под лезвием. Со стороны ворот послышался какой-то звук. Она замерла и посмотрела в ту сторону: в складе точно была охрана.

За стеной из коробок вспыхнул не яркий свет. Здоровенный тип появился из-за штабеля у ворот. Она видела славянское лицо с небольшой бородкой, явно прислушивающееся. Парень водил глазами во все стороны. Женщина распласталась на коробках, порадовавшись тому, что охранник не включил свет в самом складе. Она могла ослепнуть на какое-то время из-за прибора. Тихий голос спросил из-за штабеля:

— Ты чего, Федор?

Здоровяк ответил не сразу:

— Что-то свежестью повеяло. Надо утром окна проверить…

Степановой эти слова не понравились. Она теперь знала, где прячутся охранники. Парень, постояв минут пять, вернулся к приятелю. Свет погас и вновь наступила тишина. Марина посмотрела на часы: половина первого ночи. Через прибор заметила лестницу, приставленную к противоположной стенке. Осторожно встала. Пригнувшись, направилась туда, ступая по стыкам коробок, чтобы картон не трещал. Оставив автомат и миноискатель на штабеле, легко спустилась вниз и начала красться вдоль стены. Охранники видимо заснули, так как слышалось сопение. Она стояла за углом минут десять, пока до нее не донеслось легкое похрапывание.

Женщина осторожно выглянула и ничего не увидела, кроме сплошной стены из картона. Помещение для охраны располагалось внутри штабеля из коробок, представляя собой небольшой закуток с крошечным столиком и кушеткой, наподобие медицинской. На столике стояла настольная лампа, но на данный момент свет не горел. Марина скользнула в закуток, достала пистолеты и крепко зажала их в ладонях. Похрапывание не прекращалось ни на минуту. К нему примешивалось сопение. Она выглянула из-за угла: охранники спали, сидя на кушетке и привалившись спиной к коробкам.

Выскочить и ударить обоих по головам рукоятками, оказалось делом одной секунды. Ни тот, ни другой опомниться не успели. Храп превратился в хрип, а сопение в судорожный вздох. Степанова за минуту успела обезоружить и связать обоих. Завязала глаза разорванным полотенцем, которое валялось рядом. У одного нашла мобильник. Положила его себе в карман. Отключила прибор и включила настольную лампу. Открыла калитку в воротах, найдя ключ в кармане брюк у здоровяка. Вышла наружу, оставив калитку распахнутой. Помахала рукой. Из кустов вылез Андрей и направился к ней. Шепотом спросил:

— Все?

— Оба лежат связанные. Все делаем молча. Не говори ни слова. Иначе по голосу узнают. Ясно? Вскрывай коробки и проверяй содержимое. Не стесняйся, вываливай на пол, только осторожно — кое-какая взрывчатка ухнуть может! Ты слева, я справа!

Практически в каждой коробке внизу находилось либо оружие и боеприпасы, либо пластит, гексоген, амонал и даже тротил. В трех коробках обнаружилось более десяти килограммов разнообразных наркотиков. Связанные охранники очнулись и она слышала их ворочанье за стенкой, но не беспокоилась. Растянуть ремешок, завязанный двойным марсовым, невозможно.

Марина нашла выключатель и склад залило ярким светом. Затем тронула Вьюгина за плечо, указав пальцем на дверь. Ткнула себе в грудь и направилась на улицу. Парень остался внутри помещения. По чужому мобильнику она, посреди ночи, разбудила дремавшего за столом в кабинете генерала Бредина. Когда Евгений Владиславович взял трубку, сказала коротко:

— Искандер. Здесь взрывчатки хватит, чтоб полгорода разнести. Может мне его взорвать? Пусть Бархуддин покрутится!

Бредин мгновенно спросил:

— Охрана?

— Двое внутри склада. Я с ними справилась.

— Что за взрывчатка?

— Гексоген, пластит, аммонал, тротил. Наркотики нашли. Много. Брать надо, выхода нет. Если успеют растащить по городу…

Генерал быстро сказал:

— Через час будем. Жди. Едва заслышишь моторы машин, уходите! Не стоит показываться на глаза. Лишние вопросы…

Спецназ появился через сорок минут. За это время они вскрыли около десяти коробок. Разложили взрывчатку, оружие, наркотики и продукты по отдельности. Добрый десяток коробок просто вскрыли и оставили посреди коридора. Степанова засекла рокот моторов минуты за три. Свет фар еще не дошел до склада. Схватив Вьюгина за руку, потянула за собой к кустам. Парень ничего не мог понять, но послушно бежал за ней. Машины с «Альфой» затормозили у склада, а из кустов через пару минут выскочил юркий мотоцикл и помчался к дороге.

Андрей сразу включил разговорник:

— Почему вы не стали их ждать?

— Мне нельзя светиться, да и тебе тоже. Даже перед спецназом. Они сами разберутся. Мавр сделал свое дело…

На МКАДе она прибавила газу. Он спросил:

— Виктория Ахметовна, что теперь будет?

— Мужики расколют охранников до задницы. Уверена! Склад взят. Бархуддину придется туго. Посмотрим, что он решит делать…

— Чего вы добиваетесь?

Степанова тихо сказала в разговорник:

— Не скажу, извини. Слишком опасно. Просто верь и делай то, что я прошу, без рассуждений.

Он вздохнул и сказал:

— Я вам и так верю…

Они примчались на дачу в половине четвертого утра. По-прежнему стояла темнота. Начал задувать северный ветер, раскачивая деревья. Черное небо, казалось, лежало на земле. Едва они остановились, из кустов тут же вылез инструктор. Подошел. Утробно зевнул и спросил:

— Ну, как?

Марина и Андрей, продолжая сидеть на мотоцикле, устало стащили шлемы и маски. Сползли с сиденья и встали. Женщина приставила «Ямаху» к столбу у дороги. Повернувшись, ответила:

— Нормально. Генерал там… Потом узнаешь. Влад, как на даче?

— Магнитофоны поставил, выключишь сама. Держи пульты. Никто не появлялся. Давайте я вам помогу назад перебраться…

Влад встал к забору. По его плечам они перелезли на территорию дачного участка. С облегчением вздохнули. За забором пророкотал мотоцикл и все стихло. Оба устало подошли к крыльцу и начали скидывать одежду. Хотелось побыстрее добраться до постели и спать. Марина от усталости забыла попросить парня отвернуться. Скинула футболку и натянула ночную рубашку. Андрей видел красивую грудь, но отнесся спокойно. Женщина спрятала вещи под крыльцо. Поставила панель на место. Взяв Вьюгина за руку, сказала:

— Андрей, мне надо отключить магнитофоны. Предельная внимательность! Входим и я отключаю технику.

Оба скользнули внутрь дачи. Марина играючи справилась с прибором в его комнате. Забрала с собой. Парень вздохнул, ложась на подушку головой и мгновенно погружаясь в сон. Женщина поднялась к себе и отключила магнитофон в спальне. Легла на кровати, поворочалась, устраиваясь поудобнее и заснула.

В десять утра они поехали в Чертаново. Выспались оба плохо. Марине пришлось нанести парню на мешки под глазами собственную пудру. Андрей улыбался, когда она ее накладывала. Зато синева стала практически незаметна. К ее удивлению в квартире находились оба араба. И они явно крепко поругались. У Бархуддина под смуглой кожей проступил румянец, а глаза яростно сверкали. Аль Бедлам наоборот побледнел. Кожа из коричневой превратилась в серую. Дверь открыл Ахмед. Женщина улыбнулась:

— Здравствуйте!

Он пытался скрыть озабоченность, но понимал, что не получается. Она заметила на его одежде свежие капельки крови. Быстро окинула коридор цепким взглядом. Злясь на себя, Ахмед обернулся от двери и ответил:

— Здравствуйте. Проходите. Анвар ждет вас.

Степанова вошла в комнату. Бархуддин стоял у окна. Он даже не пытался скрыть свое плохое настроение, хотя ответил: