Сказание первое: Клич Ворона - Алина Белова

«Я жду, дитя моё!» — шептала она ему, и Ньёр поднимался всё выше и выше. Когда город внизу стал почти крошечным, молодой князь сложил крылья и камнем понёсся вниз. Он слышал крики внизу, но они уже не были полны ужаса и отчаяния. Первой закричала женщина — она стояла в первом ряду и смотрела на приближающегося чёрного дракона широко распахнутыми глазами. Крестьянка никогда раньше не видела настоящего крылатого змея, с огромными рогами, загнутыми назад, с пастью, полной острых клыков, с длинным хвостом, похожим на кнут. Она не застала того времени, когда Эньяр Чернозубый парил над городами и сеял ужас в рядах противника. Но теперь настал тот день, когда жители новой эпохи воочию увидели настоящего дракона. Когда они увидели возвращение своего короля.

Ньёр распахнул крылья и пронёсся над крышами домов. Пламя, бушевавшее где-то в груди возле сердца, вдруг хлынуло вверх, обжигая горло и язык, и Пеплохват, распахнув пасть, выдохнул мощную струю огня. Она обрушилась на ряд потухших жаровен и вновь зажгла их. Кроваво-красное пламя вспыхнуло яркими огнями на угольно-чёрной чешуе Змея, похожей на россыпь драгоценных камней.

Толпа кричала, испуг сменился восторгом, и Ньёр почувствовал, как люди внизу радостно приветствовали его. Сам Пеплохват не мог поверить в случившееся. Ещё несколько секунд назад ему казалось, что он непременно разобьётся. Пара мгновений — и не станет молодого князя Питонов. Но прямо сейчас Ньёр парил над головами своих новых подданных, людей, что так восторженно выкрикивали имена, словно какую-то молитву.

«Эньяр Чернозубый. Шаньзет Кровавый. Ланьян Ядошкурый. Гоньера Непобедимый. И, наконец, Ньёр Пеплохват».

После прошедшего дождя земля под ногами теперь больше напоминала непроходимое болото, и Дьявол с трудом продвигался вперёд. Копыта его увязали в грязи, жеребец нервно храпел и пытался выбраться на более устойчивую тропинку. Солнце до сих пор не подсушило землю, а небо было затянуто свинцовыми тучами. Эйду казалось, что в любой момент может начаться настоящая гроза. Здесь, в Прилесье, дожди не были такой уж редкостью, особенно в конце весны. Но в последнее время выпало слишком много осадков, реки разлились и могли затопить близлежащие деревушки. Об этом стоило рассказать Алаку — он, как император, должен был отвечать за всё, что происходило на Западе. Но что он мог сделать сейчас, в самый разгар войны? Ему необходимо было обезопасить границы от вражеских войск, и уж потом разбираться с дождями, волколаками и нашествием насекомых, поразившим земли Орлов. За время своего путешествия Эйд, как один из самых приближённых к императору советников, внимательно выслушивал все претензии и просьбы, но сразу говорил, что не может обещать, что молодой Ворон быстро отреагирует на жалобы. Из-за войны страдали не только земли, в которых проходили кровавые сражения, но и княжества, находящиеся на другом конце страны — о них все забыли, и их князьям приходилось самостоятельно разбираться с навалившимися на них проблемами.

Но сейчас ничто из этого не волновало Эйда. Он уже несколько дней шёл по следам таинственного волшебника Оргула и Эслинн. Несмотря на то, что дождь размыл все отпечатки на дороге, юноша чувствовал, что его юная подруга где-то поблизости. После ночи в мёртвой деревне что-то изменилось внутри Траина, и он стал отчётливо ощущать присутствие магов. Стоило какому-нибудь чародею приблизиться к молодому князю, и его тут же захлёстывала волна отвращения и ярости. Все те люди, которых он видел в костре на главной площади, погибли из-за магии. Эйд разочаровался в магах. Ему стало казаться, что каждый, кто владеет способностью управлять огнём, льдом или арканой, древним волшебством, рано или поздно сойдёт с ума и бросится на своих близких и друзей. Что сделали Оргулу те несчастные крестьяне, которых он сжёг на площади деревни? Зачем он втянул во всё это Эслинн? Это было отвратительно, противоестественно, неправильно! Каждый раз, когда Эйд вспоминал о случившемся, его сердце начинало трепетать от ненависти. Оргул не уйдёт безнаказанным, это молодой князь знал точно. Он никогда не видел этого человека, но уже ненавидел до глубины души. Этот волшебник был чудовищем, не имеющим права существовать. Эйд хотел убить его собственными руками, но понимал, что не имеет права судить. Тем человеком, что определит судьбу Оргула, будет только император, Алак. И никто другой.

Дьявол нервно захрапел и принялся мотать головой. Молодой князь попытался заставить жеребца идти дальше, но тот продолжал упираться. Копыта его увязли в грязи, и конь, измотанный постоянной борьбой со слякотью, желал хоть немного передохнуть. Только Эйд не мог ждать. Он чувствовал близость магии, ощущал её каждой клеточкой своего тела. Но куда больше юношу пугал тёмный силуэт древнего вулкана Шикалларе, «Око демона», видневшийся за деревьями. Камышовому Коту хотелось верить, что это всего лишь случайность, совпадение, что Оргул и Эслинн не направляются именно туда. Однако Нагорье Рока становилось всё ближе и ближе, и глупые надежды стремительно таяли. Эйд не знал, что могло понадобиться этим двоим в подобном месте, но предчувствовал, что ничем хорошим это не обернётся.

«Я обещал тебе во всём разобраться, Алак… — пронеслось в мыслях юноши, — но, кажется, я сам не понимаю, что происходит. Земля вокруг страдает, эти двое уничтожают всё, что встречают на своём пути. Та ли это Эслинн, что была нашим другом? Та ли эта рыжеволосая девчонка, постоянно крутившаяся вокруг меня? Я боюсь встречи с ней, Алак…»

Тяжело вздохнув, Траин прогнал из головы тревожные мысли и осторожно соскочил на землю. Сапоги тут же по щиколотку увязли в грязи, и Эйд, приглушённо забормотав, попытался выбраться на сухую тропинку. Дьявол громко захрапел и попытался поймать зубами плащ своего хозяина, но юноша покачал головой.

— Пройти, приятель, — молодой князь перекинул поводья через голову жеребца и привязал их к ветке дерева. — Тебе придётся подождать здесь. Я постараюсь вернуться настолько быстро, насколько смогу.

Рыжий жеребец опять громко захрапел и ударил копытом. Грязь противно хлюпнула под его ногой. Выдавив из себя улыбку, Эйд ласково потрепал Дьявола по его густой огненной гриве и уверенно пошёл дальше по дороге. Сердце в груди продолжало бешено колотиться. Тучи заволакивали всё небо и, казалось, собирались в какую-то странную воронку, тянувшуюся к самой вершине древнего вулкана. Шикалларе неожиданно испустило чёрный клуб дыма, и тот, поднявшись к облакам, на мгновение принял облик большой ощетинившейся собаки. Эйд протёр глаза и вновь поднял взгляд, но странной тучи уже и след простыл.