Сказание первое: Клич Ворона - Алина Белова

Несмотря на всё величие слов Моррота, толпа продолжала вопросительно смотреть на него и молчать. Ньёр не чувствовал от них ничего, кроме страха и недоверия. Эти люди не знали, чего ожидать дальше. Они устали от всего происходящего и просто не верили, что что-то может быть иначе. Многие из них родились в эпоху Раздробленных княжеств и попросту не знали то время, когда Юг был свободен от власти Корсаков. Они не видели живых Питонов, но слышали от бабок и дедов рассказы о могучих драконах, в которых обращались короли Вэлна. Эньяр Чернозубый был, пожалуй, самый известный, но Ньёр знал множество других примеров. Это и Шаньзет Кровавый, уничтоживший в одну ночь целый город, посмевший восстать против его власти, и Ланьян Ядошкурый, могучий воин, в бою сражавшийся в первых рядах и сеявший страх среди своих врагов из-за своих огромных зелёных рогов. Были и другие примеры — перечислять великих Питонов можно было целую вечность. А теперь настало время Пеплохвата. Люди должны были узнать его имя, получить новую надежду.

— Этот день войдёт в историю, — улыбнулся Моррот, облокачиваясь о белоснежную балюстраду. — Давным-давно, мои предки поклялись служить Питонам. В тот день, когда Псы изгнали наших королей с их священных земель, Суруссу пришлось нарушить клятву. Но теперь я с радостью могу сказать вам, мои верные подданные, что наступило новое время. Новая эпоха. Эпоха, когда Питоны вновь правят нашими землями.

По толпе пронёсся шёпот, и Ньёр почувствовал, как среди людей скользнуло удивление. Наконец-то слова Моррота возымели хоть какой-то эффект, и теперь собравшимся на площади жителям просто необходимо было узнать, что же имел в виду их князь. Пеплохвату не нужно было особого приглашения — он сам понял, что время настало. Пока Моррот продолжал что-то выкрикивать, юноша осторожно тронулся с места и направился к большому белоснежному балкону. Лизардис не стал его останавливать и скользнул следом за своим господином.

Их появление было неожиданным. Люди мгновенно затихли и устремили свои взгляды на Ньёра. Он был им совершенно незнаком, и никто, кажется, не догадывался, что перед ними настоящий наследник Питонов. Моррот, обернувшись к Пеплохвату, едва заметно улыбнулся ему и кивнул головой. Когда князь отступил, юноша шагнул к самому краю балкона и посмотрел на собравшуюся внизу толпу. Сердце в груди бешено заколотилось, но когда Марьям дотронулась до плеча Ньёра, страх пропал. Осталась лишь абсолютная уверенность в происходящем. Чего ему, Питону, бояться толпы каких-то простых крестьян и рабочих? Они не могли сделать ему ничего. Он был истинным королём. Он был господином для всех тех, кто собрался там, внизу. И настало время это доказать.

— Люди Нормада! — воскликнул Ньёр, сжимая пальцами холодный камень балюстрады. Сотни глаз были устремлены на молодого князя, но он держался уверенно. — Меня зовут Ньёр Пеплохват, и я — потомок Питонов, внук самого Эньяра Чернозубого. Я здесь, чтобы восстановить справедливость в землях Вэлна, покончить с властью Псов и вернуть вам свободу. Я, истинный наследник этих земель, приношу вам свою клятву, что непременно сделаю это, чего бы мне это ни стоило. Под моей защитой вам не нужно будет больше голодать и бояться, что Корсаки явятся в ваш дом и заберут ваших детей, — он сделал небольшую паузу, чтобы окинуть взглядом собравшихся. Люди пристально смотрели на него, но должной реакции от них пока не исходило. Ньёр ожидал увидеть хотя бы удивление, но в глазах жителей не было ничего, кроме усталости. Они не верили. Они устали верить. — Я не требую вас выступать на моей стороне. Я лишь прошу вас о помощи, поскольку мне одному не выдержать эту жестокую войну. Я буду биться до последней капли крови за вас, ваших близких. За земли, на которых вы родились и выросли. Это мой долг, как истинного наследника Питонов. Потому что я — Дракон, такой же, как и все те, о ком вам рассказывали ваши деды и бабки. Эньяр, Шаньзет, Ланьян, Гоньера… а теперь и Ньёр. Я клянусь вам в этом своей собственной кровью.

Люди пристально смотрели на него. Юноша чувствовал, что от них не исходит ни доверия, ни хоть какого-то расположения. Он оставался для них абсолютно чужим, мальчишкой, вдруг объявившим себя истинным королём Вэлна. Но в рукаве у Ньёра ещё были козыри, и молодой князь знал, как заставить людей поверить в него.

Пеплохват махнул рукой, и появившийся из темноты Лизардис шагнул к нему. Осторожно отсоединив наплечники, мужчина следом снял нагрудник и латные перчатки, мешавшие Ньёру нормально двигаться. Только после этого юноша осторожно шагнул вперёд и взобрался на балюстраду. Отсюда, сверху, площадь казалась маленькой, а люди совсем крохотными, и до земли было очень далеко. Если Пеплохват сорвётся отсюда, то непременно разобьётся.

— Я - истинный наследник Эньяра Чернозубого и всех великих Питонов, что правили Вэлном до меня! — прокричал Ньёр, выпрямляя спину. Ночной ветер трепал чёрный плащ за его спиной, словно те превратились в два огромных крыла. — Своей кровью и жизнью я докажу вам, что я достоин этого — вашего признания, вашего уважения, вашей помощи.

Люди продолжали удивлённо смотреть на Пеплохвата, не понимая, что же он имеет в виду. Когда юноша вдруг сделал шаг вперёд и угрожающе наклонился, откуда-то снизу послышался громкий крик. Он эхом пронёсся по молчаливой площади и исчез так же внезапно, как появился. Ньёр лишь закрыл глаза и нырнул в пустоту. Балюстрада ушла из-под ног, и резкий порыв ветра ударил в лицо. Марьям истошно закричала и бросилась к краю балкона, но Моррот удержал её рядом с собой. Лишь князь Суруссу и Лизардис оставались абсолютно спокойными. Даже толпа испугалась — люди совершенно не ожидали, что может произойти нечто подобное.

— Он разобьётся! — крикнула Марьям, но Моррот зажал ей рот рукой и отвернул от балкона, не давая смотреть на происходящее.

Ньёр продолжал падать и в какой-то момент почувствовал, как по телу его пронеслась волна таинственной энергии. Кожа вдруг вспыхнула огнём, как утром, когда он опускался в ванну с обжигающе горячей водой. Но теперь всё было совсем иначе. Раньше Пеплохват ощущал такое лишь в руках, но теперь всё его тело напоминало один огромный сгусток пламени. Сердце бешено заколотилось в груди, но Ньёр развёл руки в стороны и осторожно приоткрыл глаза. Земля стремительно приближалась к нему, и когда до площади оставалось буквально десяток метров, молодой князь ощутил, как спину его едва не разрывает на части. Чёрный плащ, словно слившись с телом, исчез, и на его месте появились два огромных кожаных крыла. Ветер ударил в них, и Ньёра швырнуло назад, не дав столкнуться с землёй. Юноша тут же подхватил воздушный поток и пронёсся над головами изумлённых жителей. Широко распахнув глаза, Пеплохват закричал от восторга, и крик этот медленно превратился в чудовищный рёв, от которого едва не задрожала сама земля. Чёрная чешуя быстро покрыла всё тело юноши, и он, взмахнув могучими крыльями, устремился к небу. Оно вдруг показалось таким близким, таким родным, и большая кроваво-красная луна манила его к себе.