Украина: моя война. Геополитический дневник - Александр Дугин

Причину такого апрельского поворота, который привел в конце концов к ультимативному отзыву Стрелкова, до конца понять трудно. И здесь есть много версий. Но кое-какие стороны всей ситуации сегодня прояснились. Все нижеследующее не отвечает на вопрос, почему так произошло, но описывает, как произошло то, что произошло.

Раскол в российских элитах: патриоты и манипуляторы

С самого начала Евромайдана в российском обществе определилось ядро тех патриотов, которые первыми осознали смысл и глубину неизбежных геополитических изменений. На уровне крупного бизнеса среди православных магнатов, близких к Путину, одной из важных фигур, с самого начала занявшей строго патриотическую позицию, был Константин Малофеев, ранее известный больше своими связями с православной церковью и благотворительными проектами (фонд Василия Великого). Он, будучи близким к Аксенову и другим лидерам пророссийского крымского сопротивления хунте, инициативно включился в ситуацию по Крыму. Он и его близкие друзья и коллеги Игорь Стрелков и Александр Бородай принимали в крымских событиях самое деятельное участие, что завершилось триумфальным воссоединением, которому рукоплескала вся Россия, за вычетом лишь пятой колонны. Вполне логично, что и на следующем этапе Малофееев стал одним из главных фигурантов в борьбе за Новороссию. Этим объясняется и Стрелков, и Бородай, и «вежливые люди» в Славянске, и сама тематика православия, русской идентичности и евразийской геополитики, которая доминировала в донецкой Революции. Малофеев оказался хотя и теневой, но ключевой фигурой продолжения Русской Весны. Практически той же позиции придерживался советник президента РФ Сергей Глазьев, также игравший на ранней стадии важную роль. Параллельно с этим далеко не сразу к этой же теме подключились силы шестой колонны с ее политтехнологами, аналитиками и аппаратными возможностями, которые начали кампанию по активной дискредитации сторонников оказания активной помощи Новороссии и введения туда миротворческих сил. Так со стороны Москвы наметилось две линии по Новороссии — жестко патриотическая (Малофеев/Стрелков) и двусмысленно-технологическая (типичная «сурковщина»). При этом еще в апреле 2014-го преобладала линия Малофеева, тогда как с мая позиции шестой колонны стали все более и более укрепляться. Это было напрямую связано с изменением отношения к Новороссии со стороны Москвы. Поддержка была, но она была недостаточной ни для обеспечения права на жизнь мирных граждан, ни для силового перелома, ни для великого наступления. Шестая колонна работала против Русской Весны и постепенно все более и более преуспевала в этом. Так, на раннем этапе был оттеснен на второй план Сергей Глазьев, а затем и вообще устранен от дел.

Аппаратная победа и ее цена

Показательно, что 2 июля 2014-го в программе «Политика» позицию по отзыву Стрелкова/Бородая открыто озвучил ультралиберал, близкий даже не к шестой, а к пятой колонне Игорь Юргенс.

Вскоре после этого в Донецк направляется под охраной близкого к Ринату Ахметову полевого командира Ходаковского политтехнолог Кургинян, который в маниакальной манере начинает обвинять Стрелкова и вообще всех лидеров донецкой Революции во всех смертных грехах — вплоть до «заговора против Путина». Отсутствие фактов и аргументации заполняется океаном кургиняновских слюней и одержимостью его интернетовской секты. Параллельно Кургинян также клевещет на Малофеева, который не был тогда публичной фигурой, что однозначно указывает на полученный им заказ. Кургинян, как и Юргенс, требует отозвать Стрелкова, параллельно давая Вашингтону шанс обвинять Москву в поставках вооружений ополченцам и в том, что у них якобы «была система «Бук», из которой мог быть сбит малайзийский «Боинг-777». В начале августа директивы Юргенса и истеричные ультиматумы Кургиняна стараниями шестой колонны были реализованы. В этот же момент мандат Малофеева на Новороссию был отозван. Он был отстранен от этого направления, и вся полнота политического кураторства сосредоточилась в руках чиновников и олигархов шестой колонны.

Представители шестой колонны одержали аппаратную победу. Отныне от лица Москвы политическую ситуацию в ДНР и ЛНР они курируют безраздельно. Либерал Юргенс и театральный Кургинян имеют все основания радоваться: их требования выполнены. Но давайте посмотрим немного в будущее. Чем чревата эта «аппаратная победа»?

Путин показал, что он не готов идти до конца в битве за Русский Мир. И можно предположить, что для такого его решения у него есть веские основания. Не знаю, насколько у него есть пресловутый «хитрый план», но основания для отказа от радикальных и логически последовательных действий в Новороссии у него точно должны иметься. Я думаю, в равной мере ошибаются и те, кто полагает, что «Путин все рассчитал заранее», и те, кто в истерике утверждает, что «Путин всех предал». Путин не бросил ДНР и ЛНР, так как без поддержки они едва ли смогли бы выстаивать даже в том состоянии, в каком находятся сегодня. Но не принял Путин и последовательно патриотического сценария, предлагаемого Малофеевым и олицетворяемого Стрелковым. Потеря ДНР и ЛНР будет означать для России не просто моральное поражение, но угрозу броска войск хунты на Крым, а значит, прямой войны, чего, судя по всему, Путин всячески стремится избежать. Поэтому Путин в сложной ситуации. И в этой ситуации политтехнологические трюки и откровенный маразм Кургиняна совершенно непригодны. Убрать Стрелкова и устранить Малофеева у шестой колонны сил хватило. Но предложить внятный сценарий по Новороссии, который отвергал бы при этом прямое патриотическое решение введения миротворческих войск, ему не может никто. Поэтому победа чиновников шестой колонны — пиррова победа. Чтобы отстоять Донбасс, Россия должна оказать ему серьезную силовую помощь. Но это и есть «введение миротворческого контингента» в той или иной форме. Но тогда встает вопрос: зачем надо было устранять патриотический полюс? Если Новороссию принудят к сдаче Киеву, это будет катастрофой для России, и за подобный исход награды ожидать трудно.

После исключения из позиционной битвы за Новороссию патриотического полюса Путин утратил одну из опор, которая в его стратегии была чрезвычайно важной. Теперь между событиями в ДНР и ЛНР и им самим идет «прямая линия», а следовательно, вся ответственность ложится непосредственно на него. При этом поскольку шестая колонна ориентирована на переговоры с хунтой и на включение в разрешение ситуации украинских олигархов (в первую очередь Ахметова, но не только), то это автоматически проецируется и на самого Путина.