Украина: моя война. Геополитический дневник - Александр Дугин

Если бы логика сурковских «невводил» была хотя бы отчасти оправданной, полтора месяца участия военных сил РФ («доказательства» чего приводят множества украинских СМИ) было бы вполне достаточно, чтобы «втянуть Россию в войну». Но ника кого оживления в рядах НАТО и даже в США мы на этот счет не наблюдаем. Все ограничивается военными советниками, некоторой технической помощью, определенной финансовой и дипломатической поддержкой. С социологической точки зрения существует не то, что существует, а то, что общество думает, что существует. Для Киева «российские войска на территорию Украины введены». Силовой баланс последнего месяца показывает, что Новороссия действительно получила существенную поддержку. Отсюда и прорыв осады Луганска и наступление на Мариуполь. Война идет, в глазах Киева «войска введены», а вот Запад вмешиваться не собирается. Возникает вопрос: если «войска введены», а складывается впечатление, что это сейчас именно так, то почему этого не признает ни одна из сторон? Вернее, почему, постоянно заявляя об этом и приводя тысячи доказательств, Порошенко на этом не настаивает так, как должен был бы?

Этому есть несколько объяснений. Украинская драма обнажила теневую структуру силовых линий международной политики, которая строится вокруг следующих ключевых идейно-стратегических центров:

1. Американские ястребы, империалисты (неоконсерваторы) в США. Они стоят за радикальные действия против России, за втягивание Москвы в открытую войну и максимальное противодействие России вплоть до прямого конфликта. Они мыслят цивилизационно: Россия для них абсолютный враг. На Майдане они были представлены Викторией Нуланд, супругой Роберта Кэйгана, одной из главных фигур в лагере неоконов. С украинской стороны в эту структуру входят Коломойский и «Правый сектор», как наиболее радикальное крыло русофобского неонацистского атлантизма.

2. Вторым полюсом является глобалистский think tank CFR, который в целом солидарен с антироссийской атлантистской геополитикой, но предпочитает не вступать с Россией в прямой конфликт, действуя обходными маневрами и переговорами. CFR продвигает цветные революции, развертывает либеральные сети, борется со всеми традиционалистскими движениями и тенденциями, но при этом старается действовать преимущественно с помощью мягкой силы, обманом и подкупом, лестью и ложью, спойлерами и симулякрами, а не прямым насилием. CFR представлена фондом Сороса, Ротшильдами, Киссинджером, Бжезинским. В Киеве к этой сети CFR относятся Порошенко и Яценюк, хотя Тимошенко изначально была ближе к неоконам. И сейчас, когда Яценюк сдвинулся с Порошенко, Тимошенко, в свою очередь, сближается с Коломойским.

Как обычно, у этих двух центров принятия решений в США различные сценарии внешней политики, а сама внешняя политика на выходе представляет собой баланс этих двух проектов, их результирующий вектор.

На Украине ястребы давят на Россию и требуют максимально жестких мер Запада, а CFR пытаются договориться с Путиным, обещают признать Крым в обмен на слив Новороссии и всячески противодействуют вводу российских войск или, по меньшей мере, признанию этого факта (если уж самого ввода избежать невозможно).

У неоконов в России своей сети нет, разве что крайние либералы в духе покойной Новодворской, Борового или Навального. Но они выступают не в роли консерваторов, а в роли радикальных русофобов типа Илларионова. На ситуацию они никак не влияют.

Но симметричным аналогом американских неоконов могут выступать российские ястребы, изначально призывавшие к силовому решению, освобождению Новороссии от хунты и к походу на Киев. Этот полюс также мыслит цивилизационными категориями и отказывается от каких бы то ни было соглашений и сделок с Вашингтоном, как от сделок с дьяволом. Олицетворяют этот полюс Игорь Стрелков, руководство ДНР, ряд силовиков и влиятельных близких к Путину православных бизнесменов. Для этого патриотического полюса в российской элите введение войск изначально было наиболее приемлемым вариантом, так как они были абсолютно уверены в том, что никакой войны с США и НАТО за Украину не последует, что вводить войска так или иначе придется, а санкции против России и ее демонизация последуют в любом случае.

Таким образом, поле ястребиной геополитики выглядит следующим образом:

— центр в США (неоконы);

— украинские субимпериалистические прокси (Коломойский, «нацгвардия») и противоположный им симметричный полюс в России: Стрелков и его единомышленники во власти.

Теперь CFR:

— в США, как обычно, полюс и главный центр управления;

— в Киеве — Порошенко.

А в России? А вот тут самое интересное. CFR имеет в России разветвленную сеть агентуры, уходящую еще в 70-е годы — в Венский институт системных исследований, в СВОП 1990-х годов, затем в значительную часть российской элиты (либералы) — вплоть до посещения штаб-квартиры CFR в Нью-Йорке С. Б. Ивановым и Д. А. Медведевым, то есть кандидатом в преемники Путина и самим преемником (уже в статусе президента РФ). Официальным представителем в России является глава «Альфа-групп» Михаил Фридман. Окружение Медведева (в первую очередь И. Юргенс и т. д.) принадлежит к этой же сети, которая мечтала получить второй срок Медведева и была болезненно удручена возвращением Путина. Она же содействовала уже откровенной пятой колонне предателей на Болотной, но быстро поняла, что проиграла, и предпочла снова вписаться в путинскую команду.

CFR в России изначально действовал в интересах глобальной финансовой олигархии, исполняя проект Вашингтона по сдерживанию Путина в любой точке, где его можно было остановить после Крыма. В Крыму Путин дал карт-бланш российским ястребам, и именно там появился Стрелков, одним из первых поддержавший Аксенова и в значительной мере осуществивший изящную операцию «вежливых людей». CFR внутри России не успел ничего возразить и был вынужден признать Крым. Но подъем Новороссии и включение в дело Стрелкова представляли угрозу для всей этой проамериканской сети, объективно выползающей на поверхность и подлежащей ликвидации в случае успеха российских ястребов. Так дала о себе знать шестая колонна. Ядро ее институционально входит в сеть CFR. Любопытно, что на высоком уровне российской власти в этом же ключе действует и старомодная классическая масонерия, пустившая корни в России еще в 1990-х (от Рогачева до Трубецкого и Кондякова), хотя сам CFR, также изначально являвшийся масонской структурой, давно оставил работы, ритуалы и градусы. Эта сеть в Новороссии объявила войну патриотам-ястребам. С середины мая начался саботаж поддержки Стрелкова в Славянске, достигший апогея к середине июня. Тогда же разразилась кампания «невводил», состоялось мое увольнение из МГУ, произошла покупка патриотических пабликов и ряда патриотических лидеров. CFR стал вести дело к переговорам и замирению по линии Москва — Новороссия — Киев — Вашингтон. Это была карта глобалистской геополитики (под кураторством CFR).