Попаданка на десерт, или Любовь в Новогодие - Наталия Журавликова

ЭПИЛОГ 2. Лиза

– Дионисс! Адонисс! Почему вы опять измазаны шоколадом? — если бы мой взгляд мог обращать в камень, тут вся кухня уже была бы заставлена истуканами, а не шоколадными василисками.

– Мам, мы немного продегустировали торт! — послышался голос извечного адвоката, Аполлонисса.

Да, я назвала своих детей именами греческих богов. Девчонки, конечно, посмеялись, но вот Снежане идея понравилась. Муж удивился, насколько земные имена похожи на здешние, уточнил на всякий случай, не являются ли они названиями десертов и дал мне полную свободу действий.

Во время беременности я со страхом смотрела на живот, который, казалось, становился больше с каждой секундой.

– Тарис, — завывала я примерно раз в час, — а пятерня - это стандартный показатель для василисков?

– Пятерня у тебя на руке, — обстоятельно отвечал мой коронованный муж, — а у василисков может родиться любое количество детей, возможно у нас вообще будет шесть или семь сразу.

Впрочем, он скоро перестал так шутить, потому что сам себе начал верить. Да еще однажды я спросила, что он собирается делать, если я рожу ему десятерых сыновей одновременно. Королевств на всех не хватит. Академию мне пришлось заканчивать почти дистанционно, по причине беременности. Но в репетиторах недостатка не было.

Появление троих близнецов мы приняли с радостью. И некоторым облегчением, чего уж скрывать. Не так давно мальчикам исполнилось по пять лет и супруг принялся намекать, что ему хотелось бы еще и дочерей.

Нет, вы только подумайте, он так и сказал! Дочерей! Во множественном числе. Эти василиски умеют останавливаться вовремя?

Я смотрела на разоренный торт “Прага” и думала о том, что от трех девочек была бы явная польза. Помогли бы новый испечь. Потому что этот явно не подойдет для званого ужина в моем новом ресторане.

Мечта, которой не суждено было сбыться на земле, исполнилась здесь, в Атраморе. Собственный ресторанчик домашней кухни с лучшими в Ассилианской империи десертами.

За годы счастливой семейной жизни я не раз вспоминала мой прежний мир, где остались родители. Тяжелее всего было думать, что они беспокоятся и считают меня пропавшей без вести.

Мой дорогой Кантарисс, узнав, что меня так сильно беспокоит, поговорил с отцом и Вазилисс разрешил подать весточку “на ту сторону”. Потому что император сам ценит семейные традиции. Один раз, после свадьбы, мы выбрались к моим в гости.

Теперь на родине все думают, что у меня муж-иностранец. И живем мы где-то в Австралии. Может, когда-нибудь и с детишками в гости приедем. Мало ли, чего только в жизни не бывает.

– Что у вас тут стряслось? — в кухне появился глава и гроза всего семесемейства, его величественное высочество Кантарисс первый. — И не врать, не забывайте, что я вас всех вижу как открытую книгу.

– Кроме мамы, — подсказал Дионисс.

– Мог бы не напоминать, тем более мы с вашей мамой в одной команде, — Тарис подмигнул мне.

– Торт, который я приготовила для твоей семьи, уничтожен, — вздохнула я.

– А шарлотка осталась? — встревоженно спросил муж.

К этому лакомству он до сих пор относился с особым трепетом и считал его очень романтичным. Наверняка одну из наших дочек будут звать Шарлотта.

– Достаточно, — кивнула я.

– Это главное. И еще, распорядись приготовить побольше червивого мяса… которое ты называешь макароны по-флотски. Не понимаю, почему его так обожают близнецы и их семейства… Возможно это какой-то ваш земной приворот.

– Наша земная кухня вообще приворот, — проворчала я, — мне до сих пор кажется, что Ассилианские блюда разнообразием не изобилуют.

– Зато местные мужчины очень оригинальные, — промурлыкал этот змей-искуситель мне в ухо и ущипнул за чувствительную часть тела. Он так мстит за невосприимчивость к его магии.

– Жози, сколько нужно тарталеток на вечер? — в дверном проеме появился Эскалор, помощник шеф-повара, то есть меня. А по факту на нем сейчас лежала основная работа. По привычке он упрямо называл меня Жозериль.

Кухня ресторана разделена на две части. Маленькая - моя личная. Большая - для всех. Вот такая я недемократичная. Просто не люблю, когда в процесс готовки кто-то вмешивается, это волшебство.

Даже не волшебство - магия. За эти годы выяснилось, что блюда, которые я готовлю, обладают целительными свойствами. Особенно если я использую свое свечение.

Когда важная комиссия разбирала тот эпохальный случай с попыткой приворожить принца, верховные маги пришли к выводу, что зелье не имело слишком поражающего воздействия не только потому, что Кантарисс полюбил меня еще пока вытаскивал из фонтана. Сыграли роль мои волшебные руки, которыми я готовила блюда, прежде чем запустить туда очередной компонент.

А еще всякие мелочи, вроде той, когда я почесала свой затылок пучком заговоренных для принца трав или он стер мою слезу со щеки.

В этой битве магии я могла победить, может быть даже не подвергая риску свою жизнь. Но это неточно.

Что еще рассказать о судебном процессе? Он закончился и Кормилла приговорили к заключению в главном остроге Кралиона. Не знаю, в виде человека или каменной статуи, решение по его поводу принимал лично император. А Элевилль коротает дни на Гранитном острове, в заведении закрытого типа, похожем на женский монастырь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍