Попаданка на десерт, или Любовь в Новогодие - Наталия Журавликова

– Умеешь ты все испортить, — буркнул крокодил.

– К сожалению, нет, — вздохнула я, — на этот раз это сделала ваша племянница. Вы в курсе, что она уничтожила отворот?

Я повернулась к безопаснику. Он выглядел очень торжественным в праздничной форме.

– На самом деле, я точно не знаю, что она сделала, — сказал Кормилл, — я дал ей информацию и упомянул, что она может распорядиться ей по своему усмотрению. Вижу, девочка не растерялась. Элли больше похожа на свою бойкую мать, чем на моего брата-растяпу.

– Вы ей, верно, очень гордитесь.

– Не без этого. Но хватит обсуждать мою семью. Давай сделаем так, чтобы она как можно скорее расширилась.

И он протянул мне сосуд с зельем.

– Иди. Он должен выпить это, пока бьют колокола.

Колокола? Я подняла голову и увидела их. Вот же они, прямо под сводом, три больших металлических цветка, сияющих позолотой.

Пора, Лиза. И я двинулась навстречу своей незавидной судьбе.

Встав так, чтобы не попасть в траекторию движения пар, я смотрела на принца, который изящно вел в танце мою соперницу. В руке я крепко сжимала злополучную склянку. Десятая порция приворотного средства должна довершить магию.

Приняв средство, он «прозреет», поймет, что влюбился. И, скорее всего, тут же сделает ей предложение. Так и должно работать древнее колдовство. Моя миссия на этом будет выполнена.

Но что станет с моей душой, которая уже без остатка принадлежит принцу? Да, я сделаю все, чтобы окружение Тариса узнало о привороте. Сразу же. Насчет этого мои планы не поменялись.

Но… колокола ударили в первый раз и меня пронзило сомнение.

А если Тара устроит этот суррогат счастья? Он король. И в праве не послушать родственников, кроме отца-императора. Но к нему меня не допустят.

Передо мной стоял ужасный, тяжелый выбор: приворожить его к другой и смотреть на иллюзию чужого счастья или отказаться и умереть мучительной смертью.

На неверных ногах я подошла ближе.

– Лиза! — позвал меня Кантарисс. — Давай скорее свой отворот! Я хочу, чтобы мои глаза открылись, как надо, именно сейчас.

– Поторопись, Жозериль, — вторила ему Элевилль, — уже третий удар колокола. Принц должен успеть выпить лекарство до последнего.

Я была уже совсем рядом.

Смотрела в его глаза. Изумрудные, яркие. Сияющие в ожидании любви.

И поняла, что нет вариантов, просто нет.

Он протянул руку, чтобы взять у меня стеклянную склянку с розоватым зельем. Изнутри шло магическое сияние.

Вытащила пробку из горлышка.

Пятый удар.

– Ну, чего ты возишься! — это Элевилль. Потерпи, красавица. Сейчас все будет.

Шестой.

Принц чуть ли не выхватывал склянку. Его пальцы были уже в половине сантиметра от горлышка, когда я, все так же глядя в глаза Тарису, резко подняла посудину с зельем.

И приложила к своим губам.

– Что ты делаешь?! — закричали оба.

Но их голоса утонули в коллективном обратном отсчете.

– Пять! Четыре!

На вкус зелье было малиновым. Какая ирония. Вкус в тон моему платью.

Тягучее, сладкое, но с ноткой горечи. Оно вливалось в меня, и на счете “три” я почувствовала, что внутри словно зажгли костер.

Ни одна острая приправа не могла бы так печь. Десять перцев чили и то так не жгут.

Я будто горела изнутри, но не сомневалась, что сейчас это пламя вырвется наружу и поглотит меня, оставив горку пепла. Возможно даже малинового, чтобы не нарушать колористику события.

Стоять больше не могла, упала на колени, но продолжала пить зелье.

– Два! — отсчитывали радостные голоса.

С Новогодием, мой принц. Прости меня и будь счастлив обязательно. Теперь ты способен полюбить, кого захочешь.

– Лиза? Что происходит? — он пытался перекричать толпу.

Жгло даже пальцы ног. Кажется, на кончиках волос тоже есть рецепторы.

– Один!

По-моему, начитает дымиться платье. Перед глазами малиновая пелена. Я уже не различаю, где принц, а где Элевилль.

– С Новогодием! — крик перерос в рев.

Я высосала последнюю каплю и отбросила склянку.

Моя кожа горела. Не понимаю, по-настоящему или просто такие ощущения.

Меня подхватили сильные руки. Голос принца произнес: