Ковен озера Шамплейн - Анастасия Гор

– Знаешь, чего бы Виктория не хотела? Чтобы ее сын стал монстром и убил всех ее детей! – прорычала Рэйчел. – Ноа любил тебя… Как и Дебора. Как и другие. В какой момент ты так возненавидел их?! Все было хорошо… Это скверна… Она подчинила тебя себе. От Виктории в тебе уже давно ничего не осталось. Ты пустая оболочка, наполненная гнилью. Одри, уходи! – велела она мне тоном, не терпящим возражений, и махнула головой в сторону выломанной двери. Ее медные локоны всколыхнулись, когда она схватила с прикроватного столика керосиновую лампу и разбила ее.

Языки пламени уничтожают, уничтожают, уничтожают.

Масло расплескалось, и огонь тут же распространился везде: принялся лизать стены, шторы, старую потертую мебель, которой здесь, в заброшенной рыбацкой лачуге, было в избытке. Ее наверняка использовали как склад для рухляди, пока мы с Рэйчел не забрались сюда, сочтя это место идеальным обзорным пунктом. На лодке за десять минут можно было домчаться до середины озера, чтобы разглядеть в бинокль ковен. Рэйчел не хотела соваться туда, не удостоверившись, что все тихо и дом необитаем. Но кто же знал, что не спешка стала нашим роковым упущением, а ожидание? Пока мы готовились штурмовать родной дом, Джулиан следил за нами.

Теперь он стоял посреди заставленной комнатки, где располагались и ванна, и кухня с газовой плитой, и две узкие постели. Он не обращал внимания ни на жар, подступающийся к нему, ни на меня, пятящуюся к выходу. Всем его существом завладела заветная книга.

– Не делай этого, – зашептал Джулиан, медленно приближаясь к Рэйчел, зажатой в углу. – Ты пожалеешь…

– Я все равно умираю, – процедила она, бледная как полотно, и отняла руку от живота, показывая рубиновую и мокрую насквозь майку. – Так хотя бы подпорчу тебе не только улыбку, но и планы на будущее.

Джулиан задумчиво тронул кончиком языка место, где раньше находился передний зуб, и усмехнулся:

– Гримуар невозможно уничтожить. Как еще, по-твоему, он дожил в идеальном состоянии до наших дней? Защитная печать…

– Одри сняла ее.

Джулиан замер, но не повернулся ко мне. Лишь челюсть его клацнула, что не предвещало ничего хорошего.

– Любопытно… И что теперь? Ты лишишь Верховную главной реликвии ее рода? Гримуар ведь нужен не только мне. Одри не сможет обучаться без него…

– Да, не сможет, и это освободит ее от тебя хоть на какое-то время.

Рэйчел покачивалась от бессилия, босая, перепачканная в крови и саже. Она слишком любила мою мать, чтобы дорожить своей жизнью больше, чем моей.

– Одри. – Рэйчел поймала мой взгляд, затуманенный слезами. – Ты справишься. Беги!

Я затрясла головой, отказываясь двигаться с места, но Рэйчел уже все решила за меня. Она глубоко вздохнула и с размаху бросила книгу в огонь, в котором трещали осколки лампы.

– Нет! – Крик Джулиана сотряс воздух, и он с ревом бросился на Рэйчел, уворачиваясь от всполохов и хватая ту за горло. Раздался хруст, но было поздно.

Магия, хранящая гримуар в первозданном виде столетиями, делающая его неуязвимым для влаги и огня, лопнула, и брызги ее выстрелили во все стороны.

Оставшиеся керосиновые лампы полопались, и огонь превратился в бушующий смерч. Что-то в подвале засвистело, как вскипевший чайник, и я выскочила из дома за миг до того, как все взлетело на воздух.

Скатясь вниз и отбив колени о лестницу, я перевернулась на спину и взглянула на некогда уютный домик, разрушенный магией и пожаром.

В тот момент я не думала, успел ли выбраться Джулиан, – уповать на его смерть было бы слишком наивно. Я сидела на песке и смотрела, как сгорают все мои вещи вместе с тысячелетней книгой. Там, под проломившейся крышей, сгорала и моя семья.

Шрам на предплечье заныл, белея. Он стал надгробием, а мое тело – кладбищем. Лицо, запятнанное сажей, обжигал жар огня. Запах сгорающей плоти и пергамента.

Языки пламени уничтожают, уничтожают, уничтожают.

Они сожрали все, не оставив ничего от моей души, и я закричала.

* * *

К счастью, закричала я лишь во сне. Открыв глаза, я сфокусировала взгляд на выбеленном потолке, с которого на меня смотрели флуоресцентные звезды: до того как перейти в распоряжение Коула, комната принадлежала моему старшему брату Маркусу. Подушка пахла медовым печеньем и корицей, а наше с Коулом спальное одеяло накрывало меня.

За окном было уже светло. Собирая по осколкам фрагменты памяти – Ривер-Хейтс, религиозные фанатики, Ферн, телепортация, призраки прошлого, – я осмотрелась и выругалась, поняв, что все было взаправду.

– Ну и задам же я им трепку! – пробурчала я себе под нос, садясь в кровати, но тут же схватившись за голову. Очевидно, я нехило приложилась затылком о лестницу при падении. – Ох, черт… Ладно, сначала выпью аспирин. Трепка подождет.

В ногах что-то зашевелилось и протяжно мяукнуло, выражая согласие. Огромный рыжий кот подмял под себя мои ступни, вибрируя, как массажер.

– Привет, толстая буханка, – улыбнулась я, дотягиваясь до Штруделя, чтобы почесать его за ушком и услышать довольное урчание. – Ты был здесь со мной все это время? Хороший мальчик!

– А я?

Я застонала от новой вспышки боли, слишком резко повернувшись. Под сводом витражного окна сидел Коул, растирая заспанное лицо. На нем была старая рубашка Исаака в зеленую клетку, из-за которой он сливался с пестрой обивкой дивана.

– Я тебя не заметила, – смущенно призналась я. – В этой рубашке ты слишком похож на дедушкино кресло.

Коул опустил взгляд, но ему оставалось лишь гадать, как ужасно она сидит на нем, раз я спутала его с предметом интерьера.

– Хм, может, эта рубашка наконец-то отпугнет от меня Диего? – Коул улыбнулся, но ответной улыбки не получил. Будто почувствовав это, он поджал губы и выпрямился, пока я распутывала плед. – Ты злишься?

– А сам как думаешь?

– На улице шторм. – Коул повернулся к окну, прислушиваясь, и раскат грома прокатился по берегу Шамплейн. – Так что, полагаю, да.

– Гениально, Шерлок.

Я даже не пыталась скрыть яд, сочащийся в моих словах. Мне все еще не верилось, что до такого можно было додуматься! И это непонимание кипело внутри, требуя немедленного выхода, чтобы не разорвать меня.

– На какую еще реакцию ты рассчитывал? – спросила я, и Коул потупился. – Ты сговорился с Диего за моей спиной и воскресил из мертвых члена моей семьи, даже не предупредив об этом! Я ведь не рассказывала, как именно умерла Рэйчел. Это стало ужасной трагедией для меня. Я знала, что когда-нибудь освою некромантию и смогу вызвать ее сама, но я бы никогда