Архангельские былины и исторические песни, собранные А. Д. Григорьевым. Том 3 - Александр Дмитриевич Григорьев

Васильевиц,

15. Куды маменьку девал Марью Ондреяновну?..» —

«Ты не плаць-ко, не плаць, да князьё дитятко:

Как возьму-то, возьму да вам молоду матерь!» —

«Как не нать-то, не нать да молода мати;

Нам нать, нам нать Марья Ондреяновна!

20. Уш ты, батюшко Роман да сын Васильевиц,

Куды мамушку девал Марью Ондреяновну?..» —

«Ты не плаць-ко, не плаць, да князьё дитятко:

Я возьму-то, возьму вам молоду матерь!» —

«Не нать-то, не нать нам молода матерь:

25. И нать-то, нам нать Марья Ондреяновна!»

Мартюшина Парасковья Ивановна

Парасковья Ивановна Мартю́шина — крестьянка дер. Тигляевой, Юромской волости, 58 лет (по ее словам; а по метрическим записям у священника, 64 лет). Она очень бойкая старуха, за словом в карман не полезет, любит шутить. Она замужем: муж ее жив, старшему их сыну 33 года, среднему 32 и младшему 30. Один их сын служит во флоте и бывал в чужих странах. Она пропела мне две старины: 1) «Купанье и бой Добрыни со Змеем» и 2) «Отьезд Добрыни и неудавшаяся женитьба Алеши Поповича». Старины она выучила у своего дяди в Кельцемгоре, откуда родом (выше Юромы по течению р. Мезени). Кроме того, она знала старины: 1) «Дунай», 2) «Василий Буслаевич» («Не на Волхове»), а также про Змея Горынища (Егорий спасает девицу от Змея, — т. е. духовный стих); но «Дуная» я не хотел уже записывать. Пела она громко и с толком.

408. Купанье и бой Добрыни со Змеем

Да было во городи в Романови

Ище был-жыл Микита-то Романовиць.

А состарылса Микита да и преставилса.

Как осталась у Микиты дак любима семья,

5. Любима-та семья да молода жона;

Как осталось у Микиты да цядо милоё,

Ище милоё цядышко любимоё,

Молодой-ле тут Добрынюшка Микитиц млад.

Ище стал-ле тут Добрынюшка на возрости,

10. Бытьто младой есён сокол на возлети.

Он и просит у матушки бласловленьиця:

«Бласлови-тко меня, мамушка родимая,

Мне-ка съездить Добрынюшки во цисто полё

Посмотреть мне Добрынюшки людей добрые,

15. Показать мне Добрынюшку самому себя!»

Как дават-ле ему да бласловленьицо:

«Ты поедёш, моё дитятко, во цисто полё

Ты ко синёму морю да ко Студёному,

К самофирю*, белу каменю, ко Латырю.

20. Как захоцицьсе, дитятко, купатисе, —

Ты купайсе, Добрынюшка, на первой струи,

Уш ты плавай, Добрынюшка, на фторой струи,

Ты не плавай, моё дитятко, на третью струю:

Как третья-та струя да тут отностива!»

25. А пошол-ле Добрынюшка наконюшын двор;

Выбирал тут Добрынюшка коня доброго;

Он седлал-ле, уздал да скоро-наскоро,

Он двенаццэть потпружынок потстегивал,

Он тринаццэтую — церес хребётну сте<п>ь*[151],

30. Он не ради басы, да ради крепости.

Только видели: Добрынюшка в стремяна ступил,

А не видели поески да богатырьскоей.

Как приехал Добрьшюшка во цисто полё

Как ко синёму морю да ко Студёному,

35. К самофиря[152], белу каменю, ко Латырю.

Он веть ставил коня да ко сыру дубу.

Скиновал он своё платьё да богатырьскоё,

Ище клал тут он платьицо пот сырой дуп<б>,

Оставлял на буйной главы пухоф колпак.

40. Ище плавал Добрынюшка на первой струи,

А плавал Добрынюшка на фторой струи.

Боготырьско-то серьцё заплыфьциво:

Выплывал тут Добрынюшка на третью струю.

Как третья-та струя была относлива:

45. Отнёсло тут Добрынюшку на синё морё

Как под горы-пешшоры да г змею лютому.

А не темная туця да накатиласе,

Как не оболоко да навалилосе, —

Налетело Змеищо да зло Горынищо.

50. Ище сам он говорит да таковы слова:

«Как святы оцци писали, да прописалисе:

Как сказали: “От Добрынюш(к)и змее смерть прыдёт”,

А тепереце Добрынюшки смерть случаицьсе».

Говорыл-ле тут Добрынюшка таковы слова:

55. «Уш ты ой еси, Змеищо да зло Горынищо!

А над нагим ругацьсе — да що над мёртвым же;

Ище дай-ко мне выплыть да на крут бережок,

Ище дайте мне Добрынюшки поправицьсе!»

Выплывал тут Добрынюшка на крут бережок;

60. Зацерпал тут пухоф колпак полон пяску,

Ище шып он Змеища по хоботам, —

Он отшып у люта змея три хобота:

Ище пало Змеищо да на сыру землю.

Как садилсэ Добрынюшка на люта змея,

65. Он веть хоцёт пороть да груди церныя,

Он веть хоцёт вымать да ретиво серьцё.

Говорит тут Змеищо да таковы слова:

«Не пори-тко мои да груди церныя,

Не вымай-ко моё да ретиво серьцё.

70. Подарю тебе подароцьки великия:

Подарю тебе рубашику полотняну,

Ище ввек та рубашка да не износицьсе;

Подарю тебе сапошки сафьяныя,

Ище ввек сапоги эти не истопцюцьсе;

75. Подарю я тебе да тут добра коня;

Подарю я-ле тебе да красну девицю,

Ище князю Владимеру племянницю!..»

Роспорол тут Добрынюшка груди церныя,

Как вымал тут Добрынюшка ретиво серьцё;

80. Он розрезал веть тулово змеиноё

Как во те же цереньё да во ножёвоё, —

Розметал он по далецю цисту полю.

Ище взял тут Добрынюшка добра коня,

Ище брал тут Добрыня да красную девицю.

85. Они сели на добра тут коня, поехали

Ко своей-ле он матушки родимоей.

87. Ище были тут радости великия.

409. Отьезд Добрыни и неудавшаяся женитьба Алеши Поповича

А срежаицьсе Добрынюшка во цисто полё,

Сподоблеицьсе Микитиць да во роздольицо.

Он своей-то жоны да право наказыват,

Он Настасьи Викулисьни наговарыват:

5. «Пожыви-тко ты, Настасьюшка, шестъ лет поры.

Как не мош ты Добрынюшу дождатисе, —

Хош взамуш поди, да хош вдовой сиди.

Ты за князя поди, хош за боярина,

Хош за сильнёго-могучёго богатыря,

10. За того же мужыка да за богатого;

Не ходи ты за Олёшу да за Поповиця:

Олёша силой-то не силён, да он напуском смел,

Он напустит на ровнюшку спесивую!»

15. Ище прошло-ле тому времецьку