Седьмой свиток - Уилбур Смит

Однако вертолет от этого удара перевернулся. Теперь он мчался носом вниз, к земле, которая была всего в четырехстах футах. «Толстая Долли» продолжала ровный подъем под крутым углом, а пилот старался вернуть управляемость своей сошедшей с ума машине. В двухстах футах над землей мощный поток, выбрасываемый турбовинтовыми двигателями «геркулеса», каждый в 4900 лошадиных сил, ударил вертолет с силой обрушившейся лавины.

Как сухой лист под осенним ветром, вертолет, крутясь, понесся в воздухе, и когда он ударился о землю, его двигатели все еще работали в полную силу. От соприкосновения с землей фюзеляж смялся, как лист алюминиевой фольги для запекания мяса, и Ного умер прежде, чем взорвались топливные баки, а «джет-рейнджер» обратился в огненный шар.

Как только Джанни достиг высоты, достаточной для маневрирования, он направил «Толстую Долли» к северу, и они смогли увидеть под крылом самолета уходящий вниз аэродром. Столб черного дыма от горящего вертолета клонился в сторону под легким западным ветром.

— Ты сказал, это были уроды? — задумчиво спросил Джанни. — Что ж, тогда хорошо, что упали они, а не мы, верно?

Когда Джанни вывел «Толстую Долли» на северный курс и они полетели над пустынными суданскими равнинами, Николас вернулся в основной отсек.

— Давайте устроим раненых поудобнее, — предложил он. Сапер с Ройан отстегнули ремни и отправились вместе с ним ухаживать за людьми, лежащими на носилках.

Через некоторое время Николас оставил своих друзей заниматься ранеными, а сам пошел в маленький камбуз за кабиной пилотов. Он открыл консервированный суп и нарезал хлеб, обнаруженный в холодильнике. Пока закипала вода для чая, англичанин вытащил свой маленький аварийный комплект и вынул из него нейлоновый мешочек, в котором хранились все лекарства. Из одного флакончика он вытряхнул на ладонь пять белых таблеток.

На камбузе он растолок таблетки в порошок и, налив две больших чашки чаю, подмешал его к заварке. В жилах Ройан текло довольно английской крови, чтобы ни в какой ситуации не отказаться от кружки горячего традиционного напитка.

Накормив раненых супом и хлебом, Ройан приняла из рук Николаса кружку. Пока они с Сапером прихлебывали чай, Харпер отправился в кабину пилотов и наклонился к Джанни.

— Сколько нам лететь до границы с Египтом? — спросил он.

— Четыре часа двадцать минут, — отозвался тот.

— А нельзя не влетать в египетское воздушное пространство? — поинтересовался Николас.

Джанни развернулся вместе с сиденьем и изумленно посмотрел на англичанина.

— Полагаю, мы можем повернуть на запад, через территорию Каддафи. Разумеется, это лишних семь часов лёта и у нас, вероятно, закончится горючее. Придется совершать вынужденную посадку где-нибудь в Сахаре. — Он посмотрел на Николаса, приподняв бровь. — Скажи мне, мой мальчик, что подвигло тебя на такой глупый вопрос?

— Просто шальная мысль, — ответил тот.

— Если она шальная, то пусть летит себе дальше, — посоветовал Джанни. — Я не хочу больше никогда об этом слышать.

— Забудь, — хлопнул его по плечу Николас.

Когда он вернулся в основной отсек, Сапер и Ройан сидели на койках, прикрученных к стене. Пустая чашка молодой женщины стояла на полу, у ее ног. Николас сел рядом с ней, и она легонько коснулась пропитанной кровью повязки на подбородке.

— Дай-ка я посмотрю на твою рану. — Ловкими прохладными пальцами Ройан касалась горячей воспаленной кожи, дезинфицируя швы спиртом, а потом заклеивая новым куском пластыря. Николаса охватило чувство вины, пока она так заботливо хлопотала.

Чай со снотворным первым подействовал на Сапера. Он лег на спину и закрыл глаза. Вскоре раздался его мощный храп. Через несколько минут Ройан в полудреме прислонилась к Николасу. Когда она крепко заснула, он осторожно опустил ее на койку, поднял ноги и прикрыл сверху покрывалом. Она даже не шевельнулась, и англичанина охватило некоторое сомнение насчет силы действия таблеток.

Потом он нежно поцеловал Ройан в лоб.

— Как бы я мог тебя возненавидеть? — негромко спросил он. — Что бы ты ни сделала.

Николас отправился в туалет и заперся изнутри. У него было довольно времени. Саперу и Ройан оставалось спать еще несколько часов, а Джанни и Фред сидели в пилотской кабине и радостно слушали Долли Партон.

Закончив, Харпер бросил взгляд на запястье и обнаружил, что ему потребовалось почти два часа. Он опустил сиденье и тщательно вымыл руки. Потом в последний раз окинул маленькую комнатку внимательным взглядом и отпер дверь.

Сапер и Ройан все еще спали на койках. Он прошел вперед, к кабине пилота, и Фред повесил наушники на шею и ехидно улыбнулся ему.

— Вода Нила ядовита. Ты просидел, запершись в туалете, последние пару часов. Удивительно, что от тебя хоть что-то осталось.

Николас не обратил на подначку внимания и перегнулся через спинку кресла Джанни:

— Где мы?

Пилот ткнул толстым пальцем в карту, лежащую на его обширном животе.

— Почти вылетели, — самодовольно заявил он. — Египетская граница через час двадцать.

Николас продолжал стоять за его креслом, пока Джанни не придвинул к себе микрофон, проворчав:

— Пора начинать спектакль. Алло, Абу Симбел! — проговорил он с акцентом побережья Персидского залива. — Это Зулус Виски Юниформ, пять-ноль-ноль.

Повисла долгая тишина. Египетский диспетчер полетов молчал.

— Небось у него в башне девушка, — проворчал Джанни. — Надо дать ему время натянуть штаны.

Башня контроля в Абу Симбеле ответила на пятый раз. Летчик воспользовался своим испытанным приемом, изображая дурачка, разговаривающего на каком-то диком арабском диалекте.

Через пять минут Абу Симбел дал разрешение следовать на север с инструкцией «снова выйти на связь на траверзе Асуана».

Они спокойно летели еще час, но нервы Николаса напрягались с каждой минутой.

Неожиданно, без малейшего предупреждения перед ними блеснула серебряная вспышка — прямо по курсу мелькнул истребитель-перехватчик. Джанни закричал от удивления и злости, когда появились еще два боевых самолета. Так близко, что их судно затрясло от завихрений воздуха.

Все сразу узнали истребители. Это были «МиГ-21», несущие на себе эмблемы египетских воздушных сил и снаряды «воздух — воздух», которые угрожающе висели под крыльями.

— Неопознанное воздушное судно! — закричал Джанни в микрофон. — Вы находитесь прямо по курсу, опасность столкновения. Назовите свои позывные!

Вытянув шеи, все уставились сквозь окна кабины на строй из трех «МиГов», кружащих высоко над ними в синем небе Африки.

— ЗВЮ 500. Говорит «Красный лидер» военно-воздушных сил Египта. Вы будете следовать моим приказам.