Экономика каменного века - Маршал Салинз

j Гипотеза о примитивных деньгах — предлагаемая с должными осторожностью и до-|ДИк.ииостью — состоит в следующем: они появляются в сочетании с необычным пр<" Обладанием сбалансированной реципрокности в периферийных секторах общественной жизни. Преимущественно они предназначены для упрощения интенсивной Сбалансированной торговли. Условия, благоприятные для внедрения примитивных ДС-ш», с наибольшей вероятностью создаются в той разновидности примитивных обществ, МОюрые называют «племенными», и маловероятно, что такие условия могут быть обес- Мечены локально-групповыми обществами или вождествами. Однако здесь сразу требу-цтся одна оговорка. Не во всех племенах складываются ситуации, благоприятные ДЛЯ |р<1йития «денежного» обмена, и не все племена пользуются примитивными деньгами j I нашем толковании этого термина. Возможности периферийного обмена максимально | реализуются только в некоторых племенах. В других преобладающей остается внутренняя ориентация.

j Во-первых, периферийный сектор становится сценой действия интенсивного обме-|И1, если этому сопутствуют региональные и межплеменные симбиозы. Особый экологи-|<Гский режим, способствующий производственной специализации племен, соответствующие семьи и общины которых находятся в торговых отношениях, возможно, "Лястся необходимым условием функционирования примитивных денег. Такой режим

Экономика каменного века

характерен для Калифорнии и Меланезии (о Южной Америке я не готов судить), а для других областей распространения племенных культур симбиозы не характерны и межплеменной (или межрегиональный) обменный сектор там сравнительно неразвит. Видимо, столь же важны обстоятельства, поощряющие отсроченный возврат при обмене и соответственно внедрение своего рода «жетонов», на время как бы консервирующих стоимость внутри себя. Производство предметов, подлежащих обмену во взаимозависимых общинах, неизбежно бывает не скоординировано по времени (напр., у жителей побережья хороший улов рыбы не всегда может быть сразу же возмещен эквивалентным количеством продуктов, традиционно поставляемых из внутренних районов). Здесь приемлемая для всех партнеров валюта во многом способствует взаимной зависимости — так, бусы из ракушек, скажем, полученные один раз в обмен на рыбу, могут быть в другой раз обращены в желуди (ср. Vayda, 1954; Loeb, 1926). Системы лидерства, организованные по модели бигменов, о чем как будто свидетельствуют материалы Меланезии, также могут делать отсроченный сбалансированный обмен функциональным. Племенной бигмен оперирует фондом власти, состоящим из пищи. свиней и тому подобного «добра», которое не может храниться в большом количестве в течение длительного периода. А в то же время, средства извлечения у производителей материальных ценностей, необходимых для обеспечения этих политических фондов, недостаточно развиты:

этого нельзя сделать быстро. Копить же постепенно при «предательских» климатических условиях технически затруднительно. Дилемма может быть разрешена путем «денежных» манипуляций: добро обращается в «жетоны», и подлежащие учету «деньги» вкладываются в ссуды и внедряются в обменные процедуры с тем, чтобы, когда настанет время, востребовать массовых поставок продуктов, потом раздать их и обратить все это богатство в статус.

Запоздалая мысль

Трудно сделать заключение с драматическим размахом. Развертывание очерка не драматично — это плавный путь к закату. И резюме было бы ненужным повторением.

Но есть любопытный момент, заслуживающий того, чтобы быть отмеченным. Здесь была представлена концепция, в которой «экономика» выступает главным образом как совокупность экзогенных факторов! Организующие принципы экономики искались где-то вовне. В той мере, в какой нам удалось найти их за пределами воображаемой гедонистической предприимчивости человека, удалось нам и выработать стратегию изучения примитивной экономики, представляющую собой нечто противоположное ортодоксальной экономической теории. Возможно, стоит посмотреть, как далеко заведет нас эта ересь.

йложгние А

Приложение А

втки о реципрокности Мпени родственной близости

Охотники и собиратели — В большинстве случаев у них границы между сферами реципрокности не так отчетливы, как у неолитических народов, однако вариации реципрокнос-in, связанные с межличностными различиями в близости родства, очевидны. Генералиэо-н.шная реципрокность чаще проявляется в конкретных обязанностях давать определенные нгщи определенным родственникам (родственные обязательства), нежели просто в альтруистических установках. Значительны различия и в зависимости оттого, что предоставляет-(н в качестве помощи: пища или предметы длительного пользования.

Ьушмены — 'Кунг называют недостаток щедрости или отказ дать что-то взамен подарСИ-Л ного «бессердечностью» — удачный выбор слова в контексте нашего исследования,

Три социально-материальных разграничения форм реципрокности обозначены I CMr'l тьо Лорны Маршалл (Marshall. 1961) об обмене у !кунг: 1) ряд близких родственников 1 стоянке, с которыми делятся мясом, часто в порядке традиционной обязанности; 2) Г лее дальние родственники на стоянке и другие бушмены, экономические отноШвЦ с которыми характеризуются «дарообменом» предметами длительного полыокй в более сбалансированных формах и взаимообменом мясом, близким к «дарообмен,.., 3) «торговля» с банту.* Материалы Маршалл очень содержательны и раскрывают (КИМ* действие различных социальных факторов и санкций, определяющих специфически! 1рлнсакции. Крупная добыча распределялась между членами стоянки «несколькими 10Л" нами». Первоначально тот, кто добыл дичь, распределял мясо среди участников ОХОТНИ" чьей экспедиции, выделяя часть на стрелу** . «На втором этапе распределения [здесь МЫ вюргаемся собственно в область реципрокности] фактором, определяющим характер Д»- лгжа, является близкое родство. Некоторые обязательства должны соблюдаться наиболее строго. Первейшая обязанность мужчины, как мы говорили, — выделить долю родителям жены. Он должен дать им лучшее, что у него есть, и с такой щедростью, К1КуЮ только можно проявить, выполняя при этом и другие первостепенные обязательстве — обязательства по отношению к своим собственным родителям, к своей жене и детям (11-метьте, что все они готовят мясо и едят его по отдельности). Одновременно он оставляет порцию и для себя, хотя от нее он должен отдавать куски своим братьям и сестрам, бр1-тьям и сестрам жены, если таковые присутствуют, и другим родственникам, свойстинни-кем и друзьям, которые находятся на стоянке. Возможно, это уже окажутся совсем Н(-большие порции. Каждый, получающий мясо, снова делится им на другой волне , распределения со своими родителями, родителями супруга (или супруги), самим супругом, с детьми, братьями и сестрами, а также с другими людьми. Мясо может быть уже приготовлено, а порции могут быть очень маленькими. Гостям, даже если они не ЯВЛЯЮТСЯ близкими родственниками или свойственниками, тоже дают долю этой добычи те ЛЮДИ) к которым они пришли в гости» (Marshall 1961, р. 238). За пределом круга ближих родственников раздача мяса — дело индивидуального усмотрения, при котором учитывают' СЯ дружба, обязательства отплатить за прежнюю услугу и другие обстоятельств!. Но (ТОТ • дележ существенно более сбалансирован. «При последующих волнах раздела, когда про* '

Ф. .« *»» f — групп* народов, населяющих большую часть Африки к югу от шестого градуса с*в. широты, . ч- ,.

"•иы часто ходят на охоту группами и при этой обмениваются стрелами. Существует обычай Ь долю добычи тому, кому принадлежит стрела, убившая животное (если на стрела и* При' Л* самому добытчику).

Экономика каменного века

шло первоначальное распределение и первостепенные родственные обязательства уже выполнены, дележ мясом из собственной доли отдельного человека можно квалифицировать как обмен. При этом общество !кунг предписывает только, чтобы человек отдавал с разумной щедростью, пропорционально тому, что он получил раньше, и не оставлял себе больше, чем того требует справедливость. Ожидается также, что каждый, получающий мясо в подарок, должен сделать ответный подарок когда-нибудь в будущем» (там же, р. 239). Маршалл применяет термин «дарообмен» применительно к обмену предметами длительного пользования; это распространено, и довольно широко, в группах !кунг. Никому не следует отказываться от таких подарков, и их всегда следует возмещать. Большинство актов дарения играет важную роль, принося желаемый социальный результат. Даже просто просьба дать какую-то вещь, как утверждал один !кунг, «воспитывает любовь» между людьми. Это означает: «он все еще любит меня, поэтому он просит». И Маршалл лаконично добавляет: «Я думаю, что это по меньшей мере создает нечто между людьми» (там же, р. 245). «Дарообмен» отличается от «торговли» как по форме реци- прокности, так и по принадлежности к социальному сектору. «При реципрокации [подарка] отдают взамен не такую же вещь, а что-то имеющее сопоставимую ценность. Промежуток времени между получением подарка и ответным даром может составлять от нескольких недель до нескольких лет. Приличия требуют, чтобы здесь не было неподобающей торопливости. Дарение не должно выглядеть как торговля» (там же, р. 244). Процедура торговли не уточняется. «Переговоры», однако, упоминаются; предположи-. тельно, это торг. Социальный сектор, во всяком случае, ясен: «!кунг не торгуют друг с дру­гом. Они считают такую процедуру недостойной и избегают ее, потому что она, очень вероятно, может возбуждать плохие чувства. Они, однако, торгуют с банту... В торговле с банту не все обстоит благополучно. Крупные, агрессивные и твердые в намерении иметь то, что хотят, банту легко запугивают бушменов. Некоторые информаторы !кунг говорили, что они стараются не торговать с гереро,* если этого можно избежать, потому что, хотя тсвана ** и пытались добиться для себя более выгодных условий торговли, гереро в этом отношении гораздо хуже» (там же, р. 242).