Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

— Этот человек сумел прикончить Утуцу Мудзюро, — встрял Юримару, который как оказалось всё слышал.

Эта реплика положила конец нашему разговору. Болтать при одном из вернейших приспешников Геммы совершенно не хотелось. Тем более, что очень скоро мы услышали звон стали.

Дзюбей не сражался, он убивал. Врагов было не счесть, но ему было на это плевать. Огонь в его душе полыхал и залить его можно было лишь вражьей кровью. Она обильно проливалась в тот день и на него, и на землю, и на стены окрестных домов, никто не был достойным противником наёмнику, хоть и состояли в клане ниндзя, а уж сейчас, когда тот был опьянён яростью и скорбью по Кагэро…

Однако ниндзя всё же были ниндзя, они не только пытались противопоставить Дзюбею свои мечи и кинжалы — в наёмника летели сюрикэны и метательные ножи, а один даже швырнул бомбы, начинённые порохом. Взрывом разнесло по черепку крышу, на которой в тот момент Дзюбей сражался с несколькими ниндзя. Он рухнул вниз в клубах едкого дыма и осколков черепицы. Наёмник тут же вскочил на ноги, однако шевельнуться не смог, на горле его сомкнулся нитяной аркан. Её хозяин дёрнул за другой конец и ноги Дзюбея оторвались от пола.

— Как просто, — произнёс приятный молодой голос. — Непобедимый Кирияма Дзюбей, прикончивший практически всех Демонов Каро, теперь висит в моей петле. Попался, как муха в паутину. — Голос мелодично рассмеялся.

Дзюбею показалось, что в него ударила молния. Тело его сотрясли мелкие судороги, одежда задымилась, на губах его выступила пена, перед глазами возникла алая плёнка. А в ушах всё звучал мелодичный смех.

Ни Дзюбей, ни Юримару, сосредоточившийся на генерировании в теле электричества и передачи его через нить в Дзюбея, не заметили появлении маленькой мышки с едва заметными швами по всему тельцу. Она кое-как проковыляла под ноги к Юримару…

Первый взрыв разнёс крышу дома, где воин, которого Гемма назвал, кажется, Дзюбеем, сражался сразу с несколькими противниками. Второй же (куда большей силы) не оставил от этого дома почти ничего. Строение буквально исчезло в громадной вспышке пламени. Однако сразу перед этим оттуда вылетел тот самый воин по имени Дзюбей, он прокатился по земле, сбивая с одежды языки пламени.

Кэнсин тут же шагнул ему навстречу, кладя ладонь на рукоять катаны.

В этот раз Дзюбею показалось, что и вправду сошёл с ума…

Синомори опять что-то перехимичил и взрыв получился куда мощней, чем ожидал Дзюбей. На куски разлетелась не только стена, ограждавшая монастырь, но и часть строения внутри, где помещались простые люди и их глава — отец (так обращаются к жрецам Веры) Сиро Такасаудо Амакудзо, почитаемый среди них живым святым.

Дзюбей прокатился по земле, сбивая пламя (загорелось-таки его кимоно), а когда вскочил на ноги увидел мальчишку с катаной в руках, по щеке его текла кровь (видимо, какой-то из осколков поранил ему лицо).

— Убирайся! — рявкнул на него Дзюбей. Он не собирался драться с этим сопляком, даже если тот вообразил себя воином. — Я сказал, пошёл прочь!!!

Мальчишка не сдвинулся с места, лишь принял некое подобие боевой стойки.

Дзюбей прыгнул на него, не обнажая клинка, однако мальчик довольно проворно выхватил катану и попытался рубануть Дзюбея. Тут сработали рефлексы опытного воина. Наёмник развернулся в полёте и коротко махнул катаной, которую и сам не заметил, как обнажил. За этот быстрый взмах он будет расплачиваться ночными кошмарами ещё долгие и долгие годы. Он прокатился по земле, едва не выронив катану, а перед глазами его стояло зрелище оседающего мальчишки с кровавой полосой через всю спину.

На сей раз за спиной юноши (он был несколько старше мальчишки, преследовавшего Дзюбея в ночных кошмарах) стоял человек в непривычной одежде и со странным мечом в руке.

— Так значит ты и есть тот самый Дзюбей, о котором говорил Гемма, — усмехнулся человек в непривычной одежде. — Работаешь на Токугаву?

— Скорее на себя, — мрачновато улыбнулся Дзюбей, принимая оборонительную стойку.

— Тогда проваливай! — бросил человек в странной одежде. — Мы — не враги тебе.

— Вы работаете на Гемму, — отмахнулся Дзюбей, — мне этого достаточно.

— Это он работает на нас, — отрезал странно одетый.

Эти слова послужили для Дзюбея сигналом к атаке. Он рванулся вперёд, делая быстрый выпад в горло мальчишке. Этот отчего-то показался ему весьма опасным, не смотря на юный возраст. И правильно. Батто-дзюцу такого класса Дзюбей видел лишь несколько раз за свою жизнь, полную поединков и сражений. Опытному наёмнику с трудом удалось увернуться от его меча, а следом и от вакидзаси. Помимо батто-дзюцу этот юнец владел ещё и техникой владения катаной и вакидзаси одновременно, и как блистательно!

Дзюбей контратаковал, выкладываясь по полной, правда без особых надежд на успех. И действительно, его противник легко ушёл от клинка, снова завертевшись волчком — катана и вакидзаси слились в один стальной круг. Он лишь самым краем задел проворного наёмника, распоров край кимоно, однако прошёлся в слишком опасной близости от его тела. Дзюбей понял, что ему, скорее всего, не выиграть этого поединка. Противник оказался слишком силён, да и наёмник устал и был не в лучшей форме после долгого сражения с ниндзя и взрыва дома, где его чуть было не прикончил какой-то странный тип с приятным голосом.

Цзинь! — о стальной круг, образованный катаной и вакидзаси юноши, ударился сюрикэн, сбив вращение. С крыши одного из уцелевших домов Дзюбею махал сухой рукой Никотин, поигрывая ещё одним сюрикэном. Дзюбей не упустил своего шанса, он рванулся к юноше, занёс над ним катану, но…

Мальчик оседает в кровавую грязь, алая полоса пересекает его спину…

Дзюбей замер над Кэнсином, отбившим сюрикэн, который метнул в него кто-то, но при этом замершим на полусогнутых. Сейчас он был полностью беззащитен, однако Дзюбей отчего-то медлил. Очень непохоже на безжалостного наёмника, вырезавшего демонов Геммы и нанятых им ниндзя.

На второй сюрикэн я успел среагировать. Благо, пистоль, привезённый с материка, я уже держал в руках. Выстрелил я на движение, замеченное краем глаза. Ответом мне послужил глухой звон черепицы и недовольные крики какого-то старикашки, судя по тембру противного голоска. Также я заблаговременно убрал в ножны палаш, поэтому второй пистоль выхватил достаточно быстро, сунув первый по привычке сзади за пояс. Пистоль я нацелил в грудь Дзюбею.

— Убирайся! — бросил я ему снова. — Прочь отсюда! Я не хочу твоей смерти!

— Я твоей — тоже, — ответил Дзюбей, отступая на шаг, — но Гемму я убью и не становись у меня на