Великий поход хомяка и жабы. Часть 1 (СИ) - Стариков Антон

Каждая бутылочка с зельем имела цветную маркировку, нанесенную заботливыми руками Отличницы (Исилиэль) и Русалочки (Эариэль), так что начал Дримм с синих, действующих как минимум час, продолжил зелеными — 30–40 минут, а заканчивал красными — 5-10. Еще когда он допивал последние помеченные зеленым цветом зелья, занавес черной тьмы начал легонько колыхаться — из внутреннего чертога шел ждущий положенную жертву или разозленный вторжением бог.

— Так, с этим все, — Дримм затолкал опустошенный пояс в подвернувшуюся под руку щель и собрался, вспоминая нужные для этого боя дела: — Мана и жизнь — на пределе, на весьма выросшем после зелий пределе. Ворошилов, Дочка, Послушный — все со мной, только и ждут, когда я призову их в мир. Мечи тоже на месте и рвутся в бой. Сумка чуть тянет — сбилась пока я играл в скалолаза — поправим. Два нужных свитка — под рукой и доступны. Все способности полны, в том числе важнейшая из них сейчас ''Прыжок''. Что еще? — задумался фейри и понял — ничего — он готов. Желательно конечно было зарядиться рунами и наложить на себя щиты, но Дримм не делал это по той же причине, по которой избегал часто смотреть глазами ложных жрецов — открытую магию мог заметить бог либо сам, либо с помощью своих слуг. На секунду он закрыл глаза и напрягся, а затем выпустил всю свою силу внутрь себя и на мгновение словно опал, а затем действительно готовый к схватке фейри открыл почерневшие глаза и больше не сводил их со стены еще более черного тумана.

Дримм ждал появления бога и был к нему готов, но все равно чуть не опоздал! Темный бог выметнулся из стены сомкнувшегося за ним тумана как разогнавшийся гоночный болид и полетел вперед по коридору, казалось даже не касаясь нижними конечностями пола, и все это в абсолютной тишине. Инстинкт готового к бою фейри опередил его же разум и швырнул тело вперед и вниз навстречу мощному воздушному потоку, который создавал огромный и ужасный бог.

Казалась бы маленькая песчинка упала с потолка, разве может быть до нее дело разогнавшейся махине? Но бог, на то и бог — он увидел!

Огромная рука устремилась навстречу наглой блохе и казалось бы сбила летящую фигурку как комара влет, чиркнув по потолку и вызвав обвал, но на пол упали лишь камни…

Внешний чертог обиталища Гвыжахи Поедателя Кишок Кровавого Шипа. Зал жертвоприношений.

Спустя четыре минуты как Глава клана Красного Дракона совершил прыжок с потолка.

От апатии стражей зала не осталось и следа — безглазые твари метались туда сюда, с одной стороны страстно желая прийти на помощь своему господину, который в данный момент боролся за свою жизнь, с другой, не смея ослушаться его же последнего приказа — охранять зал и вход во внешний мир. Моральная дилемма корежилаогромные белые тела не хуже чем враждебная магия — твари выли и бросались друг на друга, забыв про все вокруг, казалось уже чуть-чуть и между ними вспыхнет яростная схватка, победителей в которой не будет.

Взрыв!!! Мощнейший взрыв поставил точку в так и не начавшийся схватке, решил в кипящих мозгах стражей храма все противоречия и отправил туда, куда отправляются после смерти подобные существа, не меньше половины из них. Морнэмир и Бобер могли гордиться свой работой — впихнуть в столь малый объем столько взрывчатки, да еще при этом оставить место для фейри было непросто, но они справились, и забытые всеми носилки у входа, вернее запиханная в них взрывчатка нанесла стражам зала максимально возможный ущерб.

Не успели безглазые, те из них что пережили взрыв, прийти в себя, как с тылу обрушилась новая напасть: одурманенные наркотиками жертвы резво бросились с платформы на них, а фальшивые жрецы достали из-под плащей жезлы, и каждый разрядил его в ближайшего стража в упор, а потом еще и еще. Но все же привратники темного бога были теми кем были и не дали жрецам сделать четвертый залп, а что касается толпы голых безоружных рабов, то стражи радостно приняли их в свои объятья и…

Взрыв!!! Взрыв! Еще! Еще! И еще! И еще несколько десятков таких…! Каждый предназначенный в жертву гоблин нес внутри себя сюрприз — килограмм взрывчатки в животе и взрывался, как только чувствовал сильную боль или умирал.

Сами Драконы подоспели минут через пять — немногие покрытые ранами с головы до пят стражи попытались их остановить и надо сказать пытались хорошо, но далеко не так как могли и пали слишком быстро, так что когда через несколько минут в зал хлынула вторая волна как стражей, так и других обитателей чертогов, их хорошо встретили уже готовые к обороне рейды игроков и спецназовцы поддержки.

Двадцать девятая глава

Огромный тоннель между храмом и внутренним чертогом.

Через секунду с небольшим после того, как фейри спрыгнул с потолка.

Дримм.

— Больно! — первая мысль, возникшая в голове у фейри после ''Прыжка'', когда переместившееся тело с хрустом врезалось в похожую скорее на бетон или металл внутреннюю поверхность уха бога, и он стремительно заскользил по ушной раковине вниз. Но боль не притупила разум фейри и не остановила по брови накаченное зельями тело — Дримм смог прервать скольжение в нужный миг, вцепиться руками в хрящевой бугор, швырнуть свое тело в черную дыру, а затем, не обращая внимания на толчки под ногами, рвануть как спринтер в глубину постоянно сужающегося и закручивающегося спиралью ''тоннеля''. Пару секунд фейри почти не пригибался, затем согнул спину, после и вовсе почти пополз, проталкивая свое тело в сильно сузившийся проход и не обращая внимания на вонючую липкую слизь и комки, похожие на желтое давно прогоркшее сало.

Резкий рывок! Пол и потолок ''тоннеля''  поменялись местами, и фейри едва не полетел вниз по только что пройденному пути! Но поздно! Он слишком глубоко залез и, упираясь руками и ногами в трясущиеся стены, продолжил свой путь уже вверх, больше не обращая внимания на толчки.

Первую пленку он встретил через пару секунд ''бодрящего'' подъема и попытался порвать ее рукой, не смог — как рвать железный лист. Прозрачная и тонкая пленка не поддалась руке, но Убийце поддалась и, полоснув пару раз крест накрест, фейри начал пропихивать свое тело на ту сторону — пропихнул и снова полез. Новая пленка и уже знакомый прием с мечом — за спиной у фейри раздался отдаленный, но быстро приближающийся хруст, и он утроил итак немалые усилия: отогнул жесткие четвертинки и даже не полез, а запрыгал вверх, отталкиваясь ногами от стенок. Хруст стремительно приближался и уже по звуку походил скорее на обвал, но странный обвал, идущий не как обычно, а снизу вверх — стены ''тоннеля'' колебались, и по ним гуляла волна, а фейри с криком предельного усилия все также рвался вперед и вверх.

Новая пленка и чудовищно быстрый удар в прыжке, а затем натиск разогнавшегося тела.

Грохот почти накрыл с ходу прорвавшую очередную преграду фигуру в красных доспехах,''тоннель'' начал расширяться, мучительно выступив красной кровью из разорванных пор и лопнувших сосудов, а фейри догнала воздушная волна.

Еще одна пленка в три раза толще остальных и закричавший от напряжения Убийца, когда Дримм с маху обрушил живой меч на нее…

Голый и избитый фейри пытается встать с песка арены, куда его швырнул удар кнута и встав вновь падает, получив очередной удар уже в лицо. Сирена смеется и предлагает ему перевернуться на живот и встать раком, чтобы ей проще было его пороть. Фейри, не отвлекаясь на боль, залитое кровью лицо и вытекавший глаз, прямо с песка бросается на нее — новый удар уже по ногам и тому что между ними! Фейри заходится в крике и не помышляет о новой атаке — дикая непереносимая боль лишила его разума. Темная эльфийка смеется и наносит новый удар по спине, еще один по животу, по спине, по рукам, что прикрывают пах, лицо, снова спина и снова, и снова…

— Проснись, Хозяин! — сказал Убийца и вместо арены, Сирены и боли закрутился радужный водоворот.