Весь Хайнлайн. Фрайди (сборник) - Роберт Хайнлайн

— Это вполне правдоподобно…

— Не более того. Нет, я уверен, что Джоан Юнис — это то, что заявлено: прекрасная девушка с мозгом старого Йоханна в черепушке. Алек, я признаю, что она своими повадками даже не напоминает известного нам Йоханна Смита. Но, поверь мне, даже если бы ей пересадили ту мочалку, которую ты носишь между ушами, общество приняло бы ее с распростертыми объятиями… Да, такая девочка может переключить мужчину с переменного тока на постоянный.

— О, я вижу, она тебя зацепила — и крепко!

— А тебя? Кто мне уши прожужжал, что пора отдохнуть от женщин? И что теперь? Стоит ей позвонить тебе и попросить о чем-то… ты ведь слетаешь на небо и принесешь луну, не так ли? И не пытайся меня обмануть, я тебя знаю лучше, чем ты сам.

— Не имею намерения обманывать. Но ведь ты и сам готов к тому же, нет? Кстати, Норма в курсе относительно нашей рыбалки?

— В курсе. Алек, ты очень хочешь порыбачить? А то Джейку может срочно потребоваться дружески настроенный судья. Эти хищницы постараются найти спеца по грязным делам, достаточно неразборчивого, чтобы заплатить кому-нибудь за вчинение прямого иска. Я бы не хотел быть где-то там, когда я могу понадобиться здесь.

— Боже мой, душа в душу. Я думал как раз об этом. Нельзя оставлять брата Шмидта без помощи. Мак, как по-твоему: этично предложить Джейку мою помощь? Истицы меня уволили… Если процесс развернется, ему могут потребоваться помощники, и я бы взял на себя часть хлопот…

— И часть гонорара. В форме повременного созерцания брата Шмидта.

— Но закон же не запрещает принимать гонорары в таком виде? А Джейку действительно нужна помощь.

— Закон не запрещает. Так что валяй. Интересно, есть у Джейка телефон в том его покинутом доме? Ладно, так или иначе — мы с ним свяжемся.

— Он снимает комнаты в Гибралтарском клубе…

— Разберемся. Рут тебя не ждет, а Норма не ждет меня, пообедать нам дадут и здесь, про ванну я уже не говорю…

— Верно мыслишь. Давай пока разливай, а я начну звонить. Эй, а с коптером связаться можно?

— Только через пилота. Воздержимся, пусть пока никто не знает. Вряд ли до утра мы ему понадобимся… хотя… Короче, если мы ему срочно понадобимся, он позвонит сюда — и напорется на нас.

— Нормально, — Алек опустил протянутую было к телефону руку. — А мне показалось, что брат Шмидт вытеснил из твоей головы все мысли. Оказывается, нет.

— Скажем так: мне было бы приятно обсудить достоинства брата Шмидта с человеком, приятным мне и разделяющим мои взгляды на противоположный пол…

— В таком случае смешай нам пойло и включи что-нибудь спокойное. Я сейчас приду.

Глава 14

Сэлэмэн подсадил Джоан в коптер, забрался сам и закрыл дверь. Коптер взлетел. Пассажирский салон был изолирован от кабины, можно было говорить о чем угодно, но Джейк упрямо молчал и смотрел перед собой.

Джоан недолго терпела такое безобразие.

— Дорогой, ты сердишься?

— Я? Конечно, нет. С чего ты взяла?

— Ты просто где-то далеко. И я подумала: может быть, Джейк разозлился за то, что я целовалась с этими двумя?

— Это не мое дело.

— О, Джейк! Пожалуйста, не дуйся. Такой трудный день, эти чертовы внучки… то есть мои внучки… неуютно, когда рядом кто-то желает твоей смерти. А знаешь, как тяжело сдерживаться и вести себя как леди, если до этого целый век был мужчиной? А знаешь, как мне это вообще удается? Пытаюсь вообразить, как вела бы себя Юнис… я не умею целовать мужчин, ты мог бы меня научить, но всего лишь целуешь меня перед сном — как дорогой дядюшка… И вот — мне захотелось их поблагодарить, а что сделала бы Юнис? Она ведь поцеловала бы их, не так ли?

— Н-ну… пожалуй, да. Юнис поцеловала бы…

Делает вид, что сомневается — хотя прекрасно знает…

О, мужчины!

Ему просто очень трудно…

Не ослабляй натиска! Скажи, как он прекрасен, скажи! Джоан, мужчины просто тают — все! — когда им говорят, что они прекрасны!

— Тогда какого черта ты так холоден со мной, а? Ты был прекрасен сегодня! Я хотела поцеловать тебя… за то, что ты такой прекрасный… и поцелую… если ты позволишь. Или ты дуешься за то, что я целовала их, не закутавшись в плащ?

— Ну… это было бы чуть пристойнее… для леди.

Еще раз по тому же месту! Джоан, добивай его! Когда я целовала его в первый раз, я была без плаща — а потом вообще голой! Думаешь, он сопротивлялся? Ха!

Сейчас мы его…

— Джейк, но откуда мне знать, что значит быть леди? Откуда? Меня часто шокировало то, что Юнис делала и как она одевалась, но она была совершеннейшей леди, я убеждена! Джейк, руку на сердце: в этих обстоятельствах Юнис — стала бы одеваться? Или прижалась бы к ним голым телом и позволила потискать себя, если бы те захотели — а они хотели, Джейк! Джейк, ты знал ее лучше — так ответь мне, правильно ли я себя вела? В смысле — так же, как Юнис, или не так?

Джейк вздохнул настолько горестно, что почти застонал:

— Черт!.. Да, она бы сделала все точно так же. Это меня и добило.

— Спасибо, Джейк. Мне лестно это слышать… — Джоан провела пальцем по магнитной «молнии» плаща. — Здесь тесно, я не могу это снять — и все равно, поцелуй меня. Поцелуй так, чтобы я забыла тех двоих, сделай так, чтобы Юнис гордилась мной…

— Джоан!..

— Не стыдись меня, Джейк, я теперь девушка, меня нужно целовать, ну, назови меня «Юнис», я так хочу, это мое имя, назови меня так и скажи, что я хорошая девочка…

— Юнис… — простонал он.

— И поцелуй… меня… любимый…

Дрожа всем телом, он сдался.

Поцелуй длился невыносимо долго.

Юнис, я больше не могу…

Стоять! Стоять, подружка! Я так долго этого ждала…

Наконец Джейк откинулся, но она осталась сидеть, прижавшись к нему, а он продолжал ее обнимать одной рукой. Она коснулась его лица:

— Джейк… спасибо тебе… за это — и за все.

— Спасибо тебе… Юнис. Джоан Юнис.

— Поназывай меня еще просто Юнис. Я хорошая девочка? Ей не пришлось бы стыдиться меня?

— Не пришлось бы…

— Я старалась. Джейк, ты веришь в духов? Мне почему-то кажется, что Юнис где-то рядом. Без нее я не смогла бы… вообще ничего не смогла бы.

— Интересная мысль…

Интересная мысль! Надо будет продолжать время от времени щекотать его за это место. Кстати, если его пощекотать под ребрышками, он становится такой мягкий-мяг-кий. Совершенно беспомощный.

Запомним. Но — не сегодня.

— …в любом случае — да, она бы гордилась тобой. Ты милая девушка.