Если бы я знал - Рейн Уайт

научиться ругаться? Невозможно!

― Забить на этот торт, может? Приедут ― а я пошлю их

на хрен и не отдам оставшуюся половину денег, ― размышлял

он вслух. ― Но тогда и фотки удалить надо, а то если Джой их

увидит, вместо торта сожрёт меня…

А Джой мог. Если от него увезут это произведение

искусства, он не простит, Никита был уверен. И очень надеялся, что успел выйти из своего профиля Яндекс.диска в телефоне

Джоя, потому как спойлерить фотографиями торта не имел

никакого желания. Если Саша уже видел, а курьер так и не

приедет… ооо…

― Фа-а-ак, надо срочно что-то придумать! ― пробормотал

Ники.

Какого хрена он паниковал? Да кто бы знал! С одной

стороны, вечер ведь имеет право быть неидеальным, Никита

ничего никому не обещал, и возможно, сегодня сложится, как

всегда в такие дни: Джой сперва минут десять будет отчитывать

его за внеплановый праздник. А с другой стороны, вечер-то

право имеет, а он, Никита, нет. Если задумал, будь добр, исполни.

Идея пришла внезапно.

― Точно! ― выпалил Никита, хлопая себя по лбу.

Неужто у них дома мало сладостей? У Джоя целый шкаф

на кухне выделен для всевозможных вкусняшек. Пока их

накидает в вазочку в живописной экспозиции, а как привезут

торт, заберёт его у курьера и заменит. Во-первых, стол

пустовать не будет, навевая подозрения; во-вторых, сюрприз для

Джоя никуда не денется.

Решено.

Никита отыскал на верхней полке стеклянную вазочку, тщательно отмыл её от пыли и распахнул шкаф с

«неприкосновенным запасом» Джоя. Никита не был настолько

помешан на сладостях, его манией были чаи, так что полки он

ревизировал редко, можно сказать, никогда. Поэтому сегодня он

смотрел на их содержимое, точно видел впервые.

Нет. Он и впрямь видел все эти сокровища впервые.

Джой на днях пополнил запасы, а потому шкафчик

ломился от пакетов и коробок. Та-ак, гранола ― не то, этим

Джой порой завтракал; вот эти конфеты, пожалуй, можно в

вазочку, и вон те зефирки, а трюфели вообще замечательно

смотреться будут с их золотистыми фантиками.

Никита примерно запоминал, где какой пакет стоял, чтобы

затем вернуть всё на место, но в поисках вдохновения зарывался

всё дальше и дальше. Вдруг у самой стенки шкафа найдётся

куль чего-либо особо вкусного? Сюда даже сам Джой нос не

суёт.

Резкое движение, чтобы вытянуть дальний кулёк, ― и на

пол с глухим стуком что-то свалилось. Никита сначала подумал, что это пакет порвался, и особо тяжёлая конфета выпала, но…

нет. На ковре у самых его ног лежало нечто кубическое, небрежно завёрнутое во множество слоёв желтоватой бумаги, похожей на листы для выпекания ― и не крафт, и не кухонная.

Никита нахмурился, поднял свёрток и хотел было поставить на

место ― мало ли что там Джой хранит? ― но любопытство

оказалось сильнее. Что вообще можно хранить в таком виде?

Особый швейцарский шоколад, который через пять лет

получится продать за миллион долларов? Ну и пусть

заплесневел, зато эксклюзив и раритет?

Он даже рассмеялся этому предположению, слой за слоем

разворачивая довольно лёгкий свёрток. Внутри что-то шуршало

и позвякивало. Честно, не жили б столько лет вместе, подумал

бы, что наркота. А что ещё можно заворачивать с такой

тщательностью?

Он даже про вазочку с конфетами забыл. Бумаги ушло уже

пять ― пять! ― слоёв, а крошечная коробочка была завёрнута

ещё как минимум в два. Если там не миллион долларов, то что?

Последний кусок бумаги был ещё и скотчем заклеен.

Никита завис. Настрой уже был такой, что «порвать и не

жалеть», а с другой стороны… он же сунул нос во что-то

личное? Джой ведь прятал. Мысль оказалась неприятной, свернулась жгучим тяжелым клубком в животе. Вот он, например, в первые полгода перестал скрывать вредные

привычки. Нагло занял целый шкафчик под разные чаи и

травки, ворчал из-за того, что Саша много курит… три года

прятался от его родителей. М-да. Он тоже не сахар.

Но с упаковкой решил разбираться аккуратно: подрезать

ножничками скотч, чтобы потом ювелирно заклеить обратно и

сделать вид, что так и